Патриарх Тихон: «Пусть погибнет имя мое в истории, лишь бы Церкви была польза»

Почему за личностью патриарха Тихона, его местом в истории ясно виден Божий промысл? Можно ли осуждать патриарха за его послания, в которых он пошел на некоторый компромисс с властью? – об этом в годовщину избрания святителя Тихона на патриарший престол мы беседуем с архиепископом Гродненским и Волковысским Артемием.

Владыка, 18 ноября Русская Церковь отмечает день избрания святителя Тихона на Всероссийский Патриарший престол. Как вы думаете, почему возобновление патриаршества столь важно для нашей Церкви?

– Я не историк и полную оценку дать этим событиям не могу. Но нам всем хорошо известно, что после Петра I Русская церковь была фактически в зависимом положении. Когда Церковь потеряла патриарха, высший ее орган управления – Священный Синод – превратился в простое государственное учреждение, одну из многих коллегий или министерств. Т.е. Церковь стала идеологическим придатком государства, что было, как я думаю, одной из причин трагедии 1917-го года.

Действия Петра вполне понятны. В любом государстве, любой правитель будет стараться держать под контролем все значимые социальные группы и, по возможности, гарантировать их лояльность. В этом нет ничего странного или удивительного.

И, конечно, многие иерархи в начале 20-го века это прекрасно понимали. Тем более, начиналось смутное время революции и гражданской войны. А в смуту, когда сразу несколько организаций называют себя единственным законным правительством, просто невозможно выжить, не будучи самостоятельным, не имея внутреннего стержня. Таким стержнем для всей Церкви и призван был стать патриарх Тихон.

Архиепископ Гродненский Артемий

Архиепископ Гродненский Артемий

Т.е. в тот момент нужна была именно сильная личность?

– Не только в тот. Вообще, во все времена значение имеет только подвиг личности. Даже подвиг народа складывается из отдельного героизма отдельных людей.

В чем, скажем, трагедия Израильского народа? «Вот грядет царь, он все устроит, а я лично, палец о палец не ударив, буду жить припеваючи». Но для того чтобы иметь духовную и внешнюю свободу, нужно трудиться. Нужно пролить и пот, и кровь.

В начале 20-го века происходило нечто подобное. Как говорит один из офицеров в новом фильме Н. Михалкова «Солнечный удар»: «А вот мы и виноваты, мы всё видели, но думали, что всё само собой образуется». Так что когда общество инертно и все думают, что все само собой решиться, нужен человек, который бы просто взял и сделал и своим примером заставил делать других.

А христианам также известно, что самая лучшая проповедь – это проповедь своей жизнью.

Вот, кажется, абсурд – все гонят христианство, уничтожают его на корню, а оно побеждает. Потому что люди отдавали за это свою жизнь. Подвиг одних вселял веру в других. Разве мученики знали догматическое богословие? Их не на богословском диспуте убеждали в истинности Христа, а на арене. Вот мы сейчас догматическое богословие знаем, а такого предмета, как исповедничество, в семинарии нет.

Поэтому я считаю Божьим промыслом то, что в это тяжелое время Господь дал нам патриарха Тихона – мученика и исповедника, который, как и раннехристианские мученики, проповедовал Христа своей жизнью и смертью.

У меня к нему всегда было особо трепетное отношение. После оглашения решения Синода о назначении меня на Гродненскую кафедру владыка Филарет (Вахромеев) повез меня в Донской монастырь. Он положил свою руку мне на голову и наклонил ее к мощам святителя Тихона. Для меня это очень дорогое и знаковое воспоминание. Ведь мы, мое поколение, прожили атеистическое время. Никто не думал, что можно будет так свободно быть христианином.

В 8-м классе я собирал деньги, которые мне давали на бутерброды, и купил икону, потому что был уверен, что скоро этого невозможно будет сделать. И когда я ездил в Псково-Печерский монастырь, трудником или «трутником» – не помню точно (улыбается), братья много говорили, что скоро, наоборот, наступит время, когда по молитвам новомучеников начнут открывать храмы. Я, конечно, улыбался: наслушались, мол, каких-то старцев…

Но они были правы. То, что мы сегодня имеем – в этом нет ни нашей крови, ни нашего подвига. Это подвиг и кровь мучеников ХХ-го века. В том числе и святого патриарха Тихона.

Арест Патриарха Тихона

Сегодня можно встретить довольно неоднозначные оценки личности и деятельности святого патриарха Тихона. С одной стороны, многие указывают на его твердость и непреклонность в отношениях с новыми властями, а с другой – приводят в пример некоторые из его посланий, как будто бы демонстрирующие лояльность большевистскому правительству. Как бы вы это прокомментировали? 

– Это естественно. Сама ситуация была неоднозначной. Да, действительно, когда он выходит из заключения, он начинает издавать одно за другим послания, в которых все более и более лояльно высказывается о советской власти. Послания, которые были противоположны тем, что он издавал с самого начала своего патриаршества, обличая всех, кто проливал человеческую кровь.

Такая перемена, конечно же, была компромиссом с его стороны ради спасения Церкви от заразы обновленчества. Но он сам признавал вынужденность многих его про-советских высказываний, которые он делал под давлением, которые не были голосом его совести.

Он говорил: «Я не могу отдать Церковь в аренду власти» – т.е. признавал, что такое желание у власти было. Он шел на тот компромисс, который, по его мнению, не вредил спасению, и был в любом случае лучше, чем полный переход Патриаршей Церкви в обновленчество, что наверняка случилось бы, если бы он не встал на путь компромиссов с советской властью.

И есть еще одна очень важная деталь. Отстаивать свои принципы, когда угрожают только тебе, – это одно дело. А когда к твоему решению привязывают судьбы других людей – это совсем другое. Вот как поступить, когда ты знаешь, что за твою твердость и правоту будут завтра расстреляны люди? Ты можешь отвечать только за себя, только что именно ты готов на смерть. А за других ты ответить не можешь.

Важно, что в этих действиях святитель Тихон, что называется, не хранил себя для Церкви. Его мотив был иным. Не эгоистический, а пастырский. И лучше всего он выражен в его знаменитом высказывании: «Пусть погибнет имя мое в истории, лишь бы Церкви была польза».

Беседовал диакон Дмитрий ПАВЛЮКЕВИЧ

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Святой патриарх Тихон: Без лукавства и святошества

Светский стиль общения патриарха Тихона, его склонность к юмору подчас даже раздражали консервативное монашество

История Церкви ХХ века сквозь призму личности Патриарха Тихона. Вторая лекция

Бывает стыдно, когда мы читаем фрагменты этих посланий, но стыдно должно быть не за Патриарха, а…