Школа как концлагерь?

, |
В который раз видишь в сентябрьской френдленте стоны родителей: «Опять эти уроки» и «Ненавижу школу!» А вдруг негативное настроение взрослых проецируется на ребенка? Об этом рассуждает врач Юлия Баграмова, мама троих детей.

Сейчас очень часто можно услышать: «Ах, мы перестали читать, из читающей нации превратились в нечитающую. Ах, наших детей интересует только получение быстрых ощущений в компьютерных играх. Ах, наши дети совсем ничему не хотят учиться!» А с другой стороны, мы постоянно ругаем школу, процесс обучения: как он сложен, малопродуктивен, какие негодные у нас педагоги. Получается, сами себе противоречим.

Юлия Баграмова

Юлия Баграмова

Мы принижаем ценность познавательного процесса, а потом хотим активной позиции от наших детей, растущих на родительских лозунгах: «Начало учебного года – ужас, наши школы – концлагерь, калечащий детей, издевательство над ними».

Часто приходится слышать разговоры на тему, что школа – это уравниловка, задает детям рамки, не дает развиваться. Да, она действительно задает рамки и, возможно, они в чем-то жесткие, но в младших классах это не сильно выражено. А в более старших жесткая организация времени даже полезна, потому как вся жизнь потом будет состоять из этого – умения организовать себя и свое время. Если мы все-таки хотим взращивать успешных и продуктивных людей.

Очень многие взрослые люди говорят о том, что школа их обидела. Эту массу негатива хочется разбавить положительными воспоминаниями. Я была среднестатистической ученицей, не отличницей. И сейчас, во взрослом состоянии, понимаю, что школа мне очень много дала. В частности – уверенность в себе.

Я училась в обычной школе в военном городке. Но в старших классах некоторые учителя начинали обращаться к ученикам на «вы». Мы сначала глупо хихикали по этому поводу, переглядывались: какие мы «вы». Но сейчас я понимаю, что это было своеобразной подготовкой ко взрослой жизни, когда мы потихоньку от шалопаев-подростков переходили в категорию взрослых, молодых людей, к которым действительно можно обратиться на «вы». Пусть это очень тонко, пусть всё это осознаётся гораздо позже, но вот такое отношение незаметно формировало что-то важное внутри человека.

Были у нас и очень интересные учителя, которые нетрадиционно, нестандартно относились к процессу обучения. Давали шанс проявить себя, получить отличную отметку за четверть. Например, учительница по алгебре и геометрии предлагала: «Кто хочет “пятерку” в четверти, дам задания. Выполните – будет “пятерка”». Попытаться мог каждый, неудачная попытка не каралась ничем. Так же можно было исправить просто текущие проблемы.

Педагог по русскому языку и литературе учила нас задумываться над поступками людей на изучаемом материале. Делалось это с большим количеством душевных сил, учительница могла растормошить даже самых неразговорчивых учеников, постараться понять, что они думают о прочитанном и почему они именно так думают.

Когда я слушаю грустные рассказы о том, как всё в школе было плохо, какие были отвратительные учителя, как им было всё равно, как они унижали – и это есть система нашего образования, – становится бесконечно обидно за тех учителей, которые поступают совершенно иначе, подходят к процессу творчески, и ученик для них всегда интересен потому, что он живой человек со своим мнением, а не просто объект учебного процесса.

Я хорошо помню свою первую учительницу, Людмилу Александровну – красивую, статную женщину в очках. Как-то в первом классе, в самом начале обучения она нас собрала и сказала: «Бывает, ребята, что человек плохо видит. Чтобы хорошо видеть, ему нужны очки. Вот я, например, хожу всё время в очках, иначе чего-нибудь не увижу. Кому-то из ребят в нашем классе тоже нужны очки. Но это не значит, совершенно не значит, что его надо за это обижать, обзывать. Это абсолютно недопустимо». У нас в классе были дети в очках, и с этого момента их никто не дразнил по этому поводу.

Мои старшие классы пришлись на переломные времена – на начало 90-х. Они отражались на нашей школе двояко. С одной стороны, учителя чувствовали неуверенность в завтрашнем дне, и часть педагогов ушла из школы. Но в то же время оставались преподаватели основных предметов: русского, математики, истории, географии, и они высказывали свою точку зрения на происходящее в стране.

Они обсуждали это с нами без нагнетания обстановки: «Да, нам тяжело, так же, как вашим мамам и папам сейчас, но при этом мы считаем, что всё бросать и бежать искать какие-то золотые жилы для нас, учителей, недопустимо. Мы не крысы, которые бегут с тонущего корабля. И школа будет всегда, и труд наш нужен всегда. Поэтому конкретно сейчас, когда очень тяжело, мы всё равно останемся здесь, с вами и с теми, кто придет после вас».

Учителя искали новые формы, чтобы заинтересовать своим предметом. Физику преподавала директор школы. Физика – не тот предмет, чтобы увлечь всех. И директор предлагала: «Если кому-то надо, если не хватает материала, что даю на уроке для всех, вы приходите ко мне, я объясню больше, специально выделю для вас отдельный час и мы позанимаемся дополнительно. И если вы что-то не поняли, тоже подходите ко мне». При том, что она была директором и у нее много времени отнимали административные обязанности.

А благодаря учительнице по русскому языку и литературе, которая нас приняла в средней школе и вела до выпуска, в непростые времена для нашей семьи я стала писать статьи. Ей нравились мои сочинения. Педагог постоянно подкрепляла мою уверенность в собственных литературных силах, иначе я просто бы не решилась писать, ведь по образованию я не филолог, не журналист.

Мой муж учился в школе неважно, но тоже с нетерпением ждал начала учебного года. За лето набегаешься, назагораешься, накупаешься, наотдыхаешься. А в школе – ждет общение, в том числе и с учителями, друзья.

Лично мне нравилось и «накопительство» перед началом учебного года: тетрадки, книжки, ручки, линейки, всё это пахнет свежей полиграфией. Потом идешь с цветами… линейка, на которой стоишь, хихикаешь, шушукаешься с девчонками – столько нужно обсудить!

В прошлом году я повела «в первый раз в первый класс» своего старшего сына. Да, была та же линейка – официальная часть длилась минут тридцать. Мне кажется, это традиция советских времен, которую пока сложно пережить, сложно от нее совсем отказаться. А дальше было выступление учеников школы. И мой ребенок читал стишок, он был очень горд этим фактом. В этом году он уже ничего не читал, но с удовольствием смотрел, как поют и выступают старшие ребята.

Сын очень скучал по школе, ждал, когда пойдет во второй класс. В августе уже буквально дни считал.

Я понимаю, что сейчас дети с таким нетерпением редко идут в школу. Но в этом есть и родительская вина. Стоит ли так увлекаться порицанием школы, существующей ныне, или той, что была раньше? Ведь своими негативными разговорами мамы и папы невольно снижают ценность учебы.

Школа – это не только учеба, это мир наших детей, целый мир общения, знаний, проявления себя, дружбы, первой любви… И мне бы хотелось, чтобы наши дети открывали школьную дверь с радостью.

Записала Оксана Головко


Читайте также:

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Праздник показухи

Школа изменится, когда взрослые поверят, что учеба и работа – это тоже игра

1 сентября как похороны – размышление об образовании!

Как человек будет выбирать в 21-м веке – веке выбора, если он лишен с детства самого…

Семья Баграмовых: Трое сыновей и солнечная Катя

Когда я сообщила мужу, что с ребенком проблемы, и сказала: «Мы же все равно ее заберем…»…

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: