Все статьи

…Когда началась война, мне не было и семнадцати, но свою позицию по отношению к ней определила для себя сразу: надо помогать фронту, и пошла в ФЗО. Время обучения в фабрично-заводском училище в Красноармейске, где тогда жила наша семья, пролетело незаметно. Летом 42-го я уже работала на судоверфи электросварщицей. С фронта, который был уже недалеко, ежедневно приходили сводки одна тревожнее другой.

Проповедь архимандрита Иоанна (Крестьянкина) в неделю о слепом.

Как-то мы встретились с Анной Михайловной на могиле отца Василия, и почему-то у меня возник такой «журналистский» вопрос: что бы она могла сказать о нем в двух словах. Тем не менее, я услышал удивительный ответ. Она, совершенно не смущаясь, без всякой подготовки, сказала: «Он за всю жизнь не сделал никому никакого зла».

Хочешь, деревню тебе подарю? — улыбается батюшка. — Заходи в любой дом и живи. Мебель вся есть, печка. Может, здесь одна-две бабушки остались, как в Коробове. Я туда их причащать приезжал. Они прямо в доме отгородили место для коровы и почти не топят, дрова экономят. Запах да, есть, но зато тепло. Корова — это же паровая батарея!

24 мая, в День святых равноапостольных Мефодия и Кирилла, учителей Словенских, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II совершил Божественную литургию в Патриаршем Успенском соборе Московского Кремля. По окончании Божественной литургии состоялся Крестный ход от Успенского собора на Славянскую площадь к памятнику святым Кириллу и Мефодию.

Где-то когда-то я прочитал, что в храм хорошо ходить пешком, эта мысль мне понравилась, и, испытав её на деле, я ощутил правоту этих слов сам. Проходят дни, сменяются времена года, утро и вечер, а на Рождество и в Пасху ночью я иду в храм. Эти два километра, которые я иду из дома до храма, в стужу и в жару, это наиболее ценные минуты моей жизни.

Элегантная женщина в тёмных очках, безупречная улыбка. — Моя жена Тая. А это Толян, я тебе рассказывал... И поехали они по летней, умытой ночным дождём, Москве, Тая сидела на переднем сидении вполоборота и расспрашивала о Петербурге, о детях, о житье-бытье. Её волосы развивались от легкого ветра, профиль был красив, голос мягок и загадочен.

У ребят сейчас ценится сила. В своем классе я не самый слабый. Драться не люблю, да и мама мне запрещает давать сдачи, говорит, что это не по-христиански. Но если при тебе бьют, скажем, девчонку - что же: трусливо отвернуться? Можно ли православному драться хотя бы для того, чтобы защитить кого-то? Или надо всегда прощать?