В детдоме вздрогнули: «Вы соображаете, о чем просите?»

|
Все свои 12 лет Леша провел в сиротских учреждениях. В детдоме его "списали". Этот ребенок вообще должен был умереть. Но он жил и жил. Странная внешность мальчика отпугивала потенциальных усыновителей, но одна смелая женщина все же нашлась.

В детдоме его “списали”

«Когда мы увидели его в палате, он напомнил мне зародыш. Белый весь, и согнутый, как вопросительный знак. Мы сказали: “Леша, мы к тебе”. Он удивился и указал на себя “Ко мне?!”. И махнул: “Проходите”», – так вспоминает Надежда Ярихметова свою первую встречу с Лешей.

У Леши Шаева сложный генетический синдром. Мама отказалась от малыша сразу же в роддоме. Она сама страдала от того же заболевания, но в меньшей степени, перенесла несколько пластических операций. Пройдя тяжелые испытания и увидев, что ребенок родился таким же, женщина оказалась не готова пережить мучения заново. Надежда говорит, что не винит Лешину маму, ведь не так-то просто жить с таким лицом…

Все свои 12 лет Леша провел в сиротских учреждениях. В детдоме его “списали”.

Собственно, этот ребенок вообще должен был умереть – то, что его ждет летальный исход, врачи решили сразу. Но он жил и жил.

Его обучением и развитием никто не занимался, и когда его в 2015 году обнаружила Алена Синкевич, координатор проекта «Близкие люди» благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам», он уже жил в своем изолированном мире, на своей “планете”.

Так и появился тег #планетаЛешка, под которым Алена публиковала в фейсбуке свои заметки о мальчике. Леша не говорил, но все понимал, и даже придумал свою систему знаков. Он мог бы не отставать в интеллектуальном развитии вообще, если бы рос в семье, замечает Надежда.

Ну а пока Леша жил в детском доме,  Надежда готовилась стать приемной мамой. У нее уже был опыт – ее старший приемный сын Ваня уже взрослый. И опыт родительский тоже немалый: четверо кровных детей. Старшая, Яна, – живет уже самостоятельно, ей 20 лет. Остальные помладше: 11-летний Женя, 7-летняя Катя и 5-летний Вася.

Листая базы данных, Надежда наткнулась на фото Алексея. Первый шок сменился удивлением: кто это? Как он общается с миром? А чуть позже Надежда увидела пост в соцсети «Одноклассники» – о том, что Лешу везут в Англию на операцию. Так получалось, что информация о необычном мальчике стала попадаться на глаза Надежде все чаще.

“Эти люди соображают, о чем просят?”

«Я рассказала о Леше в семье.  И мы стали читать про него. Ему тогда в Англии делали глаза и губы, чтобы он мог хотя бы закрывать глаза и мог говорить. У него нет патологии речи, просто не смыкались губы. С годами речевой аппарат закостенел, ведь им никто не занимался. Это как последствия инсульта – если потом не реабилитировать человека, не работать над восстановлением функций, то ничего и не получится», – говорит Надежда.

Наконец Надежда собралась с духом и решила увидеть необычного мальчика. Почему-то мысли все возвращались к Леше, и захотелось встретиться с ним вживую.

«Я не понимала, не знала, как с ним общаться. Мне посоветовали взять с  собой мыльные пузыри и музыкальную книгу. Мы взяли. И пришли на день открытых дверей в ДДИ».

Желающих пообщаться с юными обитателями интерната для детей с особенностями здоровья, оказалось только трое. Надежда, ее дочь Яна и их соседка.

«Как водится, дети нам показали, чему они научились, танцевали… я смотрела на них, но Леши не видела. Потом мы начали общаться с Еленой Леонидовной, руководителем интерната, и нам сказали: «У нас есть такая девочка…».

Но я прервала эту фразу: «Мне не нужна девочка, нам нужен один мальчик. И конкретный мальчик. Леша. Фамилию не знаю». Помню, Елена Леонидовна очень внимательно на меня посмотрела. Позже она призналась, что подумала тогда: «Эти люди вообще соображают, о чем они просят? Готовы ли они к такому?».

Но оказалось, что Леша в больнице. «Приезжайте, когда его выпишут», – предложили Надежде, но она попросила навестить мальчика в больнице. И сотрудники интерната уступили перед таким напором. Получив пропуск, Надежда и Яна отправились в Морозовку.

img-20170130-wa0009

Он не верил, что мы вернемся

Надежда Ярихметова вспоминает, что была не вполне уверена в правильности своего шага, придя в Морозовскую больницу. Страшно не было. Но в то же время Надежда думала: «Зачем я все это задумала? Глупости какие-то».

А Леша между тем сложил в свой пакетик принесенные ему гостинцы, рассматривал часы на руке Надежды… но он был благодарен за внимание к нему. А свою благодарность мальчик проявляет, укладывая спать, – такая привычка появилась еще с детства. Вот и Надежду он начал убаюкивать. А потом попросил спеть ему колыбельную.

«И я решила спеть ту, которую часто пою на ночь своим детям. Но когда я дошла до слов про дом, Леша прервал меня.

«Дом это там где вас поймут, где надеются и ждут»…  Я спросила: «Что, грустная?». Он кивнул.

Но ему понравилось. Думаю, ему таких песен не пели».

Но дома Надежду ждали трое ее детей, и их дедушка с давлением…пора было уходить. «Мы сказали, что уходим. Леша сразу встал, сунул куртки мне, Яне, и показывает: «Идите». Слезный канал у него нарушен, он не может плакать, но глаза стали красные. Мы сказали: «Леша, мы правда к тебе придем еще!». А он отвернулся к стене и молчит. Так мы и расстались тогда», – рассказывает Надежда.

Не сразу Надежда и Яна отъехали  от больницы. «Посмотри, как на него смотрят эти медсестры! Они боятся к нему подходить! – возмущалась Яна. –  Наша сестра, когда лежит в больнице, она с нами, а он один!».

«Ты что, хочешь, чтобы я прямо сейчас его забрала? Подожди. Сейчас тобой руководит жалость. Давай приедем дня через два. Как раз после майских праздников», – предложила Надежда.

И они снова приехали. Сдержали обещание. «Леша нас сразу узнал, захлопал в ладоши. Он очень обрадовался, закричал от радости. Я спросила: «Ты не верил, что мы придем?» и он кивнул: «Да, не верил».

«Уже после этой встречи с Лешей в мае мы списались с Аленой Синкевич, – говорит Надежда. – Тогда я уже знала, как вести себя с Лешей. Но не знала, чего же я хочу. Когда Алена спросила меня о моих планах, я ответила: «Если честно – не знаю сама, как, но я хочу как-то ему помочь».  На такое создание природы я была не готова. Но Леша уже засел у меня внутри. Я спросила Алену: «Как с этим живут?». Она сказала : «Вы первые, кто об этом спросил. Обычно сразу отказывались. А как живут? Живут, не заклиниваясь на этом». – «А если я его не возьму, и никто его не возмет – что с ним будет?»  –  «Ничего не будет. ПНИ».

img-20170130-wa0016

Странные пальцы и мужское рукопожатие

Надежда понимала, что Леша очень необычен. Не каждый спокойно воспринимает его внешность. И решила знакомить своих детей с ним постепенно, по очереди. «Мне важна была реакция на него моих детей. Например, до меня другая женщина хотела взять Лешу, но ее кровная дочка испугалась его, и все отпало. Мы с детьми приезжали на прогулки в ДДИ и там привыкали друг к другу».

А вот пятилетний Вася увидел Лешу впервые, когда мальчик приехал в дом к Надежде. «У Леши странные пальцы, как у лягушонка, с перемычками. И наш младший Вася смотрел все время даже не на его лицо, а на пальцы. А я говорю Васе: «С мужчинами надо здороваться за руку». Леша протягивает руку – а Васе страшно. Он ходил вокруг Леши кругами, присматривался к нему. Но через какое-то время все же поздоровался с ним. И они так подружились, что сейчас ближе всего друг к другу».

Мужа Надежда предупредила, что привезет в дом необычного ребенка. Но Руслан позже признавался, что не ожидал увидеть такого человека.  «Муж думал, что, возможно, это будет ребенок в инвалидной коляске – но все оказалось еще сложнее», – говорит Надежда. Но мужская дружба состоялась.

img-20170130-wa0011

«Сколько дней у меня еще есть, чтобы быть с вами?»

Адаптационный период семьи прошел на море. Леша практиковал провоцирующее поведение, но Надежда не сдавалась.

«Я постоянно звонила Алене Синкевич и Елене Леонидовне, советовалась. Без их сопровождения мне было бы тяжело, может, я бы отказалась от этой идеи, хотя проклинала бы себя потом», – признается Надежда, без сопровождения приемным родителям очень сложно.

А вот отношение окружающих, чего внутренне опасались Надежда и Руслан, порадовало: агрессии или неприятия не было, было любопытство.

«Мы там, на юге, были звездами.

К Леше часто подходили дети, девочки. Они спрашивали, почему он такой, можно ли его потрогать. Причем все думают, что он не слышит и ничего не понимает.

Но Леша никакой реакции не проявлял, спокойно относился к такому вниманию к себе. Правда, он проявлял страх перед подростками, детьми, которые старше его, – доверял малышам больше. Но потом привык».

Все лето и до осени семья прожила в гостевом режиме. «Когда мы возвращали Лешу в ДДИ, на несколько дней, по разным причинам – мы его привозили по требованию интерната – он был как в воду опущенный. И Леша спрашивал меня, показывая на пальцах: «Сколько дней у меня еще есть, чтобы быть у вас?». Это было непросто.

А летом ДДИ отправил Лешу в санаторий. Было так странно, – рассказывает Надежда. –  В доме тишина, не слышно его мычания, исчезли все резкие звуки… Когда мы встретились после его возвращения, он бросился к нам радостный: тоже соскучился».

img-20170130-wa0003

Картинку назвал «мама» и показал на меня

Осенью семья Надежды Ярихметовой  созрела к принятию решения: Леша придет в семью окончательно и навсегда. А 13 января 2017 года, в Старый Новый Год, приемная семья Леши была оформлена уже документально.

В жизни мальчика многое меняется ежедневно. Детям купили двухъярусную кровать, Леша очень хочет спать наверху – но взбираться ему по лестнице не так просто, руки не всегда слушаются. Но он учится. А в Новый год Леша впервые наряжал елку. И впервые наблюдал за фейерверками. Лешка был счастлив, обнимаясь с Дедом Морозом, роль которого играл глава семейства, и получая подарки.  И даже, замечает Надежда, такое ощущение, что и лицо Леши меняется. Он все больше становится похож не на инопланетянина, а на такого же человека, как его братья и сестры.

img-20170130-wa0010

Семья выросла, и пришлось из крохотной московской квартиры переехать в дом в деревне. Пока Леша ходит учиться в школу «восьмого вида», другие дети учатся в школе недалеко от дома, возможно, удастся перевести в нее и Лешу.

Впереди еще долгий путь реабилитации и лечения. Леша начал заниматься в логопедическом центре «Территория речи» – благодаря помощи фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам». Скоро мальчику купят ноутбук с синтезатором голоса, чтобы ему было легче учиться говорить, а пока Леша уже умеет печатать короткие слова на компьютере, складывать карточки. Татьяна Грузинова, руководитель «Территории речи» и основатель методики обучения неговорящих детей, убеждена, что Лешу можно научить говорить и писать.

«На самом первом занятии он назвал меня мамой.  Когда Татьяна Грузинова проводила диагностику Леши, она показывала ему карточки-пиктограммы.

На картинку с мужчиной Леша «сказал» «папа», а на картинку с женщиной – «мама», и показал на меня, хотя рядом сидела и Алена Синкевич. Я была очень счастлива и удивлена.

Было месяца четыре, как мы знали друг друга», – рассказывает Надежда.

Надежда очень верит в Лешу. Боится только, если вдруг с ней что-то случится, что же будет с мальчиком? Не пропадет ли он? Но специалисты уверены: не пропадет. За такое короткое время семья Надежды уже дала Леше очень многое. И рядом с ним всегда будут близкие люди, которые не оставят его. Впереди еще, конечно же, много сложностей. Но у Леши уже есть мама. А это самое главное.

 

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Каждый отец больного ребенка испытывает чувство вины

Особенно когда жена не дает шанса помочь себе

Мальчик-бабочка: история усыновления, в которую трудно поверить

6 лет ребенок ждал семью из-за «закона Димы Яковлева»

Как мама научила ребенка дышать… вопреки прогнозу врачей

В России таких детей всего 18. Засыпая, они перестают дышать

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!