Святополк. Окаянная жертва?

6 августа День памяти первых российских святых великомучеников князей Бориса и Глеба, убитых своим старшим братом Святополком, прозванным позднее Окаянным. Действительно ли Святополк убил своих братьев, либо он лишь жертва в кровавом плане Ярослава Мудрого? На эти и многие другие вопросы ответит эксперт по истории Русской Православной Церкви Алексей СВЕТОЗАРСКИЙ. Мероприятие проводится в рамках проекта “Осторожно, история!”, организованного агентством “РИА Новости”, радиостанцией “Эхо Москвы” и газетой “Известия”.

Вступительное слово: Здравствуйте, мои уважаемые респонденты. Спасибо вам за ваши вопросы. Я очень рад, что эти исторические события, связанные с именами святых благоверных князей страстотерпцев Бориса и Глеба вызвали столь живой интерес. Дело в том, что Борис и Глеб это не только первые русские святые, об этом мы еще поговорим, но и подвигоположники, явившие такой уникальный образ святости как страстотерпчество, характерные для традиции русского благочестия. А сейчас давайте приступим к вопросам.

Андрей, Москва: Почему Святополк бежал в Польшу? Почему польский король поддержал его и помог изгнаннику вернуть киевский престол?

1imgАлексей Светозарский: Дело в том, что Святополк вынужден был бежать в Польшу, поскольку столкнулся с весьма активными действиями Ярослава, который как знамя поднял имена убитых Святополком братьев и начал борьбу за киевский престол под лозунгом священной мести. Именно поэтому Святополк, потерпев поражение в битве под Любичем, должен был бежать в Польшу, где получил поддержку Болеслава Храброго, польского короля, который был его тестем. Болеслав чрезвычайно активный политик, боровшийся за Чехию с германским императором, воевавший в свое время с князем Владимиром, не преминул воспользоваться ситуацией, тем более что для этого у него были все основания (помощь близкому родственнику). Болеслав насылал печенегов на Киев, и от этого набега Ярослав еле отбился. Затем Ярослав в союзе с императором Генрихом Вторым выступил к польской границе, но потерпел неудачу.

В 1017 году Болеслав захватил Киев, а Ярослав должен был с поспешностью отступить. Поляки, немцы, венгры и печенеги, оказавшись в Киеве, вызвали недовольство киевлян своим поведением, в городе началось восстание и Болеслав ушел. Возможно, восстание спровоцировал Святополк, тяготившейся затянувшимся пребыванием тестя в Киеве. После этого удача от Святополка отвернулась, он был разбит на реке Альте в 1019 году. И затем бежал. По разным источникам он либо умер от ран в Бресте, либо был убит варягом Эймундом из дружины Ярослава, либо, как считает наша древняя летопись (“Повесть временных лет”), погиб злой смертью где-то между Польшей и Богемией.

Владимир, Москва: В школе каждый для себя извлекает уроки из истории. Какой урок мы можем извлечь из истории со Святополком Окаянным?

Алексей Светозарский: Урок из истории со Святополком Окаянным извлекли уже наши предки. Образы убитых им князей, покровителей княжеского рода, святых сродников в течение многих лет служил светлым идеалом евангельского отношения к политике. Но не только. Русские князья воспринимали их как своих особых молитвенников. Достаточно вспомнить явление Бориса и Глеба Пелгусию накануне битвы Александра Невского со шведами. Подвиг Бориса и Глеба осветил существовавший порядок государственного устройства, основанный на родовых началах. А пример Святополка Окаянного (подобного библейскому братоубийце Каину) стал предостережением для других князей. Почитание Бориса и Глеба стало объединяющим началом для наших предков, переживавших период феодальной раздробленности, их мощи являлись общерусской святыней, в то время как большинство подвижников того времени почиталось лишь местно, в отдельных областях и княжествах.

Светлана, Москва: Откуда появилась уверенность что Бориса и Глеба убил Святополк, очень многие историки приходят ко мнению, что это сделал Ярослав Мудрый.

Алексей Светозарский: Исходя из исторических источников, не могу согласиться с предположением о том, что Бориса и Глеба убили по инициативе Ярослава Мудрого. Для этого нет решительно никаких оснований. Более того, Сергей Михайлович Соловьев не без оснований утверждает, что на тот момент Ярослав был крайне заинтересован в том, чтобы Борис остался в живых и активно действовал против Святополка.

Напомню, что перед смертью Владимира Ярослав находился с ним в затяжном конфликте. А после смерти отца столкнулся с очень сильным соперником в лице Святополка. Поэтому, естественно, что он надеялся на длительную борьбу Бориса со Святополком.

Марина, Москва: К сожалению, я впервые услышала это имя – Святополк. Скажите, почему так мало внимания учителя уделяют истории древней Руси, и чем бы это изучение пошло нам на пользу?

Алексей Светозарский: На мой взгляд, действительно в школьном курсе русской истории изучению Древней Руси уделяется не так много внимания и времени. Но, полагаю, что здесь многое зависит от личности учителя, не случайно многие из нас, проходившие историю в средней школе еще в советские времена, когда изучению русской истории, и в том числе истории Древней Руси, до монгольского периода, уделялось совсем немного места, тем не менее знают эту поучительную историю о первых русских святых и о их коварном убийце.

Несомненно, согласен с Вами, что более подробное изучение истории домонгольского периода пошло нам на пользу, поскольку цивилизация Киевской Руси явилась основой цивилизации трех братских православных восточно-славянских народов – русского, украинского и белорусского, и тех народов, которые связали с ними свою историческую судьбу. Именно в этот период сформировались основы нашего менталитета и многие архетипы национального сознания.

Владислав, Москва: Святополку и Ярославу была выгодна смерть их братьев Бориса и Глеба? Почему тогда большую вину взваливают на Святополка?

Алексей Светозарский: Дело в том, что согласно историческим источникам, именно Святополк осуществил братоубийственный замысел. Несомненно, святой Борис был очень сильным конкурентом для Ярослава. Но обстоятельства сложились так, что Ярослав выступил мстителем за братьев в соответствии с понятиями о родовой мести, характерными для того времени.

Юрий, Москва: Братоубийственные распри были характерны для Руси? Прослеживается ли здесь некая тенденция?

Алексей Светозарский: Братоубийственные распри были характерны, конечно, не только для Древней Руси. Можно предположить, что Святополк вполне мог руководствоваться примером соседей – своего тестя Борислава Храброго, который изгнал из Польши своих младших братьев, а одного родича даже ослепил, и Борислава Рыжего, в Богемии оскопившего своего брата и пытавшегося убить другого брата. Борьба за власть между князьями-братьями или близкими родственниками (дядя-племянник, отец-сын) была характерной для периода феодальной раздробленности.

Но важно отметить другое. На Руси грех небратолюбия всегда осуждался церковью и народным сознанием. Эта мысль особенно подчеркивается в таком замечательном произведении древнерусской литературы как “Чтение о Борисе и Глебе”, автором которого является Нестор летописец. Эта мысль постоянно присутствует в общественном сознании, и пример Бориса и Глеба, отказавшихся от междуусобной борьбы ради своих христианских убеждений, играет здесь не последнюю роль. Более того, наши предки из числа людей книжных воспринимали Батыево нашествие как наказание, посланное свыше именно за княжеские усобицы.

Важно отметить еще один момент – в те времена государственное единство только складывалось, поэтому жители других областей, представляющие собой противоборствующую сторону, воспринимались почти как иностранцы. Таковыми в глазах южан были новгородцы, а в глазах новгородцев – киевляне. В этом, несомненно, ощущалось влияние родового строя.

Олег, Москва: Почему в одних источниках Святополка называют сыном Ярополка, в других – сыном Владимира?

Алексей Светозарский: Вопрос отцовства Святополка затрагивается лишь в одном летописном фрагменте, где проклятый братоубийца для усугубления негативной характеристики именуется сыном двух отцов. Но это скорее риторический прием. Дело в том, что мать Святополка, гречанка по происхождению, была вдовой Ярополка, неудачливого соперника Владимира, и последним была взята в жены, после того как брат-соперник, то есть Ярополк, проиграл. От этого брака Владимира с вдовой Ярополка и родился Святополк.

Михаил: Какова роль Святополка в истории? Как вы считаете, является ли он характерным властителем периода феодальной раздробленности?

Алексей Светозарский: Полагаю, что Святополк представил собой негативный пример правителя, переступающего через нравственные заповеди на пути к престолу. К сожалению, подобные явления были не редки. Но по контрасту с действительно светлыми образами Бориса и Глеба Святополк выглядит особенно негативно. Свою роль сыграло и то, что трагические события развернулись в особый период нашей истории – на заре начала христианства среди первого, второго поколения русских христиан, осмыслявших события современности через призму нового евангельского учения.

Несомненно, в данной системе координат Святополк и должен был получить самую негативную оценку, о чем ясно свидетельствует его прозвище – Окаянный, подобный Каину. Конечно, в какой-то мере его действия характерны, также как и действия многих других властителей периода феодальной раздробленности. Но в борьбе за престол он идет дальше многих, предполагая уничтожить всех потенциальных соперников. Напомним, что Святополк явился виновником гибели еще одного брата – Святослава, бежавшего из своего удела и погибшего где-то в районе Карпат.

Александр, Москва: Как Вы относитесь к версии, согласно которой в смерти Бориса на самом деле виноват не Святополк Окаянный, а Ярослав Мудрый, позже замаскировавший своё участие в убийстве? Смерть братьев была ему даже более выгодна, чем Святополку. И еще одно. Профессор Санкт-Петербургского университета Осип Сенковский, переведя на русский язык “Сагу об Эймунде” (“Эймундова прядь”), обнаружил там, что варяг Эймунд (который и убил Бориса по русской версии) вместе с дружиной был нанят Ярославом Мудрым. В саге рассказывается, как конунг Ярислейф (Ярослав) сражается с конунгом Бурислейфом (Борисом), причём в саге Бурислейфа лишают жизни варяги по распоряжению Ярислейфа. Одни исследователи предполагают под именем “Бурислейфа” Бориса, другие — польского короля Болеслава, которого сага путает с его союзником Святополком).

Алексей Светозарский: Я бы не стал доверять такому жанру, как сага. Все-таки это произведение особого рода, тем более что и сам автор вопроса отмечает здесь очевидные противоречия. В качестве аналога приведу в пример изложение истории крещения князя Владимира в другой византийской саге – Саге об Олафе, которая существенно отличается от вариантов, приведенных в русских и зарубежных источниках (западноевропейских, византийских и арабских). И еще одна аналогия. Обращение к устному народному творчеству в плане изучения русской истории привело бы к тому, что мы с вами изучали бы историю князя Владимира и его эпохи, например, по русскому богатырскому эпосу, который содержит немало забавных анахронизмов, не замечаемых народным сознанием, но очевидных для историка. Например, князь Владимир сражается с татаро-монголами и так далее.

Светлана, Москва: Когда и, главное, почему Борис и Глеб стали первыми русскими святыми и небесными помощниками русских князей? В чем проявилась их святость? Ведь они погибли не защищая христианство и убиты были христианами, а не язычниками. К этому времени уже было достаточно русских князей погибших в битвах с “погаными”, а их почему то не “произвели” в святые.

Алексей Светозарский: Борис и Глеб не мученики, пострадавшие за Христа, хотя их таковыми именовали. Но страстотерпцы, поставившие следование заповедям Евангелия выше всех земных интересов, в том числе и политических. Это высочайший идеал, его носителей всегда бывает немного. Это очень чутко почувствовали наши предки, которые вскоре после страдальческой кончины братьев стали почитать их как святых, что привело к достаточно скорой канонизации (или в 20-е годы 11 века, или в 1072 году).

Еще один важный момент – критерием канонизации явился не только их самоотверженный поступок, но и многочисленные чудеса, совершившиеся у их святых мощей и зафиксированные современниками. В те времена именно наличие чудес являлось основным критерием для прославления в лике святых. По причине отсутствия чудес очень долго не канонизировали князя Владимира, княгиню Ольгу, святого Исайю Ростовского и некоторых других подвижников, отличавшихся праведной жизнью и имевших несомненные заслуги перед церковью и христианским народом.

Из примеров страстотерпцев можно привести уникальный случай со святым Михаилом Черниговским, осознанно отказавшемся выполнять ритуальные действия в ставке Батыя. Таких людей было немного, большинство русских князей принимало (вынуждено было принимать) основанный на языческих суевериях этикет в ставке монгольских ханов. Но, тем не менее, каждый из них понимал, что в идеале по-настоящему поступил лишь Михаил.

Из истории княжеской святости известны также случаи жертвенного служения (именно жертвенность, а не факт гибели на поле брани или в ставке врага считался критерием святости), таких князей как Михаил Тверской, Георгий Владимирский, Василько Ростовский и другие. Но это уже другая эпоха, хотя, несомненно, память о Борисе и Глебе сыграла в этом определенную роль.

Завершающее слово: Выражаю благодарность всем своим заочным собеседникам, благодаря которым я вновь обратился к этой давней и поучительной истории, произошедшей на заре нашей национальной истории и в начале истории нашей святости. Спасибо.

Источник: РИА Новости

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Борис и Глеб: «Легли и ждали, пока убьют»?

Если Святополк действовал по наущению лукавого, – в чём же подвиг святых, которые не сопротивлялись?

Да, мой предок совершил тяжкий грех

Почему царь Алексей Михайлович не оправдывал преступлений царя Ивана Грозного

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!