До середины апреля в Карачаево-Черкесии официально не было ни одного зараженного коронавирусом. Сейчас болеют целыми улицами. Правозащитники говорят о почти 200 умерших, меценаты возят малоимущих на платное КТ в Кисловодск, а Башкирия направляет в республику 17 медиков для лечения больных COVID-19. «Правмир» выяснил, что происходит в республике.

У Евгении Никифоровой из Черкесска за неделю умерли трое членов семьи: жена ее родного брата Светлана, ей было 55 лет, 80-летняя мать Светланы и 54-летний брат. Первым заболел брат, он был таксистом и не оставил работу на время самоизоляции. Около недели они вызывали скорую, и каждый раз врачи отвечали, что показаний для госпитализации нет. Когда Светлане стало совсем плохо, ей сделали КТ, оказалось, что легкие поражены на 40 и 70 процентов. Родственников наконец госпитализировали. 

Мать Светланы и брат умерли в один день, подробностей того, как их лечили, семья не знает, Светлана еще неделю провела в больнице. О том, что у нее остановилось сердце, близким известно от знакомого, который работает в госпитале. Сердце завели, Светлану подключили к ИВЛ. Евгения считает, что своевременно это не сделали из-за нехватки аппаратов. Через два часа женщина умерла. 

— Света еще молодая, из проблем со здоровьем у нее был только тромбоз вен на ногах. Мы до последнего надеялись, что она выкарабкается. Теперь заболели брат с племянницей, — рассказывает Евгения. — Они сами какую-то схему взяли, за свои деньги покупают лекарства. На КТ даже платно не попасть, очереди огромные, анализы не делают тоже. Скорая приезжает, ставит укол от температуры, и все. 

Евгения звонила на горячую линию Роспотребнадзора, там ее вежливо просили обратиться в Министерство здравоохранения, и так по кругу. Тогда она записала обращение в местную новостную группу в инстаграме. Откликнулась врач, которая помогла сделать ее племяннице и брату КТ, оказалось, что поражения легких не такие сильные — 5% у племянницы и 15% у брата. Врач поправила схему лечения и сказала следить за сатурацией. Евгения надеется, что скорая все же будет приезжать к ее близким. 

Другая жительница Черкесска Тамара Айбазова потеряла тетю. Женщина около двух недель провела в реанимации, потом, несмотря на тяжесть состояния, ее выписали. Ухаживали за ней близкие. Врачи скорой, приехав однажды на вызов, предупредили, что у женщины отек легких и долго она не проживет. Тамара рассказывает:

— Тети не стало 28 мая. Уже к этому моменту заболели моя мама и ее двоюродная сестра. Каждая из них принесла эту болезнь домой. Двоюродная сестра матери заразила сына, дочь, внуков и сестру-инвалида. Она находилась в очень тяжелом состоянии, и только после звонков на горячую линию ее госпитализировали.

Что касается моей мамы, она названивала в поликлинику, чтобы вызвать участкового терапевта. Никто на звонки не отвечал.

Спустя несколько дней мой отец поехал сам в поликлинику, чтобы записать маму, но его не впустили, сказав, что запись только по телефону. Через полторы недели пришли и взяли мазок у мамы, когда уже заболел и отец. 

По словам Тамары, ее родителям не назначили никакого лечения, назначения она сделала сама. Тамара — детский фтизиатр в декрете. Лекарства покупали за свои деньги, а они не такие уж дешевые. Платно родителей записали на КТ. Когда пришел положительный результат мазка, Тамаре пришлось сделать десятки звонков, прежде чем пришел терапевт и записал ее маму на повторный анализ.

Жгут вышки и ходят без масок. Почему в Северной Осетии не верят в эпидемию
Подробнее

«Еще месяц назад над коронавирусом смеялись»

До середины апреля в Карачаево-Черкесии официально не было выявлено ни одного случая заражения COVID-19. Глава республики Рашид Темрезов, как и другие руководители регионов, официально выступил с призывом соблюдать самоизоляцию, однако его мало кто послушал. Местная жительница А. рассказывает:

— Еще месяц назад здесь все смеялись над коронавирусом. Наши знакомые жаловались, что любой поход в аптеку в маске сопровождается ехидным смехом окружающих. Мы сюда приехали 10 мая, засели на карантин, чтобы никого не подвергать угрозе, при этом все знакомые, которые приехали из Москвы в это же время, гуляли по городу, общались с родственниками. Все это время местные жители огромными толпами ходили на все обязательные мероприятия — похороны, свадьбы. У нас на соседней улице полиция одну свадьбу разгоняла недели три назад, когда уже был запрет на подобные мероприятия, — говорит А. 

В начале пандемии с призывами оставаться дома к народу обращались авторы ютуб-канала «Черный куб».

— Мы пытались обращаться к народу вместо власти, но тогда нам никто не верил, много негатива на нас полилось. Говорили, что мы защищаем каких-то масонов. Мы доказывали, что вирус есть и это серьезно, но когда власти так спокойны, народ как может поверить в то, что есть опасность? А сейчас в республике гуманитарная катастрофа, — говорит один из активистов «Черного куба» Алибек Хубиев. 

Ситуацию с распространением вируса усугубляли и культурные особенности жителей республики. По мусульманской традиции, умершего надо омыть, три раза обернуть в саван и только потом похоронить. Общественный деятель и волонтер К., пожелавший остаться анонимным, рассказывает:

— Умерших от ковида выдавали в пластиковых пакетах, чтобы не распространяли инфекцию, но многие люди не могли переступить через традиции и, нарушая все запреты, открывали пакеты, проводили процедуру омовения и так заражались сами. Муфтият пытался это пресечь, но когда у человека трагедия, он не слышит. 

Кроме того, говорит собеседник «Правмира», люди просто стеснялись признаваться родственникам и соседям, что у них коронавирус.

В результате с начала мая число заразившихся и умерших стало расти в геометрической прогрессии, однако, как считают общественники, власти продолжают скрывать реальное положение дел. 

Согласно официальной статистике, в республике 2 тысячи 225 заболевших и только 9 умерших. Алибек Хубиев говорит, что по его подсчетам в Карачаево-Черкесии умерли не менее 170 человек, а люди болеют целыми улицами. Как считает собеседник «Правмира», республиканские власти не хотят сообщать реальную картину. 

— Чтоб вы понимали, у нас население — 500 тысяч. Получается, все в республике с этим столкнулись, потому что здесь большие родственные связи, и если кто-то умирает, об этом узнает тысяча человек. Скрыть уже ничего невозможно. Люди осознали обман и стали выходить на улицы, — говорит Хубиев. 

8 июня на митинг вышли жители села Учкекен Малокарачаевского района республики. Они обвиняли главного врача больницы в том, что СИЗы и лекарства, которые получает учреждение, он раздает только своим приближенным. «У больных нет надежды получить помощь, потому что у них нет денег на взятки», — говорили митингующие. Главного врача от должности отстранили. 

Проблемы с медицинской помощью есть во всех районах республики. Местная жительница А. рассказывает:

— У знакомых появились симптомы, так они собрались по-быстрому и рванули в Москву на машине, потому что тут не помогут: и места не хватит, и лечить нормально их не захотят, и не смогут вообще. У другой знакомой переболела вся семья, но мать еще в больнице на кислороде, лекарства ей достают через родственников-фармацевтов в Москве, передают через аэропорт, куда другие родственники приезжают, забирают лекарства и везут в больницу, однако лечащий врач ничего не понимает в лечении от этой заразы, поэтому еще одна родственница-врач из Москвы по телефону консультирует. 

Член Совета по развитию гражданского общества и правам человека при Главе КЧР Владимир Биджиев объясняет, что люди выступают против бездействия врачей, нехватки медикаментов, мест в госпиталях — их в республике сейчас четыре, нехватки медицинских работников. По его словам, основную финансовую нагрузку взяли на себя бизнесмены, на свои деньги они покупают ИВЛ, лекарства, СИЗы для врачей, возят малоимущих жителей районов на КТ в соседний Кисловодск, однако их ресурсы не бесконечны, и помочь республике может только Москва. 

Правозащитники и обычные жители говорят, что им требуется помощь, как Дагестану: полевые госпитали, медикаменты, а главное врачи, которых даже при большом желании меценаты не привезут за свои деньги.

Генеральная прокуратура РФ организовала проверку по жалобам жителей Карачаево-Черкесии. Однако люди относятся к этому скептически:

— Наши митингующие как-то добились, чтобы приехала комиссия из Москвы разбираться с нехваткой оборудования и лекарств, но врачи перед этой комиссией словно языки проглотили, а после ее приезда чудесным образом где-то с неделю цифры на единицу уменьшались каждый день, — говорит местная жительница А. 

Наклейка на лобовом стекле машины жителя республики. Фото: instagram / chp_uchkeken

Врачи увольняются из-за плохих условий работы

Медицина Карачаево-Черкесии оказалась бессильна перед коронавирусной инфекцией из-за того, что в последние десятилетия внимание инфекционным заболеваниям в больницах практически не уделялось, сказала в интервью «Кавказскому узлу» заведующая инфекционным отделением Карачаевской центральной районной больницы Лейла Батчаева.

По ее словам, до 90 процентов медперсонала Карачаевской ЦРБ не знали, как лечить инфекционные болезни. 

«Я собирала весь медперсонал, чтобы рассказать, что такое защитный костюм, как его надевать. Наш главврач зашел, в режиме ознакомления провел беседу, как лечить COVID. Это смешно! Я подключилась, как инфекционист, сказала, что недопустимо. На что он отреагировал, что не нужно пугать людей, что я захожу слишком глубоко в вопрос, что это все не нужно. Получается, людям не нужно знать, как им защищаться», — приводит слова Батчаевой издание.

Инфекционист также сообщила, что большое число сотрудников заразились коронавирусом, лечатся медики за свой счет, а в больницах есть проблемы с обеспечением пациентов кислородом, отсутствуют основные медикаменты, в частности клексан, левофлоксацин, а также препараты, которые нужны для разжижения крови. Серьезной проблемой остается обеспечение медиков средствами защиты. 

«Если бы нам выдали костюмы и маски, я бы не ушла». Почему реаниматологи уволились в разгар пандемии
Подробнее

Ранее о плохой организации работы рассказывали медики службы скорой помощи. В видеообращении, опубликованном 30 мая в соцсети, фельдшер из Черкесска Радха Семенова заявила, что заразилась коронавирусом из-за нехватки средств индивидуальной защиты. По ее словам, она заразила мать, брата и тетю. Кроме нее, еще пять сотрудников Черкесска опубликовали похожие обращения. 

Медики говорили, что им приходится стирать и использовать повторно халаты, что врачам отказано в предоставлении временного жилья, что часть работников из-за плохих условий уволилась, и потому жителям приходится часами ожидать приезда кареты скорой помощи, пишет «Кавказский узел».

Лейла Батчаева работала 24 часа семь дней в неделю. По ее словам, у нее не было ни смен, ни второго врача. В начале мая она заболела коронавирусом и даже лежала в госпитале. Сейчас она продолжает оставаться на больничном. «Кавказскому узлу» Батчаева рассказала, что никаких дополнительных выплат, положенных заразившимся медикам, она не получила, а ее надбавка за работу с ковид-пациентами в апреле составила 17,7 тысячи рублей.

«Говорят, чтобы не выходили на митинги, а то еще хуже будет»

Вместе с волонтерами и меценатами правозащитник Владимир Биджиев ездит по районам республики, развозит лекарства, маски, пытается вести диалог с местной властью и слушает жалобы жителей. Перед разговором с «Правмиром» он общался с девушкой, у которой родители умерли с разницей в три дня. По словам Владимира, никакой помощи им оказано не было.

Отец задохнулся на руках у дочки, пока ехала скорая.

В том, что ситуация в республике стала настолько критичной, Владимир категорически не хочет обвинять людей и их отношение к режиму самоизоляции.

— Когда глава района, руководство региона говорят, что все нормально, все под контролем, люди тоже расслабляются. Я несколько раз призывал, чтобы статистику не скрывали, больных показывали, но информация все равно скрывалась. То, что сейчас спихивают на народ, — это политика нашей республики. А когда народ начинает говорить, на него давят. При мне глава Малокарачаевского района пытался несколько раз запугать население, когда они жаловались министру. Как запугивают? Адресно приезжают к активистам по домам, говорят, чтобы никуда не лезли, не выходили на митинг, а то еще хуже будет, — рассказывает Владимир.

По словам волонтера К., люди соблюдали самоизоляцию, пока у них не закончились деньги, потом начали тайком открывать магазины, парикмахерские.

— Получается, пик эпидемии пришелся как раз на тот момент, когда народ стал голодать. Я знаю случаи, когда в ломбарды сдают свои украшения и покупают продукты с надеждой на то, что когда самоизоляция закончится, они выкупят свои вещи. 

Собеседники «Правмира» уверены, что если в ближайшее время федеральный центр не окажет республике помощь по дагестанскому сценарию, ситуация станет катастрофической. 

15 июня министр здравоохранения Михаил Мурашко сообщил, что специалисты Минздрава намерены выехать в Амурскую область, Карачаево-Черкесию и на Камчатку для оказания помощи пациентам с коронавирусом. 17 врачей направила в Карачаево-Черкесию Башкирская республика. 

«Правмир» направил запрос с вопросами о ситуации в Минздрав Карачаево-Черкесии, однако на момент публикации материала ответа не поступило.

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.