Светить или светиться?

В чем разница между славой и медийностью? Правда ли, что православный человек должен избегать известности? Как понять, говорит ли знаменитость о своей вере в Бога искренне или это часть ее самопиара?

Sic transit gloria mundi

“Так проходит мирская слава”. Автор этого крылатого высказывания — немецкий философ-мистик Фома Кемпийский (оригинальная версия, представленная в его книге «О подражании Христу» (I, 3, 6), выглядит несколько иначе: «О, как скоро проходит мирская слава!» (O, quam cito transit gloria mundi). Эти же слова звучат в виде возгласа во время церемонии вступ-ления в сан нового римского Папы. Перед понтификом на посохе трижды сжигают клочок пакли в знак того, что все земное, в том числе получаемые им власть и слава, призрачно, изменчиво и тленно.

Поразительно, насколько актуальными для Евангелия и для всей христианской литературы являются совершенно земные вопросы. Деньги, власть, общественное признание и слава упоминаются немногим реже, чем Царствие Небесное, благодать Божия и Воскресение Христа. Мирская слава в Писании — одно из преходящих земных благ, отягощающих сердце человека: «Всякая плоть — как трава, и всякая слава человеческая — как цвет на траве: засохла трава, и цвет ее опал» (1 Пет. 1, 24). Лишь одному Господу принадлежат «величие и слава во веки веков».

Слава же человеческая — словно пародия на славу Господа, словно отражение божественной красоты в кривом зеркале. Преподобный Исаак Сирин сравнивает человека, стремящегося к мирской славе, с глупым псом, который «лижет ноздри свои, пьет собственную свою кровь и, по причине сладости крови своей, не чувствует вреда своего» (Слова подвижнические, 61).

Слава в смысле народного признания дает человеку лишь призрачную власть, а фактически порабощает его душу. “Я знаю, что такое слава — она ошейник из цветов!”,— восклицал Евгений Евтушенко. Обладатель всесоюзной славы великого поэта, вероятно, знал, о чем говорил.

Труд или раскрутка?

Впрочем, есть мнение, что мирской славы в традиционном смысле слова — как стремления к общественному признанию, к авторитету — в современном обществе, искалеченном культурой масс-медиа, уже не существует. Раньше человек, стремящийся к славе, мечтал о том, чтобы его любили и ценили соотечественники, чтобы его имя навеки было запечатлено в памяти народа, чтобы его труд оценили по достоинству ученые и специалисты. “Хочу жить, чтобы в истории всеобщей литературы обо мне было две строчки«,— говорил «звезда» поэзии Серебряного века Валерий Брюсов (см.В.Ходасевич, «Некрополь»).

Характерно, что и само слово «слава» в литературном языке все реже встречается, его вытесняют другие выражения: «популярность», «медийность»… Носители этих качеств уже не именуются великими деятелями в той или иной сфере. Они просто «звезды», «селебрити», и статус их жестко не привязан к какому-либо виду деятельности.

Современной знаменитости зачастую словно бы все равно, чем заниматься, хоть в балете танцевать, хоть «Сникерс» рекламировать, хоть песни петь на корпоративах, хоть фотографироваться в голом виде… Главное, чтобы популярность конвертировалась в денежные знаки. А если удастся еще поссориться в эфире с какой-нибудь другой знаменитостью и публично же с ней помириться, то сумма очков возрастет у обеих. Ведь цель «звезды» все чаще заключается не в том, чтобы прослыть самой талантливой, самой сильной или самой смелой, а в том, чтобы просто быть известной, просто появляться на экранах ТВ и первых полосах таблоидов. Не нужно быть светилом чего бы то ни было, совершать подвиги и открытия, побивать спортивные рекорды, достаточно просто время от времени «светиться» (характерная игра слов) в публичных местах, причем неважно по какому поводу (а подчас чем повод экстравагантней, тем больше вероятность «засветиться»).

Отношение знаменитостей к публике, зрителю, читателю тоже радикальным образом изменилось. Западный мир и СССР победили фашистскую Германию, но методы манипуляции общественным сознанием, к которым прибегало геббельсовское министерство, с успехом применяются в обществах стран-победительниц. Выяснилось, что посредством медиа-машины можно не просто влиять на любую аудиторию, но и конструировать, формировать эту аудиторию в соответствии с собственными целями.

Зрителя не обязательно убеждать, «завоевывать», достаточно обратиться не к самым светлым сторонам его души, и усилий потребуется гораздо меньше. Отсюда и разговоры о том, что «звездой» сегодня становится тот, кого «назначили звездой». Тот, с кем поработал профессиональный продюсер.

Показательно, что в России жаргонный термин «раскрутка», прижившийся изначально в среде поп-музыкантов, теперь распространился по всем сферам жизнедеятельности человека. Раскручивают не только бездарных певцов, но и ученых-шарлатанов, и сомнительной репутации врачей. Даже выступление политика только тогда считается успешным, когда оно напоминает выступление поп-звезды или телевизионного юмориста. Конечно, «раскрутить» можно и талантливого человека. В конце концов, не все в нашем шоу-бизнесе — бездари. Например, покойная Людмила Гурченко называла «раскрученную» певицу Земфиру «гениальной», да и сама Людмила Марковна, признанная народная любимица еще с юности, в последние годы своей жизни не гнушалась самопиаром… И все же механизмы «продвижения продукта» — безличны. Им по большей части все равно, кого продвигать. И в такой ситуации реальная значимость, «содержательность» человека нивелируется, становится необязательной, а порой и лишней.

Кому и зачем нужно, чтобы место великих полководцев, ученых, врачей, поэтов, музыкантов в сознании человечества заняли поп-звезды? И кто же, в конце концов, современная «звезда» — воплощение нашего общего бескультурья, продукт индустрии масс-медиа, орудие дьявола или инструмент пропаганды мирового капитала? Есть факты, заставляющие всерьез задуматься над этим вопросом.

Поневоле соглашаешься с популярным выражением: «Настоящая слава — это когда ваше имя ценится дороже, чем ваша работа» (автор — американский историк Дэниэл Бурстин, ему же принадлежит афоризм: «Бестселлер — это книга, которую покупают, потому что она хорошо продавалась»). В самом деле, залог существования современных «звезд» — это готовность людей платить за их «творчество». Отсюда и подставные лица в ток-шоу, и записанные аплодисменты на концертах: интерес публики лучше всего подогревает апелляция к стадному чувству (эффект так называемого «социального ожидания»). Мол, все хлопают, и ты похлопай, и вообще, «несите ваши денежки, иначе быть беде».
И все же катализаторы современного процесса звездообразования — все те же, что и в древности. Это призрачное счастье, торговля пустотой, наркотический эффект известности.

Говоря современным языком, у славы изменился лишь формат, сущность осталась та же. Лучше других это понимают сами «звезды». Как призналась певица Мадонна, «слава — она, как наркотик. Она заполняет пустоту внутри тебя. Я не буду счастлива, пока не сравняюсь по известности с Богом».

К вопросу о подсвечнике

Однако все сказанное нуждается в дополнении. Христианство — это не значит отрицать известность как таковую. Помните: «Быть знаменитым — некрасиво»… Эту максиму Пастернака, взятую в отрыве от контекста, порой пытаются представить «православной» точкой зрения на известность. То есть, если ты православный — непременно беги всякой славы, а лучше всего сокройся в лесах, как святой Серафим Саровский… Отсюда и распространенное недоверие многих православных (не только мирян, но и священнослужителей) к прессе, интернету и внебогослужебным формам общения. Резкой критике (пожалуй, в православной среде даже чаще, чем в светском обществе) подвергаются священники, выступающие на телевидении, так называемые «медийные батюшки». По мнению некоторых, они занимаются исключительно самопиаром.

А уж актрисы, собирающие пожертвования для больных детей, рок-музыканты, перечисляющие средства на новый храм,— идеальная мишень для критики как верующих, так и неверующих. Чулпан Хаматовой с Диной Корзун, Константину Кинчеву с Юрием Шевчуком, Никите Михалкову с Владимиром Хотиненко и многим другим знаменитостям, делающим добро или пропагандирующим свою точку зрения, хвалы и клеветы досталось поровну. Может ли быть искренне верующим представитель шоу-бизнеса? Или он просто «разводит» всех нас, имитируя религиозность? Этот вопрос почему-то волнует всех, даже тех, кто сам не верит в Бога.

Библейский взгляд на знаменитость гораздо тоньше. Господь отнюдь не призывает нас считать всех известных людей безбожниками, богохульниками и скрытыми наркоманами. Он вообще не осуждает публичность как таковую. Если бы «прославленным» людям не было места в Царствии Небесном, Церковь не прославляла бы своих святых, не провозглашала бы их имена и не пела бы им «Вечную память»!

“Зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике«,— сказано в Евангелии (Мф. 5, 15). Это касается не только свидетельства о вере, но и любого проявления образа Божия в человеке. И тем артистам, писателям, государственным деятелям, чье дарование немыслимо реализовать вне публичного пространства, можно вспомнить слова апостола Павла: «В каком звании кто призван, братия, в том каждый и оставайся пред Богом» (1 Кор. 7, 24).Впрочем, даже священнику трудно определить подлинную грань между честным профессионалом, известным благодаря своему труду, и дутой знаменитостью, подсевшей на собственную известность, как на наркотик, и использующей православную атрибутику в целях самопиара. Грань эта невидима человеческому глазу.

Старец Паисий Святогорец говорил: «У человека есть здоровое честолюбие — любочестие, но если он не будет внимателен к себе, то заразится человекоугодием, и потом, что бы ни делал такой человек, это не будет приносить плода. Это все равно, что черпать воду дырявым ведром» («Страсти и добродетели», т. 5).

Действительно, чужая душа — потемки

Свеча или лампочка?

Слава святых, слава праведников, слава верных — это светильник с живым огнем, зажженный от славы Божией, от Божественного огня. Отсюда и нимбы на иконах — символ внутреннего «горения» верных Господу людей и замечательные слова «Вы — свет миру», обращенные Господом к своим ученикам (Мф. 5, 14). В сравнении со славой божественной слава многих современных медиа-звезд напоминает скорее электрическую лампочку. Подвели провода, оплатили квитанцию в энергетической компании и получайте круглые сутки свет без усилий! Причем свет будет даже более яркий, потому и более удобный-доступный-выгодный, чем от натурального огня…

Потому-то и не имеет смысла разговор о том, сможет ли какой-либо христианский проповедник стать в обществе более влиятельным, чем поп-звезда. Сможет ли хотя бы один православный миссионер попасть на обложку журнала «Time» или стать героем таблоидов? Вряд ли. Потому что живой огонь никогда не будет ярче электричества. И свече нет смысла соревноваться с лампочкой.Однако не менее важно и другое. У Бога есть удивительная способность — обращать обыденные вещи в чудесные. И как вода может быть претворена в вино, грешник может обратиться в праведника, так и слава человеческая может обернуться славой Божией.

Поэтому не будем загадывать. Может быть, кто-то из тех, кто сегодня почивает на лаврах нечестной славы и кого многие «благочестивые» христиане уже давно мысленно осудили, завтра станет великим православным миссионером? Каждая лампочка может когда-нибудь стать свечой.

Анастасия Коскелло

Опубликовано в журнале “Вода живая” за июнь 2011 г.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Германия и Россия: медиавызовы и религия (+Фото)

Вызовы современного информационного общества обсудили российские и немецкие богословы и журналисты на форуме «Петербургский диалог».

Игумен Нектарий (Морозов) об информационной войне, пиаре в Церкви и вопросах, на которые лучше не отвечать

Девочка узнает, что она нравится мальчику, потому что тот начинает дергать ее за косички, толкаться, а…

Сергей Худиев: О том, чтобы не мямлить

Вопрос не в том, надо ли «мямлить» при виде беззакония — не надо мямлить, надо ясно…

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: