Желтый ослик, ангел в резиновых сапогах и индюшонок Константин

|

Жизненными историями о самых невероятных детских игрушках и фантазиях делится мама троих детей Елена Кучеренко.

Игрушки

Однажды подруга принесла мне гору детских игрушек. Психанула, покидала в мешок и принесла. Потому что ее трехлетний сын Мишка (а это его) играет теперь только в желтого ослика. И это не простой ослик. «Это такой ослик… Закачаешься!», — нервно объясняла она.

До недавнего времени о существовании желтого ослика никто не знал. Правда, несколько настораживало то, что сам Мишка стал очень спокойным (что ему совсем не свойственно) и подолгу играл один. Но в итоге моя подруга списала это на свой давший плоды педагогический талант.

И вот как-то ехала эта семья с дачи. И вдруг — Мишкин плач: «Мама, я забыл на даче ослика! Нужно вернуться!». А отъехали уже километров сорок. «Какого ослика?». «Желтого! Желтого ослика!».

Ни о каком желтом ослике семейство не слышало, но ребенок плакал так, что пришлось вернуться. Искали около часа. Перерыли весь дом. Вдоль — поперек — и опять вдоль. Мишкиному горю не было предела.

Но вдруг раздался его счастливый крик: «Мама, папа, я его нашел!». И мальчик вбежал в комнату, радостно протягивая ладошки, в которых лежал маленький кусочек желтой веревочки…

Миша рассказал, что этот ослик уже давно его лучший друг, и им очень весело вместе… Родители повели ребенка к неврологу… Слава Богу, врач попался нормальный: «У вашего сына просто богатая фантазия… Творческая личность… Вы лучше уделяйте ему больше внимания. И сами поиграйте в желтого ослика»… А батюшка, к которому они пошли за советом, сказал, что сам в детстве играл в такое, что им лучше и не знать…

Где-то через пару месяцев ослик был забыт, и Мишка опять взялся за свои мечи и пистолеты. А мама даже загрустила. Во-первых, потому что сама уже привыкла к их новому другу, а во-вторых, теперь, как и до ослика, сын ставил на уши весь дом за несколько минут.

Ночные полеты на гусе

У детей часто бывают удивительные фантазии и «привязанности», совершенно необъяснимые для нас — взрослых. Какие-то пугающие и «сумасшедшие».

Помню, в детстве мама активно боролась с одной моей игрой. Мне было лет шесть. Я как раз закончила читать книгу Лагерлеф «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями». И мне так она понравилась, что, ложась спать, я брала с собой в кровать все игрушки, которые были чем-то «живым»: утки, куклы, поросята… И представляла, что мы куда-то летим на гусе. Одеяло было огромным пером, под которое мы прятались от снега, дождя и ветра. И было так уютно, вы себе не представляете…

Игрушки

Игрушки эти занимали практически все пространство, а я «кукожилась» где-то с краю, мечтающая и довольная. И все бы ничего, но утром, перед выходом в сад, мне нужно было быстро их собрать и убрать постель, а «быстро» для ребенка — понятие относительное. Нервничая, мама уговаривала меня брать в постель хотя бы две-три штуки, но я представить себе не могла, как брошу всех остальных «друзей», и они никуда не полетят.

А еще я все детство просила собаку. Представляла, как буду ее кормить, играть с ней, водить на поводке. Но родители — ни в какую. В конце концов, собака была все же куплена и вскоре «брошена» на мою маму, которая была больше всех против какой-либо живности. И все 16 лет жизни нашего пса они были лучшими друзьями.

Но это гораздо позже… А как-то на Новый год мне подарили плюшевого спаниеля. Я его назвала Бимом, потому что как раз недавно посмотрела «Белый Бим — черное ухо» и рыдала днями напролет.

Мне тогда было где-то восемь или девять. Я таскала его за собой везде, где только можно, беседовала и, «покормив» вечером, укладывала с собой спать. И спала с ним так лет до 15. Потом уже стыдно стало, невеста на выданье, а все с плюшевыми игрушками играю.

Когда мне было уже за 20, в квартире сделали ремонт и все старое и ненужное вынесли на помойку. В том числе и моего Бима. Истерик я, конечно, не закатывала, но очень грустила. Все же, целая «эпоха».

А еще у меня была любимая игра в колготки. Я всю жизнь мечтала о косах, а родители делали мне «спортивную стрижку». И дома я часто надевала на голову колготы (белые, серые, зеленые, красные — любые) и представляла, что я девица-красавица и у меня шикарные длинные волосы…

Смутно помню, как однажды я напялила на голову бежевые колготки, прицепила к их «пяткам» банты и требовала, чтобы меня так повели на прогулку. Ведь мои «косы» нормального «человеческого цвета», и подмены никто не заметит.

В общем, когда я думаю, что у моих детей какие-то странные игры, стоит, наверное, вспомнить себя.

Соня сказала, что она олень

Соня сказала, что она олень

Безглазая Машка и седой еж

Самая «банальная» в этом смысле у нас средняя — Соня. Она играет в принцесс, королев, царевен, куклы, папу и маму (со своим другом Ваней) и говорит, что когда вырастет, будет «просто мать». Она вообще от природы — простецкая, «колхозница». Да — да, нет — нет… И никаких полутонов.

Младшая, Дуня, выбирает кукол согласно каким-то своим представлениям о прекрасном…

Летом мы были на Украине у свекрови. Бабушка Катя бережно хранит всякие старые вещи: пеленки и ползуночки своих детей, их школьные тетрадки, институтские конспекты и игрушки. Последние сложены у нее в большую корзину, и копаться в ней — одно из любимых занятий наших дочек.

В этой корзине Дуня и нашла свою «подружку» — старую-престарую куклу, которая когда-то принадлежала старшей внучке бабушки Кати (племяннице моего мужа), которой сейчас 28 лет. Голая, вся изрисованная ручкой, с полностью снятым скальпом и без одного глаза, эта кукла сразу покорила Дунино сердце. Бабушка Катя сказала, что ее зовут Машка.

Машка сопровождала нас везде — на прогулках, на пляже, в гостях, в кафе. Дуня качала ее, пела ей песни и целовала. Люди недоуменно косились, в их глазах стоял немой укор: «Вы что, ребенку нормальную игрушку не можете купить?». А одна мамочка, с которой мы познакомились на детской площадке, в следующий раз принесла и подарила нам ослепительную куколку — в небесно-голубом платье, с длиннющими ресницами и кокетливыми белокурыми локонами. Но Дуня презрительно от нее отвернулась и прижала к груди свою — лысую и одноглазую.

Когда мы возвращались в Москву, то Машку с боями оставили там, хотя бабушка Катя, желая сделать Дуне приятное, уговаривала нас взять ее с собой.

Как ни странно, Дуняша переживала недолго и начала играть в обычные игрушки, но ни к одной не испытывала таких нежных чувств, как к лысой Машке. Пока в нашей жизни не появился еж…

Смотрю я на этого ежа и в очередной раз задаюсь вопросом: «А по каким признакам дети выбирают себе любимых игрушечных друзей?»

Ежа этого Дуня нашла в воскресной школе. Кто-то принес сумку с ненужными игрушками. Пока я отвернулась, дочка распотрошила ее, схватила ежа и ни в какую не хотела оставлять.

Там было много красивых, ярких, но почему-то из всех Дуняшка выбрала именно его — чучелообразного (на мой вкус) и похожего на старого седого индейца. Дуня возит его в колясочке, поет песенки, как и лысой Машке, кормит с ложечки и сажает на горшок. Слава Богу, что сейчас он перестал нас везде сопровождать.

Девочка с машинками и фантазиями

Но самая неординарная у нас, конечно, старшая — Варвара. Это меня до сих пор, если честно, иногда приводит в растерянность. Я даже несколько раз обращалась к психологу, благо психолог — ее крестный. Но он только поглаживал бороду, задумчиво говорил: «Дааа…» И предлагал больше молиться.

Игрушки

В куклы Варя начала играть после четырех лет, когда родилась Соня, и то изредка. А раньше она не то, что не интересовалась ими, а просто терпеть не могла. Помню, как-то я подарила ей прекрасную фарфоровую принцессу, она бросила ее на пол и расплакалась.

Но зато она всегда обожала транспорт, любой — машинки, поезда, самолеты, мотоциклы, тракторы. Когда к нам в гости приходили мальчики, то им здесь было раздолье. Из «девчачьего» Варюша признавала только колясочку — катала в ней машинку.

Однажды, года в три, она придумала себе кису и таксу. Помню, я зашла в комнату, а мой ребенок разговаривает сам с собой. Не помню уже, о чем, но очень эмоционально. Увидела меня и показывает на пустой ковер: «Мамочка, а у меня киса и такса, видишь, вот они бегают?».

Невидимые питомцы принесли нам немало пользы. Варя могла подолгу с ними беседовать, а я спокойно занималась своими делами. Кушать они не просили, ухода не требовали, в общем, все было бы прекрасно, если бы не одна маленькая проблема. На прогулках я, бестолковая мама, постоянно на них «наступала», а Варюша горько плакала, да так, что было слышно на несколько сотен метров.

В итоге долгое время мы гуляли так: я поднимала одну ногу, спрашивала, нет ли под ней какого-либо четвероногого любимца, а потом уже ставила на землю. Так же со следующей ногой. Киса и такса были в безопасности, дочка спокойна и мила, а прохожие, боязливо косясь, обходили нас стороной.

Через какое-то время киса и такса внезапно из нашей жизни исчезли, а сама Варя стала автобусом. Она перманентно находилась в рейсе. А если мне нужно было к ней обратиться, я должна была сначала проголосовать «на дороге», потом войти на определенной остановке, предъявить билет и, прояснив нужные мне вопросы, выйти…

А потом она начала рисовать ангела в резиновых сапогах. Каждый день. И объясняла, что это ее друг. Это очень веселило моих подружек, а когда Варю спрашивали, почему он в сапогах, она отвечала: «На улице дождь, как же он будет по лужам прыгать без сапог?».

Как я теперь буду жить, мама?

Но самым знаковым «другом» в нашей жизни был индюшонок Костя. Появился он, когда Варюше было пять лет. Она нашла его летом в той самой корзине бабушки Кати, откуда позже Дуня достанет одноглазую Машку. Костя принадлежал когда-то старшей сестре моего мужа, и он уже достаточно взрослый «мальчик».

На самом деле, это пластмассовый розовый воробей. И, предполагаю, что Варя не обратила бы на него особого внимания, если не одно обстоятельство. Как раз в это время в украинском селе у нашего дружественного батюшки (это совсем недалеко от бабушки Кати), к которому мы заехали в гости, вылупились индюшата. И это очень впечатлило нашу городскую девочку.

В общем, налюбовавшись на живых индюшат, а потом обнаружив розового воробья, Варя стала индюшкой и пару дней высиживала его в гнезде-кресле. Когда он появился на свет, Варя торжественно представила его нам: «Это мой сын, птенчик Константин»…

Ни один из наших детей не дался нам так трудно, как Костик. Никого из них мы не боялись так потерять или где-то забыть, как этого индюшонка. Потому что если Варя хотя бы ненадолго упускала его из виду, это было страшное горе и слезы.

Первым мы укладывали спать Константина, потому что без него Варя категорически не шла в постель. А так как у нас уже была маленькая Соня, то бегающий вечерами по дому в поисках «сына» старший ребенок — определенная проблема.

Не дай Бог на улице кто-то из детей дотронется до Кости… За столом он сидел с нами, и ему доставался лучший кусок. Соответственно, его нельзя было потерять перед едой, иначе мы не могли бы приступить к трапезе. В храм он тоже ходил с нами, и Варя выпускала его из рук только перед Причастием. Но к иконам он прикладывался наравне со всеми.

А однажды мы его чуть не лишились. Это было в сквере недалеко от дома бабушки Кати (все тем же летом, когда он у нас «вылупился»). Я сидела на лавочке и качала в коляске Соню, а Варя учила летать своего Константина, подкидывая его над головой. И вдруг крик: «Мама, мама, он провалился!». Там, перпендикулярно к земле, была вкопана труба высотой больше двух метров. В нее-то Варя и умудрилась закинуть индюшонка.

«Как я теперь буду жить?!?» — плакала дочка, а я, если честно, не представляла, как теперь мы все будем жить и как успокоим безутешную «индюшку».

К трубе я притащила весь мусор, который нашла в округе, какие-то ящики, коробки… Выстроила пирамиду и взгромоздилась на нее. И (о счастье!) оказалось, что в трубу кидают не только индюшат, но и бутылки из-под пива, пачки сигарет и т. д. Так что Костик оказался на самом верху. Но скажу вам честно, если бы он даже был глубоко под землей, и достать его было бы невозможно, я бы это сделала. Я бы вызвала МСЧ, купила бы местным алкоголикам, которые сидели неподалеку, весь вино-водочный магазин, чтобы они что-нибудь придумали, или принесла бы бензопилу и спилила бы эту трубу. Потому что Варя, правда, без него не могла.

Мы привезли индюшонка в Москву, и через какое-то время он пропал. Это было где-то через 4 месяца после его «вылупления». Последний раз Костю видели в руках у годовалой Сони. И все!

Всей семьей мы обыскали каждый сантиметр квартиры. Как те друзья с желтым осликом. Костик как сквозь землю провалился. Варя была безутешна, но вечером мы кое-как уговорили ее пойти спать, пообещав, что с первыми лучами солнца вновь все перероем.

Поисковая операция продолжалась неделю, а потом Соня, улыбаясь, принесла откуда-то нашего Константина и вручила Варе. До сих пор никто не знает, где он был. Предполагаем, что сама Соня его и спрятала, а, насладившись всласть нашим «кипишем», достала из своего тайника.

Но за эту неделю Варя от Костика отвыкла и уже почти в него не играла. А нам было даже жалко, ведь Костик — это «эпоха», практически член семьи. Даже бабушка Катя, звоня нам с Украины, все время спрашивала: «А как Костя?».

Прошло несколько лет, но мы с мужем его бережно храним и, раздавая игрушки или вынося их на детскую площадку или в воскресную школу, Костю всегда оставляем дома. А Варя почему-то смущается, когда мы ей о нем напоминаем.

Это к психологу…

В общем, общаясь с мамами, я поняла, что у каждого ребенка есть та или иная странная фантазия. Кто-то спит только с электрочайником, кто-то с книгами (мои девчонки, например) кто-то придумывает кису и таксу, кто-то — желтого ослика… А кто-то вообще Какану — это друг сына моей знакомой, который живет в горшке и щипает его за попу.

И не нужно этого пугаться. Гораздо страшнее, если ребенок не фантазирует. А если совсем честно, то я очень завидую детям… Ведь как им мало надо для счастья. Нашел желтую ниточку — и вот у тебя любимая игрушка… Надел на голову колготки — и сбылась мечта о длинных косах. Пусть лучше подольше фантазируют. Ведь они быстро вырастут и попросят дорогой телефон или планшет. И им уже не скажешь: «Возьми картоночку и представь, что это айпад».

Жаль, но они очень быстро станут занудными взрослыми, как и мы.  А как было здорово… Залез под одеяло, закрыл глаза — и ты в прекрасной стране, сказочной и неповторимой. А рядом — верные друзья, которые никогда не подведут. Да, не надо рушить этот их волшебный мир, лучше на время самим стать детьми и войти в него. Это же так интересно!

Единственное, чего не надо, на мой взгляд, делать, это давать «любимцам» становиться домашними тиранами. Если они стали членами семьи, то пусть подстраиваются под нас.

Если я не вижу кису и таксу, пусть посидят дома, а то я на них наступлю. А если у Вари вылупился Костя, то не мы бегаем и ищем его перед обедом, чтобы дочка не расстраивалась, а он «прилетел и сел». И кто не успел, тот опоздал. Только вот как это сделать, я не знаю… Наверное, это вопрос к психологам… Или к опытным мамам…

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: