Жахонгир хочет ходить

|

– Мне врач в Ташкенте сказала, что мой внук дурак, – вообще Хуснида разговаривает тихо, но тут почти кричит. – А я ей: как вы смеете? Как вы смеете? Вы давали клятву Гиппократа? Посмотрите ему в глаза, они разве такие у дураков?!

Восьмилетний Жахонгир Турсунбоев очень улыбчивый. Он уверенно шагает в «доспехах» роботизированного тренажера реабилитации, придерживает ремни, на видеокамеру поглядывает настороженно, но расцветает, поворачиваясь к бабушке. Гордый – это его первые шаги. Обычно дети делают их намного раньше.

Когда мальчику был год, его отец поссорился с родным братом. Тот взял ружье и убил маму и сестру Жахонгира, а в него всадил четыре пули и бросил умирать. Жахонгир не умер, и следующие семь лет жизни Хусниды, его бабушки, – это врачи, операции, работа, в любом порядке, но изо дня в день. Ни на что другое времени не остается, но Хуснида не жалуется. Только на врача, который назвал мальчика дураком… Ей немного помогала сестра, а больше никто. Отец Жахонгира жив и здоров, но больной ребенок ему не интересен. «Почему он не ходит? Отдай его в приют!», – сказал он Хусниде и больше уже не появлялся.

В Ташкенте не знают, как помочь мальчику. Знают в России, в «Научно-исследовательском детском ортопедическом институте имени Г.И. Турнера». Только Жахонгир не гражданин России, а это значит, что каждая манипуляция, каждая ночь в палате, не говоря уж об операциях, стоит денег. Денег, которые Хуснида, работавшая вначале учительницей, а потом сестрой-хозяйкой в медицинском центре на родине, не то, что в руках не держала, а даже не видела.

Еще летом Жахонгир не мог сделать и шага. Не мог долго сидеть, плохо управлял руками, почти ничего не говорил. В июле Татьяна Краснова писала в просьбе о помощи: «Жахонгир на всем свете нужен только своей бабушке Хусниде». Но маленький узбек, беженец, сирота оказался нужен тысяче жертвователей фонда «Правмир». Он оказался нужен врачам, которые подписывают ходатайства в ФМС о продлении 90-дневного срока пребывания в России. Он оказался нужен вам.

da8a6c7c16bb9e4976b00ec2acf7606b

Собранные деньги позволили оплатить сложную операцию. Она длилась шесть часов, врачи убрали осколок из спинномозгового канала мальчика. Бабушка рассказывает: «Ноги раньше висели тряпочками, был худой, слабый, а сейчас такой стал хорошенький! Сидит по-другому, ноги окрепли». Спохватывается и объясняет, что «в футбол, конечно, он гонять не будет».

Хуснида все время говорит про этот футбол, испытывая неловкость перед жертвователями, как будто они оплачивали реабилитацию Криштиану Роналдо.

Жахонгир сможет ходить и без тренажера, его окрепшие ноги теперь это позволяют. Но позвоночник сейчас не может вынести такой нагрузки, нужно его «стабилизировать многоопорной металлоконструкцией». На деле это означает, что мальчику в спину нужно вставить высокотехнологичный кусок металла. Нужную конструкцию делают в США, а операцию по ее установке можно провести только платно.

Мальчик старается. У него хватает терпения на сложную реабилитацию. Он начинает разговаривать, Хуснида гордо говорит: «Конечно, он не может сказать пока “Бабуля, я тебя люблю” и говорит “Баба любу”». Маленький Жахонгир хочет ходить.

Мы открываем сбор на конструкцию, с которой у Жахонгира Турсунбоева это получится, и на операцию по ее установке. Нам нужна ваша помощь.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Закрыть дверь, из которой дует ад

Мы опоздали со своими проповедями и рассказами о страшных карах Господних