Страшный суд или самый лучший день в нашей жизни?

Почему христиане стали бояться Страшного суда – ведь так было не всегда? Протоиерей Константин Камышанов сожалеет о том, что мы все чаще говорим о Суде и все реже о том, что должно наступить после него.

Тот день, когда состоится Страшный суд, будет первым днем торжества Рая. Ко дням творения мира добавится новый день. В течение его наш грешный мир полностью преобразится. И произойдет нечто странное: Ангелы совьют небо, как пергамент, и солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются.

Протоиерей Константин Камышанов

И настанет Утро мира.

Оно начнется тогда, когда число жителей Рая достигнет некой необходимой и достаточной величины.

Для них – праведников – Страшный суд окажется не страшным судом, а станет самым лучшим днем их жизни, потому что первая радость – самая сильная. Душа избранных увидит Того, Кого любила, о Ком мечтала, Кого всегда хотела видеть – Христа.

И Христос будет рад видеть Своих друзей. Он введет их в новый мир золотыми вратами.

Для Бога этот день Суда тоже не будет страшным. Наконец-то закончится этот кошмар, который называется «наш мир». По слову пророка, лев и агнец возлягут рядом, зло упразднится и настанет вечное царство добра. Начало Суда станет окончанием этого ужасного дня грехопадения, длившегося целую вечность, с его войнами, убийствами, обманом и злостью.

Для грешников Страшный суд принесет некоторый испуг, но в дальнейшем Господь даст им по сердцу их быть вечно с такими же, как они.

Это как в тюрьме. Там собираются, хотя и против воли, некие джентльмены, у которых один и тот же взгляд на жизнь, которые объединены неким подобием братства и понятий. Им не надо работать, и день их протекает в философских беседах о смысле жизни. Там не надо напрягаться о еде, рубле и о том, чтобы напитать родню или близких. Все оплачено. Они там трезвы и жизнь их проходит по разумному режиму, исключающему злоупотребления и грех.

Конечно, это подобие условно и требует уточнения.

Во-первых, Христос сказал, что у раба худого отнимутся те таланты, которые он поленился умножить. То есть, человек будет упрощен в своей организации на порядок, и, подобно бесам, примет более простую организацию личности, подобную животным.

Это не означает того, что Бог отмстит им за грех. Святые отцы единодушны во мнении, что Господь абсолютно благ. Наоборот, такое упрощение до состояния скота польскаго, уменьшит степень страдания личности, которая окажется неспособна к тонким переживаниям. В результате деградации житель ада не сможет грешить сполна, как мог бы, оставаясь в полном разуме и всей силе души.

Во-вторых, почти все святые отцы уверены в том, что отправка грешника в ад – благо для него не только потому, что он сам выбрал место, в которое стремился. В аду ему будет комфортней, чем в Раю. Для человека воля важнее всего. В ней его свобода и индивидуальность. Сломав волю грешника, Бог сломает всего человека. Но Господу не нужна в Раю сломанная, обезображенная и противящаяся личность. Бог дает ей волю по ее сердцу – и это благо.

Таким необычным способом Господь попытается не только увеличить меру благодати Рая, но и снизить уровень страдания в аду.

В результате уровень зла уменьшится в целом по Вселенной.

Так что Страшный суд парадоксальным образом привнесет в мир больше света и уменьшит уровень зла, по сравнению с текущим положением дел. Страшный суд сделает мир менее страшным.

А если это так, то зачем же готовиться к катастрофе? И кто должен готовиться к катастрофе, и как надо готовиться к этому Страшному суду?

Очевидно, что Страшный суд будет страшным для граждан ада. Он будет таковым не только потому, что им грозит существование во зле, но и потому, что они должны пройти процесс деградации личности. А это в самом деле страшно.

Толкователи, предлагая церкви вспомнить о первом дне обновленного мира, как о Страшном суде, априори предполагают, что среди нас нет праведников, нет тех, кто любит Бога, а есть исключительно потенциальные жертвы ада. Почему-то в комментариях к этому событию проповедуется не радость долгожданной встречи со Христом, а, наоборот, нагнетается страх божественной мести.

Как же встретить этот день правильно?

Профессор Алексей Ильич Осипов заметил, что для того, чтобы началось освобождение, должно прежде наступить осознание своего рабства. Значит, мы должны воспринять психологию и образ мысли раба.

Святой Силуан Афонский дал такую формулу подготовки к Страшному суду: «Держи ум свой во аде и не отчаивайся». Значит, мы должны искуситься в жизни в аду.

Да как же держать ум в аде и не устрашиться и не отчаяться простому человеку?

Как можно научиться быть гражданином Небесного Иерусалима, если все время упражнять свой ум в реальности Чертограда?

Я, например, захотел стать архитектором. И для этого принял решение стать им через отрицание других профессий: не быть врачом, не быть слесарем, не быть водолазом. И, можно подумать, через это отрицательное богословие я стану зодчим? Нет.

Через подобное отрицание невозможно созидание и формирование положительного и сущностного образа. Отрицание не может быть основой существования.

Пасхальные слова ангелов «Что ищете Живаго с мертвыми» обретают новую глубину. Во аде невозможно подготовить себя к Раю. В Раю нужен навык не отчаяния и страха, приобретенного в новом Содоме, а навык любви к Богу, людям и Земле.

Как можно всему этому научиться, сидя уже при жизни в аду? Как можно найти в грязи свет? Как можно в мусоре отыскать жемчуг?

Никак.

Вспомним о нашумевшем заочном споре известного нашего богослова – профессора и святого, недавно прославленного в Греческой церкви. Речь идет о Порфирии Кавсокаливите.

Московский профессор, в канун самого прославления этого святого объявил о том, что Порфирий находится в прелести. Поводом к этому послужили слова святого о том, что не стоит бороться с бесами, так как они вечны, неуничтожимы, неутомимы, а мы временны. Уничтожить их не удастся, а борьба с ними бессмысленна в проекции Вечности.

Вместо того чтобы стать специалистами по борьбе с дьяволами, святой предложил стать знатоками жизни в Боге. Он заметил, что лучше погружаться в Бога, чем в ад. И тогда благодать сама будет врачевать и восполнять немощи и защищать от бесов самым надежным способом.

На самом деле, противоречия здесь нет. Святой, как и положено святому, смотрит дальше и выше. Порфирий Кавсокаливит говорит о стратегии, а профессор о тактике.

Святой говорит о том, что смысл жизни состоит в приближении Христу и стяжании подобия с Ним. Целью жизни никак не может быть борцовский навык на адских ристалищах. В Раю это бесполезное умение.

Что ищите Живаго с мертвыми?

А вот для того, чтобы достичь этого подобия, тактически необходимо преодолевать сопротивление духов злобы, которые не намерены упускать добычу.

Недоумение, как обычно, произошло от разного взгляда из разной точки наблюдения во времени и пространстве.

Что нам до этих богословских тонкостей?

Дело в том, что в них содержится прямое указание на стратегию нашей жизни в перспективе Вечности. Частным образом в этом богословии содержится верный подход к упражнению, дающему вид на жительство в Раю – посту.

Если не иметь в виду стратегию, а одну лишь тактику, то пост – это борьба. Человек, не видящий впереди Рая, выходит на пост как на беду и на войну. А окончание поста он празднует, как конец беды и закатывает победный пир. Он «отдыхает» от поста, от усталости быть светлым и добрым. Приметой такого поста бывают мучительный голод, хроническая усталость и утомление души.

Но люди тонкие подходят к пасхальным пиршествам не так. Пасхальные пиршества духовных людей, напротив, тихи. Радость об известии Воскресения Христа законна и справедлива, но вот окончание поста часто приносит грусть. Она проистекает от того, что время поста тонкий человек рассматривает как время своего приближения к Богу, а его финал – как окончание этого перигея и невольное удаление от Светила Бога. И часто вырываются слова сожаления: «Недопостился» или «только-только начал поститься и только узнал радость поста». Приметой такого поста является радость.

Эти посты усталости и радости не перепутаешь.

Человек, видящий Бога над маневрами поста, встречает пост не как народную беду, а как приблизившуюся радость, словами:

– С постом вас, братия и сестры! Постимся постом приятным.

Пред неделей о Страшном суде, прошла неделя о Блудном сыне. Они соединены в единую логическую цепь. В неделю о Блудном сыне человек искал свой настоящий дом – Рай, в эту неделю церковь ставит его на самом пороге Рая:

– Посмотри!

Здравствуй, ад? Нет. Здравствуй, утро мира!

В старину люди лучше понимали суть памяти этого дня. Доказательством тому служат старинные иконы Русского севера. На белых звонких фонах раскрыты яркие мажорные пятна красного цвета. Ад в этих иконах спрятан так, что сразу и не найдешь.

Со временем с Запада к нам пришла другая трактовка Страшного суда – настоящий голливудский трейлер фильма ужасов.

Находясь в Сикстинской капелле, можно поразиться невероятному художественному гению Микеланджело, и в тоже время, с не меньшей силой, можно удивиться его духовному дальтонизму.

Вместо Утра мира на знаменитой фреске мы видим не встречу мира и Христа, а учебные пособия по рисунку в залах мясокомбината. Как же так? Ведь тысячи богословов, апостолы и Сам Христос говорили, что мы не умрем, но все изменимся. Мы вновь вернемся в тонкие тела, навсегда оставив в земле временные «кожаные ризы». Как же это было упущено из вида таким талантливым человеком, совершенно не понятно.

Ладно, эта капелла. Этот пир мяса там уравновешивает эфирный Боттичелли. Но у нас эти триллеры Зверограда стали нормой на западных стенах храмов. С Запада пришла мода, на западной стене она и восторжествовала. На этих фресках торжествуют не праведники, а Чужой.

К сожалению, с течением времени, трансформировались не только фрески на западной стене, но и церковное сознание, травмированное духом бурсы. Время апостасии наложило свой отпечаток на все восприятие мира человеком. Вместо того чтобы готовиться к встрече с Небесным Отцом, сыновья Бога стали готовиться к встрече антихриста.

Увы. Сегодня нужно делать усилия, для того чтобы отвести наш завороженный взгляд от взгляда антихриста и перевести его на лик нашего милосердного Господа и Бога Спаса нашего Иисуса Христа.

Здравствуй, ад! – это не для нас. Не для тех, кого призвал Господь к жизни. Не для тех, кто любит Его. Не для тех, кто несмотря на падения, падал головой в сторону Рая.

Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом. Плох тот христианин, который не стремится в Рай, а сидит душой в аду и не может отвести гипнотического взгляда от сатаны, как кролик от взгляда удава. Плох тот христианин, который забыл о том величии, которое ему даровал Бог, и о том месте, которое Он уготовал ему на небе.

Плохо то, что вместо того, чтобы с помощью Господа стремиться в свой родной дом, в Рай, и без того немощный человек еще больше обессиливает, сидя на реках Вавилонских, шарит глазами в аду и разбирает его смыслы.

Наше – Христос воскресе! «Небеса убо достойно да веселятся, земля же да радуется, да празднует же мир, видимый же весь и невидимый: Христос бо воста … О Пасха велия и священнейшая: Днесь всяка тварь веселится и радуется, яко Христос воскресе и ад пленися. 

Наше – «Ныне вся исполнишася света, небо же и земля, и преисподняя, да празднует убо вся тварь востание Христово, в нем же утверждается. Вчера спогребохся Тебе, Христе, совостаю днесь…»

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Что означают слова «Я нарушил пост»?

Пост – время свободы от страданий, в которые мы превратили свою жизнь

Кофе с сестрой Вассой: Масленица и Страшный суд

Бог есть любовь! Почему я должен бояться Его Суда?

Страшный суд в картинах и иконах

И пойдут грешники в муку вечную, а праведники - в жизнь вечную.