«Новый год много лет не был для меня праздником». Что помогло это изменить
«У меня не было ни одной свободной минуты — и это оказалось спасением»
Дарья, 21 год:
— Новый год для меня долгое время не был праздником. В детстве и особенно в подростковом возрасте я всегда отмечала праздники с родителями. Меня даже в старших классах не отпускали на общие тусовки, а тем более — встречать Новый год с друзьями. До 18 лет я должна была быть дома в девять вечера, всегда на связи, никаких ночевок, никаких «задержаться подольше». Поэтому я не была частью какой-то компании, не чувствовала себя вовлеченной в эту праздничную жизнь.
Сначала, конечно, хотелось праздновать, быть с друзьями, но со временем это желание сошло на нет. Я просто смирилась с тем, что меня все равно не отпустят. Родители чаще всего отмечали праздники либо в ресторанах со своими знакомыми, либо на даче. Мне было некомфортно находиться среди малознакомых людей, особенно в состоянии алкогольного веселья. Родственники на общих праздниках тоже часто вели себя навязчиво: пьяные объятия, поцелуи, комментарии вроде «Дашенька, ты так выросла», непрошеные советы — все это вызывало только отторжение.
В какой-то момент я стала встречать Новый год с бабушкой. Примерно лет с пятнадцати и несколько лет подряд все проходило одинаково: мы вместе готовили салаты, накрывали небольшой стол, под бой курантов чокались шампанским, я ела салат и довольно рано ложилась спать.
Формально все было «правильно», но внутри — пусто.
Самым тяжелым было утро первого января. Ты просыпаешься часов в десять, город еще спит, вокруг тишина, и возникает странное чувство — даже не одиночества, а какой-то ненужности, неуместности. Как будто все прожили эту ночь, а ты ее просто проспал. Мне было обидно. С каждым годом я все проще относилась к Новому году, и постепенно атмосфера праздника для меня просто исчезла.
До прошлого года, до 20 лет, я не испытывала по поводу Нового года вообще никаких эмоций. Каждый раз ближе к концу декабря меня накрывали мысли о том, что я могла бы сделать за год больше, достичь большего. Эти размышления только усиливали внутреннюю пустоту.
Несколько лет подряд я просто проживала эти дни без особых чувств. Например, с 1 по 5 января я ходила на игры «Что? Где? Когда?» на Тверской — с игроками телевизионного клуба. Это было удобно: можно было поспать ночью, а днем занять себя интеллектуальной деятельностью. Но все равно внутри оставалось ощущение ненужности и непонимания — зачем вообще люди так переживают из-за Нового года, ссорятся во время готовки, создают вокруг этого столько шума.
Перелом произошел в прошлом году. Мама предложила отметить Новый год небольшой компанией: ее друзья, их сын, моя подруга и соседка по даче — всего семь человек. Я поняла, что не хочу снова просто сидеть и грустить, поэтому решила полностью занять себя. Придумала конкурсы, подготовила новогодний квиз, купила подарки, готовила торт, а в саму ночь еще и была «барменом», смешивала коктейли. У меня не было ни одной свободной минуты — и это оказалось спасением. Я вообще живу по принципу: чем больше дел, тем меньше времени грустить.
После курантов произошло неожиданное — во всем поселке отключили электричество. Свет, телевизор, все. Мы зажгли свечи, и эти двадцать минут в темноте создали какую-то особую, почти волшебную атмосферу. Потом свет включили, но это ощущение уюта и живости уже осталось. Мы смеялись, участвовали в конкурсах, и я чувствовала приятную усталость от того, что всем было хорошо.
Впервые за долгое время я поняла, что мне нравится организовывать, быть ведущей, быть нужной. Я почувствовала, что без меня этот вечер был бы менее веселым. Обычно мне не так важно внешнее признание, но именно в Новый год это оказалось неожиданно ценным. Я действительно с радостью прожила этот праздник.
И, как ни странно, это ощущение отразилось на всем следующем году. Обычно у меня бывает сильная зимняя хандра в феврале и осенняя — в конце октября или ноябре. Но в этот раз все прошло гораздо мягче.
Иногда я ловила себя на мысли: «А ведь было весело», — и от этого становилось тепло.
Теперь для меня самое главное в Новом году — проводить его с близкими. Не обязательно с родственниками, но с людьми, которых ты искренне любишь. Это могут быть друзья, любимый человек, даже коллеги. Не так важно, каким именно был праздник — шумным или спокойным. Важно, что ты разделил это время с теми, кто тебе действительно дорог.
И, наверное, самое главное — в Новый год все-таки стоит думать не о том, что не успел, а о каком-то чуде. Все эти фильмы, песни и истории про новогоднее волшебство существуют не просто так. Иногда чудо — это просто почувствовать, что ты на своем месте.
«Я вдруг обнаружила, что Новый год может пройти спокойно и приятно»
Мария, 20 лет:
— Наверное, весь мой осознанный возраст, лет с десяти, Новый год ассоциировался у меня не с радостью, а с жуткой суматохой. Все на нервах, никто ничего не успевает, постоянные ссоры, претензии, недовольство друг другом. Вместо теплого семейного праздника — адская нервотрепка.
Эта обстановка подготовки к «волшебным нулям» всегда отнимала огромное количество сил: упаковать подарки, нарезать салаты, одеться, ничего не забыть. И вроде бы это просто бытовая часть праздника, но на самом деле она была лишь верхушкой айсберга.
В обычное время мы в семье и так не особо хорошо общались, а Новый год, как сильный стрессовый фактор, выкручивал все проблемы коммуникации на максимум.
Когда ты ребенок, это ощущается особенно странно: ты ждешь светлый праздник, а на самом деле знаешь — впереди психологический кошмар. В подростковом возрасте у меня буквально все сжималось внутри по мере приближения 31 декабря, потому что я знала: до полуночи этот день будет невыносимым.
Основной источник напряжения был в том, что мама управляла всеми процессами, и атмосфера была крайне жесткой. Нужно было угадывать, за сколько минут ты должен позавтракать, что сделать первым — вынести мусор, дорезать оливье или вымыть туалет. Любая ошибка — истерика. Не так оделся, недостаточно празднично — значит, «я с тобой никуда не пойду», «ты так праздновать не будешь».
У меня тоже были свои дела: подарки, сборы, макияж. Я могла закрыться в комнате на пару часов, а потом выходила — и оказывалось, что я «ничего не делаю», пока все пашут, и вообще я последний предатель в семье. При этом на самом деле собачились все со всеми, и никого ничего не устраивало.
Мы приезжали к бабушке уже полностью выжатые, уставшие и эмоционально перегретые. Там вроде бы была более теплая и спокойная обстановка, но сил радоваться просто не оставалось.
Отдельной больной темой было то, что мне запрещали праздновать Новый год с родным папой — я жила с отчимом. Когда лет в двенадцать я один раз спросила, могу ли поехать к папе на Новый год, это вызвало настоящий скандал. Меня обвинили в том, что я хочу всех бросить, всех подвести и ни о ком не думаю. Хотя я была просто ребенком, который хотел увидеть отца.
При этом важно сказать: сейчас я понимаю, что поведение взрослых тогда было неадекватным и несправедливым, но я также понимаю, почему оно было таким. Я не злюсь и не держу обид. Мама была очень перегружена, и тот период был тяжелым для нее тоже. Это не был плохой характер или злой умысел.
Перелом случился несколько лет назад. Я вдруг обнаружила, что Новый год может пройти спокойно и приятно. Мы заранее все подготовили, 31 декабря никуда не спешили, спокойно собрались, поехали к бабушке.
После полуночи я впервые в жизни поехала к друзьям. И я поймала себя на том, что действительно радуюсь празднику.
За эти годы в семье многое изменилось. Мы стали взрослее относиться друг к другу, научились распределять бытовую нагрузку, адаптироваться. Я сама повзрослела и могу привносить в семью что-то зрелое: на меня можно положиться, мне можно делегировать задачи, и мама уже не обязана тянуть все на себе. Постепенно и отчим, и брат стали больше участвовать — в организации, подарках, планировании. Даже минимально налаженное взаимодействие сильно меняет ощущение праздника.
У меня еще день рождения второго января, и раньше близость этих дат сильно давила психологически. Получалось двойное подведение итогов: и года жизни, и календарного года. Это ощущалось тяжело. Но последние пару лет, к счастью, с этим стало гораздо легче.
Если говорить о том, что действительно важно для радостного Нового года, то, прежде всего, честность и договоренности. Лучше заранее обсудить бюджет подарков, чем потом испытывать стыд или обиду. То же самое касается любой совместной организации — будь то с друзьями или в семье. Важно проговаривать, кто за что отвечает, а не молча тащить все на себе, чтобы потом взорваться претензиями.
Праздник не может быть идеальным для всех, компромиссы неизбежны. Но если хотя бы делать шаги навстречу друг другу, а не жить на автомате и копить раздражение, Новый год перестает быть источником боли и становится просто теплым моментом.
«Меньше обязаловки»
Анна, 28 лет:
— Новый год у меня почти всегда был не праздником, а испытанием. Мало того что в одиночестве — так еще и со скандалами. Я вообще не люблю этот праздник с детства: семейные застолья у нас неизменно превращались в поле боя. Кто неправильно режет салаты, кто с кем поругался, кто кому мешает, а кто, наоборот, ни в чем не участвует. Вся эта суета, нервяк, бесконечная готовка.
В итоге все ссорятся, потом нужно не спать ночью, зато днем тебя тормошат, а вечером ты обязан смотреть в телевизор.
Меня никуда не отпускали: ни к друзьям, ни к подружкам — сиди дома с семьей, никаких мальчиков. Когда в 20 лет меня впервые пришли забирать — интеллигентный парень, в пиджаке, с тортом, — все равно случился провал. У него были серьги и длинные волосы, и на этом все закончилось. Отпустили меня, конечно, потому что уже взрослая, но со скандалом.
Последний Новый год с бывшим мужем я тоже встретила в одиночестве. Он со мной не разговаривал. Это был уже 2025-й — целый год тишины. Но тогда я решила устроить себе лучший Новый год из возможных. Позвонила другу-гиду, с которым мы водим экскурсии, и сказала: «Вова, забери меня отсюда, пожалуйста. Куда угодно. В поход, где нужен историк. Я тебе что хочешь расскажу, только забери».
Он как раз набирал группу. Записал меня и моего бывшего мужа — мы все были знакомы — на два последних места. Но муж дал понять, что не поедет. Место освободилось. Его занял другой человек — парень, с которым мы сейчас встречаемся.
Мы встретили Новый год в походе по югу Армении, где я сейчас живу. Это было невероятно: плюс десять, безумная красота, живность, заброшенные деревни, древние монастыри. Два дня пути — и еще один Новый год, уже по-настоящему живой.
Мы включали песни, танцевали. К нам присоединялись другие люди. Простая, человеческая, но очень настоящая жизнь.
И вот я думаю: что нужно людям, чтобы Новый год перестал быть плохим праздником и стал чем-то радостным?
Во-первых, меньше обязаловки. Большинство наших новогодних традиций — советские: оливье, мандарины, шампанское. Сейчас, когда всех раскидало по миру, видно, что можно праздновать иначе — и иногда это даже ближе и честнее.
Мне нравится встречать Новый год в Армении. Там видно, что это именно праздник: огни, украшения, радость. Да, это маркетинг, но людям правда хорошо. Армения вообще страна кайфа: кто-то печет хлеб с монеткой, кто-то собирается огромной семьей, кто-то просто гуляет и танцует в полночь. Люди сами придумывают свои традиции.
Во-вторых, перестать делать из Нового года дедлайн. У нас и так слишком много дедлайнов. Итоги года, подведение черты, ощущение, что ты что-то не успел. Как в той серии «Смешариков», где Крош не дает праздновать, пока не доделает все дела. Мы каждый декабрь занимаемся ровно тем же самым — только еще и под корпоративные «итоги года» и навязанные плейлисты.
Можно просто отстать от себя. Не делать Новый год моментом, где обязательно нужно что-то закрыть, завершить, доказать. И очень важно — снизить нагрузку на женщин. Потому что перед Новым годом они устают больше всех. Салаты, готовка, суета. Я вообще не помню, чтобы мне кто-то помогал. Но, кажется, в этом году что-то наконец меняется — готовят для меня. И это, честно говоря, лучший новогодний подарок.
Фото: freepik.com