ВИЧ, изгнание, ампутация, постриг – история о. Питера Громова

Как быть, если ты тяжело заболел и стал никому не нужен? Можно ли в этой ситуации выбраться из глубин отчаяния? Где взять на это силы?

Двадцать четыре года назад, когда ему сказали, что ему осталось жить примерно полгода, Питер Громоф начал, как он сам выражается, «присматриваться к монастырям».

Его кочевая жизнь одинокого холостяка ужаснула бы любого верующего человека; он сам признается, что на многие годы не думал и не вспоминал о Боге.

В 1988 г. в Детройте он пошел ко врачу выяснить, почему у него никак не проходят симптомы того, что он считал гриппом. Когда в кабинет зашли два доктора, он понял, что дело плохо.

Он решил, что у него рак.

Ему сказали, что он ВИЧ-инфицирован.

— Я был совершенно подавлен, — вспоминает он. — Я сел в машину и заплакал как ребенок.

Сейчас, уже будучи рукоположен в священники, отец Питер Громофф говорит, что не знает точно, где мог заразиться ВИЧ. Скорее всего это случилось, когда он подрабатывал лаборантом в гематологической лаборатории, — это была одна из многочисленных работ, которые он сменил за первые 33 года жизни.

— Тяжелее всего в самом начале было видеть, что люди стали тебя избегать, — говорит отец Громофф. — Я потерял всех друзей, всех до единого. Люди боялись даже зайти в мой дом. И еще одно клеймо было: раз у тебя вирус СПИДа, значит, ты сделал что-то плохое и тебя Бог наказал.

Он решил прожить последние (как он думал) дни своей жизни в Свято-вознесенском монастыре в Рисаке. Этот монастырь — один из многих, которые он изучил — принадлежал Восточной Православной церкви и был известен тем, что заботился об умирающих и потом хоронил их. В монастырь принимали не более двух-трех пациентов одновременно.

— Это было то, что нужно, — рассказывает он. — Я поеду и буду им помогать, а потом, когда настанет мой черед, они обо мне позаботятся.

После того, как его прошение о приеме в братство было удовлетворено, он переехал в монастырь. Там он поговорил с врачом, который помог ему зарегистрироваться на государственные программы медицинского страхования для пожилых и малоимущих. Питер начал экспериментальное лечение, которое, он убежден, и спасло ему жизнь.

— Меня убивает диабет, — усмехается он и объясняет, что лекарства спасли ему жизнь и вылечили от СПИДа, вызвали диабет, которым страдают многие в его семье. Последние 15 лет в его анализах крови больше нет вируса ВИЧ, но он все равно каждый день принимает свои лекарства.

Он остался в монастыре и прожил там монахом 10 лет, пока его не перевели в Нью-Йорк в 1998 г. Через год его рукоположили в священники и он начал служить в Мидвуде, Бруклин.

— Честно говоря, я думаю, что до сих пор жив только благодаря тому, что я сделал этот шаг: посвятил свою жизнь служению Богу, — уверен отец Питер.

В 2001 г. из-за осложнений диабета у отца Питера случился септический шок. Он очнулся в больнице спустя несколько дней с ампутированной стопой.

— Врачам пришлось экстренно ампутировать мне левую стопу, — вспоминает священник. — Я проснулся, увидел культю, решил, что это мне снится, и заснул снова. Потом окончательно проснулся, понял, что произошло, и начал кричать.

В 2009 году ему также пришлось ампутировать часть правой стопы, включая все пальцы — воспалился вросший ноготь.

Он по-прежнему активный член Восточной православной церкви, и много работает с нуждающимися. Однако теперь он может передвигаться только в электрическом инвалидном кресле, и это не дает ему вести такую же активную деятельность, как раньше. Соответственно, у него сильно упали доходы. Он живет на пособие по инвалидности в размере $1,055 и еще около $200 получает в виде дотаций на еду.

В апреле отцу Питеру нечем было оплатить счет на $241 за коммунальные услуги. Социальный работник, который его курирует, направил священника в Совет по предотвращению еврейской бедности (это одна из семи благотворительных организаций, которые поддерживает фонд «Помощи в самых тяжелых случаях») Совет помог ему выплатить долг.

— Самые большие проблемы, связанные с тяжелой, продолжительной болезнью — депрессия, уныние, чувство никому не нужности, — считает отец Питер. — Моя вера спасла меня от отчаяния. Бог — это не автомат, куда ты можешь положить свои молитвы, нажать на кнопку и получить то, что ты хочешь. Это двунаправленные синергические отношения. Их нужно строить, нельзя Бога только просить о чем-то. У Него нельзя купить желаемое».

Джон Отис, 8 ноября, 2012 г.

Перевод с английского Ольги Антоновой

Читайте также:

Молебны о здравии больных ВИЧ/СПИДом: лекарство от одиночества

Должна ли Церковь помогать «плохим»?

Церковь и больные СПИДом

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность о семье и обществе.

Похожие статьи
В Лиссабоне преставился ко Господу монах Филипп (Рибейру)

Отпевание монаха Филиппа состоится во вторник во Всехсвятском храме Московского Патриархата в Лиссабоне

В Лас-Вегасе почтили память погибших при стрельбе

В городе прошли немногочисленные акции в память о погибших

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: