Все ли спасутся?

|
Время от времени я сталкиваюсь с разговорами о том, что все будут спасены, а говорить о чьей-либо вообще погибели есть признак недоброго, нелюбящего сердца. Стоит, однако, сказать, что и здравый смысл, и Писание свидетельствуют об обратном – предупреждать людей о возможности гибели есть дело любви. Но рассмотрим всё по порядку.

Что понимается под спасением? Как правило, люди не проговаривают этого вслух, и, насколько можно понять, речь идет о том, что «все мы будем счастливы, потом, когда-нибудь». Всё как-нибудь само собой устроится. Смутное беспокойство о том, что может оказаться и не хорошо, подавляется смутным же предположением, что нет, как-нибудь проскочим.

Сергей Худиев

Где-то я читал, что люди склонны к либеральному богословию в благополучные времена, а в смутные – возвращаются к ортодоксии. В самом деле, пока всё благополучно, нас окружают милые люди, кругом мир и порядок, легко поверить в то, что все старые доктрины про грех, дьявола, ад, а равно про наше спасение от ада – пережиток мрачных времен, когда жизнь была короткой, суровой и жестокой, и люди повсюду – в том числе в небесах – видели гнев и угрозы. Однако когда наступают времена смутные и кровавые, человеческое безумие прорывает тонкий лед цивилизации, зло и грех становится чем-то резко бросающимся в глаза из каждого окна, люди вспоминают, что зло совершенно реально, люди грешны и нуждаются в спасении.

В наше время это разделение отчасти снято нашим мгновенным доступом к информации из практически любой точки мира – и возможностью для всех выказываться по любому поводу. В XIX, даже (в некоторых местах) в ХХ веке можно было прожить всю жизнь и ни разу не увидеть изуродованного трупа – да, где-то лились моря крови, совершались ужасные беззакония, но во многих местах люди этого не видели, а жили вполне мирно и размеренно.

Сейчас даже если мы сами наслаждаемся миром и достатком, немыслимым для многих поколений наших предков, мы уже успели увидеть на экранах своих мониторов много изуродованных трупов – мужчин, женщин и детей, и услышать самые подробные рассказы о зверствах, мерзостях и беззакониях из первых уст. Даже если мы стараемся закрываться от такого контента и отписываться от тех, кто имеет привычку размещать такие материалы, спрятаться невозможно – где-то в мире, совсем недалеко от нас, кого-то бомбят, убивают, жгут и пытают, творятся невыносимые, тошнотворные жестокости. Это может в любой момент выпрыгнуть на нас с монитора.

Также сложно спрятаться от идолопоклонства, ярости и ненависти, которые кипят в социальных сетях и служат основанием для зверств в реальном мире – не имея возможности терзать и убивать лично, люди радуются, одобряют и изливают ненависть в доступных им формах.

Фото из открытых интернет-источников

Фото из открытых интернет-источников

Увы, игнорировать реальность зла в человеческих душах невозможно – а если верить (как верят христиане и не только) в вечность человеческой души, то остается признать, что вечность для таких душ будет очень жутким местом. Даже не в силу наказания, наложенного на них извне – а в силу их собственного состояния. Ад совершенно реален и доступен непосредственному наблюдению – и если верить в вечность, то он вечен.

В самом деле, грешная душа будет приносить ад с собой повсюду, куда она придет – и поэтому пускать ее в рай бессмысленно. Грешники устраивают ад везде, где появятся.

Можно эмоционально требовать, чтобы Бог пустил всех в рай – и провозглашать, что Он, конечно, так и сделает, ибо милость Его безмерна и человеколюбие неизреченно. Но подумайте, чего вы требуете. Вы требуете, чтобы ад имел невозбранный допуск в рай – и тут же превратил его в ад. Это, на самом деле, не введет грешников в рай – это не оставит ничего, кроме ада.

Писание – и Христос лично – говорит о том, что нераскаянные грешники будут осуждены, изгнаны во тьму внешнюю, выставлены за дверь, и это совершенно неизбежно, иначе не останется ничего, кроме внешней тьмы.

Грешников можно спасти, простить, очистить, глубоко преобразить, ввести в рай – но они должны на это согласиться. Человек обладает свободной волей – это значит, что никто, даже Бог, не делает выбора за него. Человек сам является автором своих решений.

Поэтому Евангелие очень далеко от того, чтобы говорить «успокойтесь, всё как-нибудь само устроится». Напротив, оно призывает обеспокоиться – осознать серьезность положения, покаяться, признать свои грехи – грехами, искать Божьего прощения и помощи, решительно переменить путь.

Реальный, евангельский Иисус говорит очень жесткие, ранящие вещи – что, собственно, и следует ожидать от Спасителя, который пришел спасти род людской от абсолютной беды.

«А кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему жерновный камень на шею и бросили его в море. И если соблазняет тебя рука твоя, отсеки ее: лучше тебе увечному войти в жизнь, нежели с двумя руками идти в геенну, в огонь неугасимый, где червь их не умирает и огонь не угасает. И если нога твоя соблазняет тебя, отсеки ее: лучше тебе войти в жизнь хромому, нежели с двумя ногами быть ввержену в геенну, в огонь неугасимый, где червь их не умирает и огонь не угасает. И если глаз твой соблазняет тебя, вырви его: лучше тебе с одним глазом войти в Царствие Божие, нежели с двумя глазами быть ввержену в геенну огненную, где червь их не умирает и огонь не угасает» (Мк. 9:42-48).

Это понятно, что геенна – это Иерусалимская городская свалка во времена Иисуса (хотя «быть выброшенным на свалку» звучит ничуть не мягче, чем «быть вверженным в геенну»), и вообще всё сие надо понимать духовно и иносказательно. Но, при всём уровне иносказательности и символичности языка, Иисус явно говорит о некой чрезвычайно ужасной опасности, о ввержении куда-то, подходящим образом для чего будет место отвержения и нечистоты. И о том, что для того, чтобы избегнуть такой участи, уместны самые драматические меры – которые можно сравнить с отсечением себе руки, ноги или глаза.

Это напоминает мне рассказ одной женщины, у которой была дочь-наркоманка. Мама поставила ей жесткое условие – или ты прекращаешь употребление и идешь лечиться (и тогда я всё это оплачиваю), либо (если являешься домой упоротая) я тебя на порог не пускаю. Мне это сразу показалось очень жестким – родная мать не пускает дочь домой! А она там скулит под дверью! А потом выяснилось, что это единственная возможность помочь – и она сработала, дочь согласилась лечиться и теперь жива. Но могла бы не остаться, а просто уйти во тьму. Свободная воля. Но факт тот, что если бы не жесткая любовь матери, она бы точно погибла.

Отцы пишут, что под отсечением надо понимать разрыв с людьми, которые вовлекают нас в грех; но, так или иначе, Иисус говорит о гибели как о несомненной реальности, которой надо избегать любой ценой.

Там, где есть реальная (и невыразимо ужасная) опасность – дело любви состоит в том, чтобы предостерегать от нее и указывать путь спасения.

Путь же этот состоит в том, чтобы покориться Иисусу Христу как Господу и довериться Ему как Спасителю. Пребывать в Нем через веру, которая проявляется в Крещении, Евхаристии и хранении заповедей. В этом случае мы, бедные испорченные грешники, удивительным, непостижимым, сверхъестественным образом будем спасены.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Для чего умер Христос

«И запомните: всё, что вы делаете, вы делаете неправильно»

Метафоры спасения

Каким образом Христос спас человека – «уплатил штраф» или же «был наказан вместо нас»?

Что значит «дух мирен» и при чем тут спасение?

Купеческое дело состоит в стяжании вещественных благ. Монашеское дело (и вообще христианское) состоит в стяжании духовных…