Критика атеизма. Зачем нам атеистическая критика?

|

Андрей Десницкий

Критика атеизма. Зачем она православным?

В прошлой статье я сожалел о недостатке качественной критики со стороны атеистов. Вообще-то жаловаться на отсутствие атеистической критики в рунете никак не приходится – в блогах, на форумах, да и на серьезных ресурсах ее полным-полно.

Вот, например, открываешь страницу «научно-просветительского журнала» и читаешь последнюю новость: «Действия РПЦ еще нагляднее свидетельствуют о том, что основной моральный принцип участников этой организации – отсутствие всяких моральных принципов». И это еще далеко не экстремистский ресурс, на нем есть интересные материалы. Но глядя на такие новости (а это не единственный пример), понимаешь, что основная цель проекта – все же не распространение научного мировоззрения и не просвещение сограждан, но борьба против «организации РПЦ».

Впрочем, не обязательно прибегать к таким эмоциональным заголовкам. Вот, например, логически безупречное рассуждение Мирослава Войнаровского, где вера в Бога приравнивается к игре в рулетку. Действительно, если обещать человеку бесконечно большой выигрыш, уплата которого отложена до «жизни будущего века», то совсем просто уговорить его делать ставки и так получать стабильный доход уже здесь и сейчас. Но нетрудно заметить, какие предпосылки у этого логического построения: церковь приравнивается к казино, единственная ее цель – получение стабильного дохода. Это не обсуждается, это берется за основу. А что можно выстроить на такой основе? В общем-то, только одно: выяснить, каков механизм «сравнительно честного отъема денег у населения», используемый церковью. Истинно или ложно ее вероучение, в данном случае уже никого не интересует, поскольку оно по условиям задачи есть лишь инструмент обогащения попов.

И то, и другое выступление построено по одному и тому же принципу: за аксиому принимается некое довольно субъективное суждение, а потом на его основе выстраивается доказательство. Это может быть достаточно «толстое» обличение (у РПЦ заведомо отсутствуют моральные принципы) или более тонкое, не столь скандальное (церковь действует по принципу казино), но принцип от этого не меняется. Рассуждения автора как будто призваны кому-то что-то доказать, но на самом деле это «проповедь хору» – проповедник произносит нечто такое, на что его единомышленники гарантированно ответят «аминь». Хор в данном случае атеистический, как и сам проповедник.

Но разве в православных СМИ не встречается ровно то же самое? Разве не заполнены они эмоциональными воздыханиями и сокрушениями, такими, где уже заранее расставлены все оценки, над которыми остается только пролить слезу умиления или гневно потрясти кулаком, в очередной раз по тому же самому поводу? Самый ехидный из российских бардов, Тимур Шаов, назвал это «бесконечное бла-бла про купола-колокола», но самое интересное, что это «бла-бла» звучит на два голоса: с православной стороны куполами-колоколами восторгаются, с атеистической грозят им кулаком. А диалога практически нет.

Но разве возможен он при тотальной разнице мировоззрений? Разве не должен он строиться на какой-то общей аксиоматике? Если атеист исходит из того, что никаких богов нет и быть не может, а христианин – из веры в Триединого Бога, разве придут они к согласию? По вопросу о существовании высшего разума или о происхождении нашего мира – разумеется, нет. Но ведь это далеко не единственные вопросы, которые людям стоит обсуждать в этом мире. Существует же наука, и ученые вполне могут обсуждать устройство этого мира, историю человечества и многое, многое иное, при том, что одни верят в Творца и бессмертие души, другие верят в отсутствие того и другого, а третьи не считают для себя обязательным отвечать однозначно на этот вопрос. Но им прекрасно удается при этом добиваться согласия или спорить по частным вопросам.

Как это делается? Да очень просто, никакого секрета нет. Сначала люди договариваются об общей аксиоматике (через две точки на плоскости можно провести только одну прямую), общей доказательной базе, общих методах ведения дискуссии. В ходе самой дискуссии стараются уточнять мнение оппонента прежде, чем его оспаривать, не переходить на личности, не передергивать и т.д и т.п. В общем-то, это азы цивилизованной дискуссии, их еще около ста лет назад изложил на русском языке С.И. Поварнин, и с тех пор ничего в этом искусстве не изменилось.

Впрочем, тут самое время задать вопрос, вынесенный в заглавие этой статьи: а зачем нам вообще с ними спорить? Пусть себе говорят, что хотят, на чужой роток не накинешь платок. Это, конечно, так, и я согласен, что совершенно не нужно отзываться на любую критику. Но вот критику конструктивную и серьезную, основанную не на тотальном охаивании оппонента и перевирании его слов, а на корректном уточнении и разборе его позиции на основе общей доказательной базы – вот такую критику я бы считал для христианской публицистики и журналистики очень полезной, особенно со стороны атеистов.

Почему? Да просто потому, что в нашем обществе есть атеисты и сочувствующие им, их немало, и мы должны понимать, как воспринимаются наши слова такими людьми, как действуют на них наши аргументы. Проповедник, который привык проповедовать только хору, производит на остальных жалкое впечатление – и приходится признать, что этот стиль у нас слишком распространен. У атеистов, на мой взгляд, он распространен в еще большей степени, но это уже их проблемы. Тут сказывается наследие советских времен, когда атеизм агрессивно насаждали, когда не дозволялось с ним спорить – это только подрывало доверие к нему, только расхолаживало его сторонников. Поэтому самое вредное, что только можно придумать для дела христианской проповеди – это сделать ее государственной и общеобязательной, не позволять никому ей возражать.

Примеры уважительного диалога между верующими и неверующими существуют… хотя в основном не у нас. Это диалоги митрополита Антония и А.М. Гольдберга, или кардинала Мартини и Умберто Эко. Заметим, что цель каждого из участников этих диалогов вовсе не в том, чтобы переубедить собеседника (кажется, ни один из них не меняет своей позиции по ходу спора ни на йоту) и даже не в том, чтобы убедить стороннего слушателя в своей исключительной правоте… а в чем же? Скорее в том, чтобы полнее раскрыть свою позицию и уточнить позицию оппонента, чтобы, как говорят на родине парламентаризма, в Англии, «согласиться не соглашаться» (agree to disagree). То есть моя позиция такая, ваша такая, мы не достигли единомыслия, зато достигли взаимопонимания – на этом можно с миром разойтись. Оскорблять друг друга, препираться о мелочах, цепляться к каждому слову не имеет смысла.

Такого диалога в нашем обществе не хватает не только православным и атеистам, его не хватает либералам и консерваторам, единороссам и оппозиционерам, бизнесменам и работягам, чиновникам и гражданам, москвичам и понаехавшим… да буквально всем не хватает! Вроде бы все хотят одного и того же: жить в процветающей и свободной стране, – но понимают свободу и процветание неодинаково. А спорить, обсуждать свои разногласия не умеют.

Но я сейчас говорю не обо всех, а именно о православных и о том, зачем нам нужна критика со стороны атеистов. Не любая критика, разумеется, и я уже сказал, какая. Прежде всего, для того, чтобы увидеть слабые и спорные стороны собственной позиции, увидеть недостатки и на своей стороне, что-то объяснить (не прикрываясь общей фразеологией, а конкретно и убедительно), а что-то исправить. Чтобы научиться грамотно и взвешенно отстаивать свою позицию среди тех, кто не спешит с ней согласиться.

А может быть, еще и для того, чтобы ощутить свое собственное единство. Мы слишком легко делимся на разные лагеря, группки, тусовки, и, разумеется, «самаряне с иудеями не общаются». Но у нас «самаряне и иудеи» в одних домах живут, от единой Чаши причащаются (даже если в храм друг ко другу не заглядывают из принципа), и лучший способ ощутить это единство – сравнить себя с тем, кто совсем-совсем другой, кто не делает различия между нашими тусовками и отрицает разом всё, что нам дорого. Когда-то, на закате советской власти, среди православных было куда больше внутреннего единства, при осознании серьезных различий между нами, а сегодня мы его во многом утратили. Атеистическая критика, в конце концов – неплохой повод вспомнить о нем.

Господа атеисты, да и прочая уважаемая публика, критика этой статьи будет приветствоваться. Но… об условиях см. выше!

Читайте также:

Расцерковление как слепое пятно

 

Лучшие материалы Правмира можно читать на нашем telegram-канале

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Может ли быть “христианский коммунизм”?

Христианство - это жизнь в Церкви, это жизнь во Христе. А коммунизм начинается с атеизма

Дневник бывшей атеистки: Бог – это музыка, которую легко узнать

Ты можешь уловить правила и начать подпевать этой песне

Лингвист Алексей Шмелев: Возможность сказать “нет” – важная составляющая свободы

О мате, нормах языка и почему сейчас постоянное чтение не воспитывает грамотность

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: