Борис Альтшулер: Постановление Верховного суда не обеспечит поддержку семьи в трудной ситуации

|
Верховный суд РФ 14 ноября принял постановление, разъясняющее обстоятельства, которые могут послужить основой для изъятия детей у родителей. Комментирует правозащитник и руководитель РОО «Право ребенка» Борис Альтшулер.

Верховный суд исходит из текста существующего «Семейного кодекса» и повторяет его очевидные пороки, из-за которых у нас в стране с 1996 года действует настоящая «фабрика сиротства». В «Семейном кодексе» очень много уделено внимания тому, по какой причине ребенка можно из семьи изъять, и практически ничего нет о социальной работе, которая могла бы семью и детско-родительские отношения спасти. Там вообще нет понятия «помощи семье». При том, что в 2012 году в указе Президента РФ № 1688 «О некоторых мерах по реализации государственной политики в сфере защиты детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» про механизмы поддержки  и помощь психологическую, социальную, правовую говорится много и правильно. Но сам «Семейный кодекс» в своих ключевых статьях, о которых говорит Верховный суд,  абсолютно забыл  о слове  «поддержка».

Право на поддержку есть у семьи в трудной ситуации и по закону о социальном обслуживании. Но даже если соцзащита будет очень стараться, по «Семейному кодексу» есть опека, комиссии по делам несовершеннолетних и прокуратура, которые подают иски о лишении прав и работу которых «Семейный кодекс» не увязывает с соцзащитой. И есть суд, который штампует эти решения, не глядя. В документе Верховного суда перечислены те, кто должен принимать решение о лишении родительских прав. Социальный работник там не упомянут. А ведь именно он должен вести семью, и «Семейный кодекс» должен установить, что соцзащита должна представить суду отчет о социальной работе, которая была выполнена, чтобы спасти эту семью. Надо законодательно – в «Семейном кодексе» запретить судам рассматривать иски о лишении родительских прав без такого отчета соцзащиты.

Вот и получается, что Верховный суд своим постановлением закрепляет этот ужас – то, что при отобрании ребенка орган опеки должен в течении семи дней подать в суд заявление о лишении родительских прав. Что можно сделать за 7 дней? Ничего. Давно предлагали – дайте хотя бы месяц, чтобы разобраться.  Ведь  есть в России пилотный опыт спасения даже очень сложных семей.

В «Семейный кодекс», на который опирается постановление Верховного суда, надо внести минимальные изменения. В статью 69 о лишении родительских прав должна быть внесена фраза о том, что суды вправе рассматривать дела по искам о лишении родительских прав только в том случае если им предоставлен полный отчет органов соц защиты о проделанной индивидуальной работе в попытке спасти семью и восстановить детско-родительские отношения. Я считаю, если нет такого отчета, никто не вправе рассматривать дела о лишении или ограничении в родительских правах.

При постановлении об ограничении родительских прав суд должен установить срок, в течение которого осуществляется работа по восстановлению семьи, и потребовать соответствующую программу по этой работе.

Я не против необходимости отобрания, бывают экстремальные ситуации, когда ребенка надо забрать как можно быстрее. Но недельный срок до подания иска о лишении родительских прав при этом надо заменить на три месяца, чтобы дать возможность проработать ситуацию, разобраться в ней.

И главное – после отобрания немедленно в течение нескольких дней орган опеки обязан предоставить на утверждение факт этого действия в суд. Потому что отделение ребенка от родителей – это ведь аналогично аресту, который должен подтверждаться в судебном порядке. Пусть суд подтвердит его необходимость. Срочно должны созываться комиссии по делам несовершеннолетних с привлечением опеки, соц защиты, образования, здравоохранения, службы занятости, полиции и т.п. И пусть по поручению комиссии соц защитой разрабатывается комплексный план по работе с семьей.

Социальный патронат семьи с проблемами необходим. Соцзащита должна работать с семьей  – и не в кабинете раз от раза, а постоянно и на месте. В какой-нибудь Норвегии 80% всех услуг социального обслуживания оказывается на дому, по месту жительства. У нас все наоборот – хорошо, если 5% таких услуг оказывается на дому. Остальное время сотрудники сидят по учреждениям и «ведут примем». Но из кабинета причины надлома в семье и варианты помощи ей не понять – надо быть ближе к людям, чтобы их по-настоящему расслышать. И в итоге помочь и взрослым и детям.

Беседовала Дарья Шаповалова

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Вещи, памперсы, «газелька малыша» – и как еще помогают неимущим саратовские волонтеры
Услышать умирающего – готовы ли мы к этому и кому принадлежит право на смерть

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: