Здесь дети весь урок решают один пример

|
Из Новокузнецка со всеми удобствами – в эвенкийский Кислокан, практически на край света. Педагогическая поэма молодой учительницы математики Насти Кошкиной.

«В какой-то момент я поняла, что перестала понимать своих детей!»

Первое впечатление – бардак и раздрай! Именно так я подумала, когда шагнула в комнату, в которой мне предстояло жить. Вот представьте: деревянный барак на четырех хозяев, где одна квартира – наша. Небольшая кухонька с кирпичной печкой, комната 14 квадратов. Везде разбросаны вещи, оставшиеся от предыдущих жильцов. Стулья вверх ногами, стол, сор какой-то, грязь, неухоженное все… И посреди всего этого бардака стоим мы втроем – я и мои пятилетние двойняшки Злата и Арсений. И уехать-то отсюда некуда – до ближайшей Туры почти 300 км.

По диплому я учитель математики и информатики, хотя после вуза в школе не работала. Тогда мне казалось, что быть учителем – не мое призвание.

До отъезда в Кислокан я работала в банке, буквально жила на этой работе. Уходила в шесть утра, возвращалась в 12 ночи, и так продолжалось на протяжении полугода.

Формально я заканчивала в 18.00, но потом оставались недостачи, которые необходимо было проверять, неполадки в программе, и приходилось оставаться и доделывать.

Однажды я поймала себя на мысли, что я совсем не знаю своих детей. Я их перестала даже понимать! Когда появилась возможность поехать учителем в Кислокан, а мне этот вариант предложили знакомые, я подумала, почему бы не воспользоваться шансом? Я сама родилась и выросла в деревне, трудностей быта не боялась. К тому же зарплата учителя в Эвенкии в три-четыре раза выше, чем в Новокузнецке. Преодолев более 1500 км автобусом и двумя самолетами, мы с ребятишками оказались в Кислокане. Потом у нас был 10 дней карантин – так положено для всех приезжих, чтобы не завезти никакой вирус с «большой земли».

Фото: Артем Баранов

И…

У нас все никак не получалось войти в местный ритм жизни. То не складывалось одно, то другое. А так хотелось, чтобы жизнь на новом месте сразу же пошла своим чередом! Например, внезапно выяснилось, что все справки для садика, которые я собирала детям в Новокузнецке, тут не годятся. Якобы специалисты не те. Хотя те, кто прилетает в Кислокан, осматривают всех формально. Это те же узкие специалисты – гинеколог, терапевт, нарколог, флюорограф. Даже на приеме у стоматолога не придется рассчитывать на нормальную пломбу – максимум цементную, которая вывалится уже через неделю.

Однако мне уже тогда было понятно, что все эти бытовые условия, начальная неустроенность, разница между прежним образом жизни и новым – все это не самое главное. Гораздо важнее горящие глаза детей, школьные утренники, звонок на первый урок – все, из чего складывается школьная жизнь, такая непростая в тех северных условиях. И к чему я пролетела столько километров.

Фото: Артем Баранов

Одна школа на весь поселок

В Кислокане школа небольшая, в ней всего 19 детей, в этом году даже был один выпускник! Есть классы, где один-два ученика. Вот тут на полную катушку и можно реализовывать индивидуальный подход, о котором так много говорят!

Раньше эта школа была типа «интернат»: сюда приезжали жить и учиться дети из всех ближайших поселков. Потом ее переформировали в тип «комплект». В чем суть? Например, в «началке» один учитель ведет сразу несколько классов – первый и четвертый. Несмотря на разницу программ, возрастные особенности, дети разных классов учатся вместе и в одно время. Это сложно, это неудобно, но, тем не менее, из-за малого количества учеников так делают.

Кстати, примерно та же ситуация с садиком. Все дети всех возрастов находятся в одной группе: малыши, «середнячки» и старшие. Однако к школе никакой подготовки нет, ребятишек только кормят и выгуливают. Поэтому своих детей читать и писать я учила сама.

Местная школа от городских выгодно отличается в финансовом плане. Здесь родители не сдают средства на ремонт класса, школы, на новые окна или двери. В Кислокане все делается действительно за счет областного или федерального бюджета. Единственное, на что тратятся родители – покупка прописей и рабочих тетрадей.

Само здание школы в хорошем состоянии. Есть компьютеры, интерактивная доска для обучения. Хотя в целом вся техника морально крайне устаревшая. Там системные блоки, наверное, еще 2001 года выпуска, они ничего не тянут, но на ПК стоит Windows каких-то последних версий. С сентября обещают приобрести современный системный блок и нормальный экран.

А вот по физике дела обстоят несколько хуже – из-за отсутствия материалов я не могу проводить лабораторные работы. У химика больше оборудования, ему проще это делать. Надеюсь, эта проблема тоже решится со временем.

Здесь многие учителя ведут сразу несколько предметов. Например, у меня математика, информатика и физика. И хотя последняя не является профильной в моем дипломе, вести больше некому. Бывшая фельдшер ведет ОБЖ, музыку и ИЗО. Вообще, я там поняла, что кислоканские учителя самые лучшие на свете. По крайней мере, именно так они говорят о себе! Точно так же считают их ученики. И зарплаты там тоже неплохие, по новокузнецким меркам. В среднем я за 2 ставки, а это по 8-9 уроков ежедневно, получаю 60 тысяч рублей. Те, у кого большой педагогический стаж, 20, 40 лет, – около 100 тысяч рублей.

На полках в магазине лежат просроченные продукты

Поначалу я долго привыкала к новой жизни. В городе высокий уровень комфорта: отопление, горячая вода, душ, туалет. В Кислокане с водой проблемы. Во-первых, везти туда буровую установку очень дорого, а во-вторых, там земля промерзает на метр в глубину, просто так воду не накачаешь. Зимой приходилось брать ее из речки, а весной она становилась желтой, из-за чего все белые вещи тоже приобретали желтоватый оттенок. Стиральная машинка там может быть только советского типа, современные высокую жесткость воды не выдерживают, ломаются.

Потом, у них печку можно топить только дровами, угля на севере нет. Я-то приехала из Кузбасса – Кузнецкого угольного бассейна, где уголь – это основа экономики. У нас даже дома почти не газифицированы. А тут все оказалось совсем по-другому. Да и строительство печек не очень качественное, они рассыпаются, не выдерживая зимы.

А морозы там бывают ниже -60С!

Обычно в пять утра встаешь, чтобы протопить дом. Но изоляция в квартире плохая, тепло долго не держится. В первую же зиму наша входная дверь обросла льдом, несмотря на пластиковые окна, несмотря на сайдинг и профнастил.

Природа в Эвенкии своеобразная. Совершенно нет никаких лесных запахов, вот что удивительно. В основном там растет хвойная лиственница, которая, когда осыпается, выглядит как призрак из фильмов ужасов. Речка холодная, особенно не покупаешься, но зато песок, как на курортах – мелкий, чистый. Мои ребятишки там с удовольствием проводили время.

Фото: Артем Баранов

Местное население получает выплаты как малый коренной народ Севера, пенсию, раз в пять лет – новые снегоходы, бесплатное продовольствие. У эвенков много льгот, нельзя сказать, что они живут плохо. Однако большие привилегии оборачиваются проблемами с алкоголем.

В Кислокане был большой колхоз несколько лет назад, он кормил все близлежащие деревни и поселки и, в принципе, всю Эвенкию. Творог, масло, яйца – всего этого было достаточно. А сейчас там положение как в Советском Союзе, когда в стране было все, а на полках – ничего. Я помню ситуацию, когда первый раз пришла в магазин и купила пачку рожек. Стоили они 60 рублей, продукция, прямо сказать, не очень высокого качества. У нас такие стоят в три раза дешевле. Ко всему прочему, они были просрочены на два года! Но других-то нет, и пришлось есть такие.

Фото: Артем Баранов

Я везла с собой плитку, чайник, посуду, чуть-чуть еды. Но много не возьмешь, приходилось покупать эти просроченные рожки и есть. Как городской житель я привыкла: прихожу в магазин и покупаю, что мне хочется. А здесь приходилось выбирать из того, что есть – при условии, что многого нет. Из-за того, что все в Кислокан доставляется издалека и зачастую по воздуху, цены выше привычных в два раза.

Та же упаковка зефира может стоить 250 рублей, литр кефира – 200 руб., и почти не бывает фруктов и овощей.

Бывали привозы продуктов, хотя и очень редко. Зимой через речку прокладывали дорогу (зимник) и по ней шли большие машины с продуктами. Но ассортимент своеобразный. В этом году завезли один алкоголь и газировку. Ни колбасы, ни сыра, ни яиц, ни молока. Люди живут там только на мясе и рыбе – в основном, которую сами и добывают. Или с лета остаются запасы, здесь же есть охотники. Причем в Кислокане почти нет браконьеров – эвенки в этом плане продвинутые, они обязательно покупают лицензию, потому что за браконьерство действительно высокие штрафы. Ловят они соболей, росомах. За один сезон могут заработать до полутора миллионов рублей.

Настя Кошкина

У местных детей две проблемы: пробелы в знаниях и «каша» во рту

Ребятишек в Кислокане мало, но они очень искренние, открытые. Работать с ними на уроках всегда в удовольствие, несмотря на то, что дети из разных семей, очень много неблагополучных.

В основном у детей две проблемы. Первая – логопедическая, большинство просто «глотают» многие звуки, шепелявят и картавят. И чаще всего у них не одно какое-то нарушение, а сразу несколько. Но местные на этот счет не очень переживают, тем более логопеда в Кислокане все равно нет. Вторая проблема – действительно большие пробелы в знаниях. Не знаю, чья тут больше вина – их или учителей, но по моим предметам нам приходилось наверстывать очень многое, даже из курса начальной школы. Хотя, в отличие от городских, они занятия не пропускают, ходят на все уроки, несмотря на сенокос или картошку.

Общий язык с ребятишками я нашла достаточно быстро. Есть у нас мальчишка, очень поговорить любит «за жизнь». На любом уроке, на перемене – лишь бы о чем-то поболтать. Он наполовину якут, и такой смешной! Очень артистичный, поет хорошо. А еще один, тоже из 7-го класса, сын главы поселка, пишет медленно, до 7-го класса читал еле-еле по слогам. На математике мы с ним в течение одного урока решали по одному примеру. И это для них нормально, нельзя сказать, что он не такой, как все. Уравнения с одной переменной, которые изучают в начальной школе, многие там и в 7-м классе не могут решить…

В этом году был единственный на всю школу выпускник – Роман. Мальчишка не глупый, но лени-и-ивый! Очень любил говорить о своих правах. Не знаю, почему – то ли возраст такой, то ли потому, что сын директора. У нас с ним постоянно война шла, но все же он учился и с хорошими результатами закончил школу.

Из несомненных минусов – то, что у детей отсутствует понимание субординации между учителями и учениками. Да, они хорошо общаются с педагогами, принимают новых учителей, но совершенно не чувствуют, что есть грань, которую нельзя переходить. Школа маленькая, детей немного, они ведут себя иначе, чем в большом коллективе.

А как они дерутся между собой! Какими словами ругаются друг на друга! Раньше, я помню, сижу в кабинете, они мимо проносятся с руганью.

В том году я собирала пятый, шестой, седьмой классы, где учились самые конфликтные дети, и на протяжении месяца воспитывала их. Говорила о том, как надо себя вести, какие слова можно употреблять, какие нет. Удивительно, но это подействовало. Они хотя бы перестали при учителях ругаться матом!

Как и во многих обычных школах, на каникулах у нас резко увеличивается количество бумаг. Нужно заполнять журналы, подсчитывать оценки… Но это везде есть. Директор тоже постоянно подчеркивает, что загружает нас по минимуму. Но для меня все равно это много, я ненавижу бумажную работу.

Уезжают ли выпускники из деревни? Да. По моим наблюдениям, после окончания школы ребятишки поступают в красноярские вузы, получают высшее образование… Но потом снова возвращаются в деревню и не знают, чем там заняться. Наверное, это проблема всех деревенских жителей.

 

«Я стала забывать слова и испугалась»

Не знаю, почему именно – то ли потому, что в Кислокане очень плохой интернет и невозможно скачать фильмы или книги, то ли потому, что здесь нет привычного мне круга общения, мне иногда начинало казаться, что я останавливаюсь в развитии. Я даже стала забывать слова! И меня это пугало.

Чем там заняться в свободное время? Нечем.

Я как-то попыталась пойти художественным руководителем в местный клуб. Но мне сказали, что я в школе и без того много получаю, и не взяли.

К сожалению, там нет культурной программы, нет спортивных кружков, танцев. А мне чего-то такого очень не хватает, постоянно находиться в школе тяжело. Тогда я нашла себе развлечение в том, что начала выступать на школьных праздниках. После того, как мы провели Новый год, по Кислокану даже слухи пошли про наш утренник, так всем понравилось!

Конечно, работа педагогом в деревне не занимает столько времени, как моя предыдущая. Я спокойно ухожу с работы вечером, ни о чем не беспокоясь. Минус только в том, что по ночам я готовлюсь к урокам. Бывает, до трех, до четырех ночи. Все-таки учитель – это работа круглые сутки.

Я думаю, туда стоит ехать молодым специалистам. Будет жизненный опыт, опыт преподавания. Хотя в целом, конечно же, каждый решает для себя, что ему надо. Я в какой-то момент поняла: на Новокузнецке жизнь не заканчивается! Мы ведь бьемся тут за копейки. Вот сколько мы получаем? В среднем 18 тысяч. И в конце месяца мы еле-еле сводим концы с концами. А здесь, помимо зарплаты, есть и другие плюсы, например, жизнь более размеренная.

Фото: Артем Баранов

Поначалу для моих детей переезд в Кислокан был приключением, хотя Арсений ехать не очень-то и хотел. Но он коммуникабельный парень, быстро нашел себе новых друзей. Злате смена обстановки давалась тяжелее. Сейчас ребятишки уже привыкли, правда, спрашивают порой: «Мы же не надолго?» Но я совсем не жалею, что уехала в такую даль. Могу даже сказать, что немного мир посмотрела!

Первого сентября я снова буду в Кислокане. Почему? Да потому, что учить детей – мое призвание. Теперь я это точно знаю.

Алла Мождженская

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Образование, каким оно должно быть

Педагоги, которые лучше всего помогают детям, — это те, кто ценит и изо всех сил старается…

Фавор на Индигирке

Как освящали храм в селе за Полярным кругом

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: