Средняя температура по вузу

Контекст: Министр образования Российской Федерации Дмитрий Ливанов заявил, что преподаватели вузов с окладом 20-30 000 рублей – педагоги невысокого уровня.

Интервью Дмитрия Ливанова «Вестям в субботу», в котором господин министр усомнился в профессионализме преподавателей, соглашающихся работать за 20-30 тысяч рублей в месяц, вызвало бурю негодования в блогах и социальных сетях. Вузовские преподаватели справедливо возмутились и требуют извинений. Действительно, одним махом назвать большую часть педагогов высшей школы «преподавателями невысокого уровня», упрекнуть их в том, что они бегают по нескольким работам, а заодно и дать понять, что все они ещё и весьма вероятные взяточники и коррупционеры (или фразу про перекладывание «части расходов по своему содержанию на студентов» надо как-то по-другому понимать?) – это же уметь надо. Людей уже лет двадцать только и греет, что они, болея за любимое дело, мирятся со всеми последствиями экспериментов над образованием, надеясь спасти и сохранить самое дорогое: денег нет, так может хоть «спасибо» скажут когда-нибудь. Вот и дождались щедрой министерской благодарности…

К сожалению, за этими всколыхнувшими общественность словами мне видится нечто большее – и гораздо более грустное. Фраза о том, что «…есть вузы, находящиеся в тех же самых экономических условиях, готовящие по близким направлениям, получающие примерно такие же государственные деньги, у которых заработная плата 50 и 60 тысяч», продолжающаяся уже набившим оскомину в последнее время тезисом о «качестве управления», очевидно свидетельствует о двух максимально неприятных для вузов вещах.

Во-первых, о том, что государство таким образом снимает с себя всякую ответственность за достойный уровень преподавательских зарплат.

Во-вторых, о том, что деятельность руководства вузов впредь будет оцениваться едва ли не в первую очередь и по тому, насколько удаётся при минимальном государственном финансировании отчитаться о повышении средней температуры по больнице. Прошу прощения, средней преподавательской зарплаты.

Резервов, за счёт которых это может сделать руководство вуза, на самом деле, не так уж и много. Ряд из них – например, средства российских и западных грантов, которые, как я понимаю, увеличивают статистические показатели на естественных факультетах, – доступны всё же не всем специальностям и далеко не всем даже столичным вузам. Поэтому наиболее логичными следствиями станут увеличение платного приёма и сокращение штатов. «Правильное» решение элементарной арифметической задачки, в которой полное счастье получается в результате деления общей суммы доходов на общее число преподавателей, очевидно требует либо увеличения числителя, либо уменьшения знаменателя.

В результате этих двух процессов в ближайшее время существенно увеличится платный сектор образования. «Эффективными» и «востребованными» будут считаться те специальности и направления, за которые родители абитуриентов захотят платить. Не стоит думать, что это повысит ответственность как в вопросе выбора будущей профессии, так и по ходу обучения: деньги платят родители, а не студенты, поэтому именно родители считают себя в полном праве «заказывать услуги» и определять целесообразность. При этом сокращение «неэффективных» и «невостребованных» (в частности – наукоёмких: сравните количество платных студентов на юрфаке и экономфаке не с филологами даже – с физиками, химиками и биологами, например) даже не надо будет осуществлять внешними силами: руководство вуза прекрасно сделает это самостоятельно, поскольку от этого будет зависеть как минимум место вуза в рейтинге и оценка деятельности самого руководства.

Сокращение штатов – ещё одна страшная «грозилка», при упоминании которой серьёзные взрослые люди могут совершенно утратить вменяемость и адекватность. Все двадцать три с половиной года, что я работаю в Московском университете, я слышу эту угрозу, но не исключаю, что именно сейчас наступает то время, когда у неё есть все шансы реализоваться. Причём – как и в первом случае (при столь «эффективном»-то подходе) – опять же не какими-то «силами зла» извне, а всё тем же руководством вуза, всё по тем же самым причинам.

А за оскорбление подозрением в «невысоком уровне» преподавателей, конечно, вряд ли последуют извинения. Разве что руководителям вузов будет предложено привести ситуацию на местах в соответствие с новой министерской установкой. Благо и кнут (в виде списка неэффективных вузов), и пряник (в виде обещанного включения в топ-20 вузов, на которые наконец прольётся-таки золотой дождь) уже лежат наготове.

Анна Архангельская, доцент филологического факультета МГУ

Сколько стоит профессор?

О педагогах невысокого уровня

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность о семье и обществе.

Похожие статьи
Учитель физкультуры: “Смертность будет только увеличиваться”

Нет оптимизма у педагога, когда он в 3 классе учит завязывать шнурки

9 типичных проблем детей в старшей школе

Выбрать профессию, когда ничего не интересно, а мысли только о любви

Леонид Кацва: Я бы не гордился успехами московского образования

Невыносимая трудность бытия на фоне блестящих отчетов чиновников

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: