Школа №279 им.Твардовского – куда выпускники возвращаются играть в бадминтон и учить детей

|
Директор знаменитой школы имени Твардовского Андрей Максудович Исхаков пришел в эту школу девятиклассником в 1973 году. В тот же год ей было присвоено имя замечательного поэта. Андрей Максудович вернулся в школу после института и уже 25 лет является ее директором. О традициях школы, в которой учатся уже правнуки выпускников, об уроках труда и ЕГЭ – беседа с корреспондентом «Правмира».
Школа №279 им.Твардовского – куда выпускники возвращаются играть в бадминтон и учить детей

Школа №279 им.Твардовского была открыта 1 октября 1936 года. Более 40 лет в школе работает музей «ПОИСК», в котором собраны материалы о выпускниках и учителях довоенных лет. Много лет в школе существует Литературный театр, имеющий в своем репертуаре более 15 спектаклей. Проводятся литературные кафе, более 40 лет выпускается стенгазета. В школе ведется интересная туристическая и спортивная работа. В 1973 году школе было присвоено имя замечательного поэта и гражданина Александра Трифоновича Твардовского. С этого времени там работает музей поэта. Эти и многие другие традиции делают жизнь школы разнообразной и интересной. Но главная традиция школы – прочные знания. В школе работают лицейские классы, осуществляется профильное и предпрофильное обучение по следующим направлениям: физико-математическое, экономико-математическое, социально-экономическое, медицинское. В 2013 году у школы появилось новое современное здание.

Договариваемся об интервью. Максим (выпускник школы 1994 г.) говорит:

– Приезжай к 19. Потом мы играем с ребятами в бадминтон. (Ребята – это тоже выпускники этой школы – кто 20 лет назад закончил, кто раньше).

– А директор будет так поздно в школе?

– А он тоже с нами в бадминтон играет!

– И часто?

– Каждую неделю!

Директор Андрей Максудович Исхаков

Директор Андрей Максудович Исхаков

«Наша школа школа традиций»

Ко мне недавно приходила выпускница 56-го года с нижайшей просьбой взять ее внука в первый класс, говорит: «Мои родители тоже эту школу закончили». Она закончила школу, ее сын закончил школу, теперь вот идет ее внук – четвертое поколение. Таких примеров у меня достаточно много. Если выпускники хотят приводить своих детей в школу, это о многом говорит.

Почему выпускники приводят сюда детей? Потому что они понимают, ради чего они их сюда ведут. Они знают, что может дать наша школа. Да, может быть, школа не идеальная, у нас нет таких претензий. Но все то, что мы делаем, я считаю, это полезно, для того чтобы ребенок вошел в жизнь подготовленным к восприятию окружающей действительности.

Сильное звено

Я считаю, что у нас сильная «началка». У нас два учителя детей выпускают, а мы набрали четыре первых класса. Притом я всем честно говорил: «Товарищи, мы пока не знаем, кто будет работать, мы только ищем людей и, дай бог, к началу учебного года найдем». На что большинство мне сказали: «А неважно. В вашей школе учитель плохо работать не сможет».

Сказать, что у нас есть какое-то выпадающее слабое звено в средней и старшей школе, я не могу. У нас по всем профилям есть замечательные учителя. Есть учитель математики очень сильный, с большим опытом, она председатель методического объединения. Трое остальных учителей постоянно работают вместе с ней. Любой вопрос, который у них возникает, они обсуждают, консультируются, помогают друг другу, и эта взаимопомощь позволяет людям расти. Поэтому, я считаю, математики у нас сильные все. По русскому языку тоже очень хорошая команда у нас работает.

По сравнению с моей учительницей по литературе, про которую я обязательно расскажу, никто, наверное, до ее уровня не дотягивает. А до нее вообще очень трудно дотянуться, потому что она была уникальным учителем. Я считаю, и мне не дотянуться до моей учительницы по физике, у меня не всегда получается так, как у нее. Но наши учителя твердо стоят на земле, понимают, что они должны делать, и делают это очень хорошо. Что касается профильной подготовки, у нас все учителя очень высокого класса. Практически у каждого есть победители олимпиад, конкурсов каких-то. Каждый из них способен вывести детей на достаточно высокий уровень. Да, не всех, конечно. Всех невозможно.

Понимаете, процесс обучения взаимный. Но тут еще другой вопрос: большинство из учителей могут детей мотивировать на желание учиться. Научить учиться тех, кто хочет, легко. Это могут практически все, а вот побудить к желанию учиться всех, это трудно.

Большинство наших учителей уже отошли от системы, когда учитель или кто-то из детей на доске что-то решает, а остальные списывают с доски. Это бесполезно. Каждый ведет практически индивидуальную работу. Придумываем, как повысить интерес ребят к учебе.

Нужно изменить психологию учителя и психологию родителей, а это непросто. Мы порой встречаемся с ситуацией, когда 50% родителей не можем заставить заглянуть в электронный дневник, увидеть оценки детей. Вызываем родителей: «Вы же видите, что у вас такая ситуация?» – «Нет». – «Как нет? Все выставлено в дневнике день в день, все отметки с комментариями, с просьбами обратить внимание, проконтролировать факт выполнения домашних заданий».

Чем можно заинтересовать современных детей

Я считаю, что за последние 25 лет интересы детей не сильно изменились. Все, что придумано много лет назад, продолжают жить, все традиции в нашей школе сохраняются.

Детям по-прежнему это интересно – турслеты, походы, школьный театр, литературные вечера, исторические чтения, газета, музей «Поиск», экспедиции по местам боев. Многие наши выпускники довоенных лет погибли в войну. И поэтому достаточно часто мы с ребятами ходим в походы, поддерживаем могилы, на которых высечены имена наших выпускников, и вообще – по местам боев. Полезно посмотреть, насколько близко от Москвы находились фашисты в 1941 году.

Турслет

Два года назад была экспедиция в Смоленск по местам боев, там несколько наших выпускников погибло. Но в большинстве случаев нет даже отметки, что именно здесь это произошло. В прошлом году ребята ходили под Новгород, там наш выпускник Имант Рудзит погиб, после войны его родственникам удалось внести его имя на братскую могилу, в которую собрали со всего района, всех погибших. Притом никто не знает, есть ли там его останки. Взвод погиб в совершенно глухом месте, есть только отметка – родным пришла похоронка, что «вот, недалеко от такой-то деревни, на такой-то высоте, все ребята там погибли» – все, больше ничего. К сожалению, таких случаев большинство. 

Экспедиция в Новгородскую область

Экспедиция в Новгородскую область

Недавно на совете школы №279 утверждали нового командира группы «Поиск», освободив 11-классника, которому сейчас уже трудно общественной работой заниматься, в конце учебного года, когда впереди экзамены.

Группа Поиск в помещении музея «Поиск», справа руководитель Цаплина Татьяна Сергеевна

Группа Поиск в помещении музея «Поиск», справа руководитель Цаплина Татьяна Сергеевна

Родительская фракция Совета школы №279 наполовину состоит из наших выпускников, и вот один из таких родителей, который когда-то был в этой же группе «Поиск», был директором музея Твардовского, спросил нового командира: «Скажи, пожалуйста, зачем тебе это нужно?» Ребенок долго думал, потом сказал: «А мне интересно». И этот родитель сказал: «Знаешь, мне это понравилось. Мне тоже было интересно, поэтому я этим всем занимался».

Встреча с ветеранами в музее «Поиск»

Встреча с ветеранами в музее «Поиск»

Ребятам по-прежнему интересно этим заниматься, изучать материалы, находить интересные факты из жизни выпускников, рассказывать об этом другим ребятам, делать презентации, создавать проекты. Я считаю, что это очень полезно, научить их можно всему, а быть отзывчивыми, добрыми людьми, помнящими свою историю – это очень важно.

У нас есть такая традиция: выпускники недавних лет постоянно помогают нам во всех школьных делах. Есть, допустим, такие очень сложные, серьезные мероприятия как турслет, когда по двести человек выезжает за город, и мы проводим для них соревнования. Силами только старшеклассников мы это провести не можем. Каждый раз человек десять выпускников в этом принимают участие. Без такой взаимопомощи ничего бы не получилось. А зимой мы проводим зимнее спортивное ориентирование, которое готовят для старшеклассников только выпускники.

Выпускники разных лет на вечере встречи

Выпускники разных лет на вечере встречи

Спектакли, литературные вечера, когда наши выпускники рядом со старшеклассниками читают стихи, играют в сценах – все это, во-первых, сплачивает ребят, а, во-вторых, школьники видят, к чему можно стремиться, чего можно достичь. Это тоже очень полезно.

«К Твардовскому мы шли долго»

Так совпало, что я пришел в нашу школу в 1973 году в 9-ый класс после школы-восьмилетки, и в этот же год школе присвоили имя Твардовского. К этому событию наши учителя и ребята ставили спектакль «За далью даль», а я техническое обслуживание спектакля осуществлял. Когда стоишь в конце зала, а на сцене Константин Симонов говорит что-то, Кайсын Кулиев выступает, Алексей Дементьев, Константин Ваншенкин. Их слова впечатались в душу, особенно слова Симонова. Смотреть на выступление людей, о которых столько слышал, конечно, было ошеломляющим событием.

Спектакль «За далью даль»

Спектакль «За далью даль»

Год спустя, в 1974-м, была организована экспедиция на родину Твардовского, и мне тоже захотелось в ней поучаствовать. Об этом можно очень много рассказывать, но, самое главное, что до сих пор наши ребята постоянно ездят на его родину, где создан дом-музей поэта. В Смоленске тоже есть музей-квартира Твардовского, где его семья жила во время войны, а он наездами с фронта писал там главы «Василия Теркина». Сейчас там тоже музей, а в наш первый приезд это была жилая квартира, там жили его сестры.

В гостях в музее Твардовского его дочь Валентина и критик Турков А.М.

В гостях в музее Твардовского его дочь Валентина и критик Турков А.М.

Мы стараемся сделать так, чтобы практически все дети, кто учится у нас в школе, там побывали, как-то приобщились к жизни этого замечательного человека, и не только там, но и здесь в школе проводим большую работу, чтобы ребятам было это интересно.

Отзывы о школе 279 – про моих учителей очень много можно рассказывать

Наша школа всегда учителями славилась, но самое яркое и неизгладимое впечатление – это, конечно, учитель литературы Корэ Инна Иосифовна. Большинство традиций, которые в школе существуют, созданы ею и еще одним учителем – химии, Мамлиной Региной Семеновной.

Инна Иосифовна у меня литературу вела, а я пришел из другой школы, где в основном от нас требовали прочитать учебник и по учебнику четко рассказать суть произведения, не вдаваясь в подробности, читал ты это произведение или нет. Поэтому у меня, честно скажу, даже не было привычки читать. А тут я пришел, а Инна Иосифовна спрашивает: «А какое у тебя мнение? Вот ты прочитал, что тебе конкретно понравилось?» – а я-то по учебнику готовился.

Корэ Инна Иосифовна

Корэ Инна Иосифовна

Первое время был шок, и очень трудно было войти в эту колею. Но Инна Иосифовна на уроке рассказывала так, что в какой-то момент я замечал за собой, что у меня рот открывается, настолько было интересно. После этого действительно хотелось взять книжку, прочитать, потом что-то ответить – а слов не хватает, потому что раньше никто не учил говорить. Но надо сказать, что за два года она нас всех сумела научить говорить, писать, читать, слова правильные произносить.

Мамлина Регина Семеновна

Мамлина Регина Семеновна 

Я вообще был очень поражен теми учителями, которые здесь работали. Роза Борисовна Уринцева, учитель географии. Это замечательный человек, интересная женщина, закончила МГУ. Всю жизнь проработала у нас в школе Твардовского, более 40 лет.

При этом, на уроке у нее было всегда безумно интересно. Десятый класс – это экономическая география зарубежных стран, которые мы тогда знали очень плохо. И вот она как-то смогла нас заставить с интересом относиться к этому сложному предмету. Может быть, я поэтому до сих пор хорошо понимаю, где у нас что находится, и что из себя каждая страна представляет.

Уникальный был учитель истории, Бараль Юрий Арнольдович. Даже когда в институте учился, я брал конспекты школьных уроков, для того чтобы разобраться в материале, потому что у него всегда все было по полочкам. Он всегда начинал урок так: «У нас сегодня такой план, записываем», – а потом расшифровка этого плана.

И по каждому пункту плана четко: причины, события, следствие. Вот по такой четкой схеме он нам представлял все исторические события. Притом человек в разведке служил всю войну, иногда нам про это рассказывал, тоже можно было заслушаться.

Но самое интересное – это были его лекции о международном положении. Тогда, знаете, была такая мода: нас собирали, и кто-то из учителей рассказывал. Вот когда были его лекции о международном положении, у нас все старшеклассники просто набивались в зал. А у нас тогда было по четыре класса в параллели, а зал был всего на 150 мест, а 9-й и 10 класс – это 300 человек.

Не могу сказать, что у меня от этого появился какой-то сверхъестественный интерес к истории, нет, но мне всегда было на уроке интересно, и я, может быть, благодаря этому историю люблю и, в общем-то, считаю, что немножко знаю.

Отдельно про биологию и физику. Когда все по полочкам

Из школьной биологии я не помню ничего. Учительница по биологии была сухой, не эмоциональной, она из всех учителей очень сильно выбивалась. Только благодаря экзаменам (я же  председатель экзаменационной комиссии на выпускных), я немножечко поднял свой уровень. Дети рассказывают, а я с умным видом сижу. Становится стыдно, и потом переспрашиваю наших учителей.

Но зато была совершенно замечательная учительница физики, из-за которой я, наверное, физику и полюбил – Елена Давыдовна Тумаркина, у нее каждый урок был – это как открытие. Она настолько интересно рассказывала, отвечала нам на все вопросы, объясняла всякие мелочи, весь стол был заставлен приборами. То есть она все нам показывала, пыталась сделать так, чтобы мы все пощупали, попробовали.

И потом, когда спускались ниже на этаж на биологию… да, конечно, тут еще сказывалось, что засушенные листики, препарированные лягушечки и все такое прочее. Не живое какое-то, хотя вроде о живом наука, но с другой стороны параллельно с нашей учительницей работала другая учительница. К ней на урок приходишь, так заслушаешься. Я считаю, тут вопрос в отношении.

Я сейчас уже с точки зрения директора начинаю смотреть на это. Администрации к учительнице по биологии не к чему было придраться – урок четко спланированный, все по полочкам разложено. Но полочки у историка и полочки у биолога были совершенно разные. У историка каждая полочка была эмоционально наполнена интересным рассказом и, в основном, не то, что в учебнике. «Это вы прочтете, а вот это я должен вам рассказать».

Формирования коллектива единомышленников

Первая мысль, которая у меня возникла, когда я стал директором – что делать, если учитель плохо работает? Но годы были демократичные, 89-й год – начало разгула демократии. Получилось так, что меня, молодого и неопытного, назначили на должность директора по инициативе коллектива.

Эти учителя, о которых я рассказываю, тогда еще работали. Я их всех собрал и сказал: «Скажите, пожалуйста, что может создать обстановку, в которой люди, которые не хотят нормально работать – не будут у нас работать». Договорились, что нам нужно создать коллектив единомышленников, то есть всех, кто хочет работать, собрать воедино. А кто не хочет – они окажутся сами за бортом.

Первое с чего мы начали – попытались людей сдружить. А сдружить можно в двух видах: либо в работе, либо в отдыхе. Мы попытались сделать обе эти вещи. Я старался привлечь всех ко всем нашим интересным общешкольным делам, не так, чтобы два человека делали, а остальные со стороны смотрели. Если ставим спектакль, то все вместе.

На турслёты, естественно, все учителя идут со своими детьми. И всех настраивали на то, что если мы считаем, что это нам нужно, то мы это делаем вместе с детьми. Если мы предъявляем какие-то требования, то мы сами их выполняем.

Потом мы вместе с учителями начали ездить в разные дальние экскурсии. В каникулы на три дня я всех учителей отпускал с работы, потому что работали все много, мог такое себе позволить. Ехали куда-нибудь, по «Золотому кольцу», например. Коллектив женский, дружный, большой. Вечером собираемся, обсуждаем что-то, песни поем, и после этого немножко другие взаимоотношения стали.

Все учителя начали по-доброму другу к другу относиться, и тогда стало гораздо легче указывать на ошибки: «Знаешь, вот ты видишь, у тебя тут не получается. Давай подумаем вместе, что сделать». И тогда человек начинал перестраиваться. Когда один директор предъявляет претензию – это плохо, а когда все классные руководители с тобой заодно – другое дело.

Задача классных руководителей – чтобы у его класса было все хорошо. А будет хорошо, когда есть понимание с учителем, когда детям на уроке интересно. Но достаточно одного учителя, который бы позволял детям на уроке заниматься чем угодно, и тогда всем остальным учителям становится работать сложнее. Тогда учителя все вместе, надеюсь, я тоже в этом какую-то роль сыграл, с теми, кто не совсем добросовестно к работе относится, начали такую работу: то замечание сделают, то поговорят.

Кстати, должен сказать, что в школе есть учителя, которые за время работы у нас очень серьезно выросли благодаря такой учительской общности. Я считаю, это очень хорошо, это полезно, но с другой стороны, если ты делаешь что-то не так, тебе честно и откровенно в лицо скажут, и это очень важно. И поэтому, у нас на сегодняшний день практически таких учителей нет, которые не стараются сделать урок интересным. Бывает такое, попадется такой человек в коллектив, но он долго не может тут работать. Либо он все это поддерживает, либо ему приходится уходить. Жесткий отбор. Я думаю, что в коммерческих фирмах приблизительно так же, либо ты в команде, либо ты не в команде.

Мы недавно пригласили одного учителя к нам по совместительству. Но кончилось тем, что она год поработала и ушла. В чем дело? «Дети от меня слишком много требовали. Они хотели, чтобы я им все объясняла».

При прежней учительнице, если ребята активно работали, успевали все пройти, то пять последних минут они либо интересный фильм смотрели на эту тему, либо рассказ какой-то интересный слушали. Конечно, это не единственный способ, которым можно детей заинтересовать, но, я считаю, тоже правильный. И детям это нравилось, они это всегда приветствовали, и держались за это. Новая учительница говорит: «В той школе, где я работаю, с меня этого всего не требуют».

Этапы школьного пути

Я – инженер-металлург по первому образованию. У меня мама была связана с металлургией, и я собирался идти по ее стопам. Во время учебы в металлургическом институте связь со школой я не терял, постоянно общался с ребятами, у которых, еще учась в школе, был вожатым, они меня приглашали, учителя приглашали что-то помочь.

Андрей Максудович Исхаков

Андрей Максудович Исхаков 

После института я добился распределения в нашу школу, пришел сюда работать учителем труда. Тогда такая ситуация сложилась, как говорится, мне на руку: уволился учитель труда, а у меня техническое образование, и директор знала, что я руками могу все что угодно сделать. Но тогда уже пошла тенденция, что каждый учитель обязательно должен иметь педагогическое образование. Поэтому я пошел на физфак МГЗПИ. Потом в армию меня призвали офицером, когда вернулся из армии, стал вести физику. Как раз к этому моменту уже практически педагогический институт закончил.

Ученики из школы №279 им.Твардовского практически не уходят, помногу лет продолжают приезжать в школу, и эта традиция сохраняется.

Мы в этом году переезжали в новое здание. Очень сложное время было, мы два года жили в других школах. Естественно, все, что было за 75 лет жизни в школе накоплено, надо было отсюда вывезти, а сейчас в этом году нужно было привезти обратно, по местам расставить, отсортировать, развесить. И если бы не было помощи наших выпускников разных лет, не знаю, как бы мы справились. Ребята живут своей жизнью, в институтах учатся, но когда нужно было, мы их просили, и они в свои выходные дни помогали нам.

Например, спектакль был в этом году. Одну сцену ставим, понимаем, что у нас уже сил не хватает. Выпускникам говорю: «Ребят, вы же несколько лет назад это делали, повторите. И вам не трудно и нам проще, и ребята посмотрят». И так как они всех старшеклассников тоже знают, они быстро с ними все это сделали, получилась замечательная сцена. Вот такая помощь, она всегда есть.

Спектакль «Ах, ты Теркин»

Спектакль «Ах, ты Теркин»

Что дает детям Литературный театр? – Умение работать в команде

Я как-то спросил выпускников: «А что вам дал Литературный театр?» Они говорят: «Вы знаете, это нам дает возможность нормально общаться с людьми, понимать их. Каждое слово слышать, вникать в него». Потому что когда на сцене учишься произносить эти слова, ведь их нужно произнести так, чтобы дошло до каждого. Это элемент ораторского искусства. Ребята, которые через это прошли, умеют правильно говорить, умеют слышать то, что говорят остальные. И в любой работе, кем бы человек ни стал, это очень важно.

Наши ребята умеют работать в команде, потому что они понимают, что один человек ничего не сделает – ни на сцене, ни в турслете, ни в музее. Везде. Все, что мы ребятам предлагаем – это командная работа. И умение работать в команде, я считаю, это очень большой плюс у всех наших ребят.

Школьная профориентация

Конечно, кем ребенок станет – это определяется семьей, но мы стараемся помочь ребятам выбрать свои наклонности, определить и выбрать будущую профессию. Для этого, начиная с 8-го класса, мы ведем с ними предпрофильную подготовку. С начала 7-го класса мы погружаем их в эту тему, проводим различные психологические обследования. И к концу 7-го класса предлагаем выбрать направление обучения.

Традиционно так получилось, что наиболее востребованными являются: экономическое, физико-математическое, социологическое с юридическим, и медицинское направления. Все эти названия условные. Ребята выбирают это по группе тех предметов, которые мы им предлагаем изучать на более высоком уровне.

По опыту обычно бывает так, что где-то 10% детей, как минимум, с 8-го по 11-й класс, меняют направление обучения. Кто-то меняет один-два предмета, а кто-то меняет направление кардинально – с экономики на техническое или с техники на экономику. В частности, у нас сейчас в 10-ом классе один ребенок учился в физ-мат группе, перешел на медицину. Другой ребенок собирался на экономический, а в январе перешел на физ-мат.

У детей есть возможность выбора, и, главное, что дети понимают возможность такого перехода. Возможность создания такой гибкой системы приводит к тому, что дети находят свою профессию.

Какие профессии сейчас в почете

Детям надо показывать созидательные работы. Для этого в школе есть система экскурсионной работы по предметам и очень большая программа эстетического воспитания. Мы ребят возим во все музеи, театры. У нас четкая программа, в каком возрасте в какие музеи и театры и на какие темы лучше пойти.

Но кроме этого есть и программы по другим предметам – дети ходят в Политехнический музей, в Палеонтологический музей, в музей Жуковского. Сейчас очень многие колледжи ведут интересную проф. ориентационную работу, даже не с целью того, чтобы ребята поступили в этот колледж, а с целью того, чтобы они пощупали профессии. Поэтому в этом году наши выпускники, из 30 человек – 14 человек, выбрали технические специальности – Строительный, Энергетический, Бауманский, Авиационный вузы.

А раньше у нас была иная ситуация: в 2003 году был интересный выпуск, из 75 выпускников – 50 пошли в экономисты. Притом 45 из них в соседнюю Финансовую академию, тогда она так называлась, нынешний Финансовый университет. А остальные распределились между Высшей школой экономики и Плехановским.

Сейчас у нас из 30 выпускников, экономические вузы выбрали всего пятеро. Трое пошли по юридическому направлению. А 14 человек выбрали технические вузы. Двое в медицинский поступили, двое поступили в Тимирязевскую академию. У детей совершенно другой выбор становится.

Физики или лирики?

Я считаю, правильно начинают работать средства массовой информации. То, что говорят о российском производстве, о том, что нужны хорошие кадры, что там можно получить хорошее развитие – это правильно. Когда человек понимает что есть где работать, и есть что развивать, есть отрасль, в которую он может прийти, тогда люди пойдут туда работать.

В старые времена у нас какая была ситуация? Все шли в технари. Редкий ребенок шел в какую-то гуманитарную профессию. Потом был перекос обратно, то есть все пошли в гуманитарии, никто не шел в технари. Сейчас эта ситуация, я считаю, начинает выравниваться, судя по тому, как у нас растут физико-математические группы.

Уроки труда

Есть дети, которые очень хорошо умеют работать руками, и мы стараемся им помочь найти рабочую профессию. Есть немалая категория детей, которая находит себя в этом. Сейчас наши дети считают, что наше «счастье» – это обычный труд. Кроме пяти компьютерных классов, мультимедийной техники в каждом кабинете, интерактивных досок – то есть оснащение, конечно, по высшему классу, как в новостройках – есть обычный технический труд у мальчиков и домоводство у девочек.

В силу перехода на эффективный учебный план, а его главная задача – снизить общую нагрузку на учеников – в восьмом классе, пришлось труд перевести в разряд предмета по выбору, и 90% детей выбрали труд, решив увеличить свою нагрузку до предельной. Мальчишки вообще все выбрали. Я считаю, что каждый парень должен уметь забить гвоздь, выточить на токарном станке элементарную детальку, вообще, что-то в доме сделать, разобраться в электричестве.

И то, что учитель девочек учит готовить и шить – это замечательно. Ребята в пятом-шестом классе себе переднички уже сами сшили, еще что-то сделали. Я думаю, как бы нам все-таки это сохранить. Я очень рад, что мы нашли двух замечательных учителей, которые вызывают у детей такой интерес к труду.

Про ЕГЭ

В любой системе оценивания есть свои недостатки и свои преимущества. Но я двумя руками за ЕГЭ. Причина очень простая. Я считаю, что на сегодняшний день каждый ребенок без помощи репетиторов, курсов, дополнительных занятий, трат родительских средств, измывательством над самим собой может спокойно закончить школу и поступить в тот вуз, который он хочет. Я много раз в этом убеждался.

В школе общая позиция: нам нужно детей научить. Если мы детей научили, то подготовить их к сдаче экзамена в этом формате легко. Сложнее было подготовить их к сдаче экзамена в старом, традиционном формате, где было непонятно, какой сложности задание попадется. А здесь все четко расписано. Ребенок знает, что все эти вопросы он должен знать на элементарном уровне. И если он это знает, вопросы части А и B у большинства детей не вызывают сложности.

Я все время своим ребятам говорю: «А и B – это ваша обязанность, а С – это ваше желание поступить в вуз хорошего уровня». И то из части, допустим, С по физике есть два задания, которые должен сделать каждый. Если ребенок занимался, для него это сложности не вызывает. И только четыре задания более сложные. Одно попадается всегда, как говорится, зубодробильное. Вот это для ребят, которые в МГУ собираются поступать, в Физ-Тех, в МИФИ. И по математике тоже С6 – это для этих ребят. Но так и должно быть, я считаю. Процент детей, которые собираются в вузы высшего уровня, небольшой.

Почему мы взялись за эффективный учебный план? Когда мы видим, что нагрузка ученика 10-11-го класса может быть такой же, как ученика 5-го класса, то есть 30 часов в неделю, по 6 уроков в день, тогда у детей есть возможность самостоятельно заниматься. Про курсы я не говорю, я думаю, что это нужно единицам.

У нас сейчас один ребенок в МИФИ поступает, один в Физ-Тех, у них будет дополнительный экзамен, к которому мы не можем их подготовить, это выходит за рамки общешкольной программы, естественно, они занимаются на курсах, где их учат выполнять эти дополнительные задания. А всем остальным ребятам я не вижу никакой необходимости, если они занимаются нормально в школе, тратить время, силы, деньги на занятия на курсах. Это совершенно бессмысленно.

Фото предоставлены Андреем Максудовичем Исхаковым 

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Вещи, памперсы, «газелька малыша» – и как еще помогают неимущим саратовские волонтеры
Услышать умирающего – готовы ли мы к этому и кому принадлежит право на смерть

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: