Чемпион с пересаженным сердцем

|
Четыре года назад тридцатидвухлетнему спортсмену Артему Артамонову кардиологи объявили, что его жизнь может спасти только трансплантация сердца. Он тогда даже представить не мог, что после операции сможет вернуться к спортивной карьере. Но Артем не просто вернулся в большой спорт, он стал чемпионом, вошел в десятку лучших европейских игроков в бейсбол.

Надо двигаться дальше

Спортивный молодой человек при встрече сразу определяет регламент: «Мне надо сына в спортшколу везти, у нас сорок минут». Говорить о трансплантации сердца ему не то чтобы не хочется, но как бы не о чем.

– Все, что произошло, я не считаю чем-то особенным. Конечно, для чего-то это было, поэтому какие-то выводы я сделал. Понимания – зачем, для чего – еще нет, но раз произошло, значит, надо двигаться дальше.

Разделения жизни на «до» и «после» трансплантации у Артема нет. После операции он быстро восстановил физическую форму, уже через год вернулся в спорт, начал играть в волейбол, а через два года опять попал в Национальную сборную России по бейсболу. На чемпионате России его команда не раз занимала призовые места, а на чемпионате Москвы в этом году стала лидером. Артем даже побывал на соревнованиях в Европе. Вошел в десятку лучших европейских игроков.

Команда «Московия» – победитель чемпионата Москвы 2017 года

– Бейсбол такой вид спорта, где много бегать не надо, просто игра долгая, три часа, но зато большие нагрузки в тренировочном процессе. А волейболом я занимаюсь уже 12 лет, в прошлом году мы заняли первое место среди любительских команд, в первой лиге было 20 соперников, а вообще в волейбольной лиге примерно 300 команд. По большому счету, жизнь такая же, как и была, только надо регулярно обследоваться и пить лекарства.

Реабилитация шла семимильными шагами, Артем строго соблюдал все рекомендации врачей.

– Нет, конечно, непросто, когда изо дня в день в одно и то же время звонит будильник, надо встать и выпить лекарство, а спать очень хочется. Лекарство надо пить дважды в день, чтобы между приемами было 12 часов. У меня несколько раз было такое, что я пропускал прием, но это было редко. Возвращаться опять к тому состоянию, до трансплантации, очень не хочется.

В городе Брно, Чехия

Чтобы сердце прижилось, надо думать, что оно твое

Зимой 2013 года Артем отдыхал в Египте, и там внезапно началась одышка. В Москве поставили диагноз «воспаление легких». В больнице становилось хуже, и только через неделю врачи поняли, что проблема не с легкими, а с сердцем. Началась эпопея с госпитализациями, и только в Чазовском кардиоцентре поставили кардиомиопатию – такой диагноз раньше был смертельным, отец Артема умер от этого заболевания в 28 лет. И сказали, что выход один – трансплантация.

– Когда я попал в больницу, самочувствие было нормальное, и я даже как-то особо не испугался, что необходима трансплантация сердца. А когда я вернулся домой, я буквально через пару дней понял, что вне больницы я жить не могу – задыхался, пройти мог не больше 30 метров. Просто сидел дома, так как лежать тоже не мог, сразу воздуха не хватало. Недели две я так промучился, и потом уже меня отправили в Центр трансплантологии им. Шумакова.

Это время тяжелое было… С Андреем, сыном, даже поиграть не мог, на руки не мог взять. Ему было-то всего три с половиной года. Я подолгу его не видел, пока в больницах лежал.

Честно говоря, я как-то не думал, что конец, что надо выжить… У меня было только «сегодня и завтра», а о том, что послезавтра будет, я не думал. Собственно, я и сейчас так живу – не загадываю на будущее.

Артему повезло – он провел в Центре им. Шумакова только две недели, подходящий орган появился быстро.

– Я на тот момент ничего о трансплантологии не знал, мне это казалось фантастикой. Уже потом узнал, что пересадка сердца среди трансплантаций не самая сложная.

Физически я никак не ощущаю, что у меня другое сердце, ну, может, иногда большие нагрузки сложно переносить. Врачи мне советовали: «У тебя сердце не чужое, оно твое! Ходи и убеждай себя в этом. Зачем лишние траты сил? Чтобы сердце лучше прижилось, надо думать, что оно твое».

Мама Артема рассказывает о том времени, еле сдерживая слезы: «Даже слов нет описать, что мы пережили. Я отработала на скорой 11 лет, думала, что меня уже ничем невозможно испугать. Но когда я увидела Артема в реанимации, я чуть в обморок не хлопнулась. Два огромных насоса, перекачивающих кровь, трубки торчат из тела… У Артема была жутчайшая жажда, а пить нельзя. Но, слава Богу, все в прошлом.

Конечно, было тяжело. Знаю, считается, что дети страдают от грехов родителей.

Я обошла, наверное, все церкви Москвы. Причащалась, исповедовалась, соборовалась. Священник дал благословение на трансплантацию.

Сейчас-то уже иногда и забываем, что с ним было, жизнь продолжается!»

Сын Андрей тоже любит спорт – занимается футболом. У Артема график более свободный, чем у жены, поэтому сыном занимается в основном он.

– В школу, из школы, на футбол, – это я в основном.

Радует то, что мы можем помочь

Сергей Готье. Фото: Анна Гальперина

Академик РАН Сергей Владимирович Готье, директор Центра им. академика В.И.Шумакова, главный трансплантолог Минздрава России:

– Этот случай обращает на себя внимание по разным причинам. Во-первых, это молодой человек, а возраст людей, которым пересаживают сердце, обычно чуть старше – от 35 до 50 лет. К трансплантации они приходят в разном статусе по здоровью, это зависит от развития болезни. Если она развивается долго, хронически, то это приводит к нарушению других органов, тогда к трансплантации сердца человек приходит глубоким инвалидом. У таких людей пересадка сердца является лишь отправной точкой для дальнейшего вылечивания тех болезней, которые они приобрели за время развития заболевания сердца. Это одна категория пациентов. Мы их лечим, наблюдаем и в конце концов в большинстве случаев добиваемся полной реабилитации.

Другое дело, когда речь идет о совсем молодом человеке, который не был обременен другими проблемами и поражением других органов. У Артема болезнь развивалась стремительно, она не успела еще сильно повредить остальные органы. Поэтому трансплантация сердца являлась для него не отправной точкой для дальнейшего выздоровления, а именно конечной точкой болезни.

Мы с удовольствием наблюдаем, как он переносит отдаленный послеоперационный период, как он развивается физически, реабилитируется. И он далеко не один такой. В команде Артема, например, в бейсбол играет человек, которому в 2007 году пересадили почку.

Радует то, что мы можем помочь таким людям. Если еще десять лет назад об этом даже и говорить не могли, то сейчас это повседневная практика. Пациентов, которым пересадили сердце только в нашем центре, около 800».

Я буду молиться Богу за папу, чтобы он выздоровел

Мама Артема продолжает:

– Поддержка родных необходима. Для Артема семья – самое важное в жизни.

У нас в семье не принято говорить об этом, но я уверена, что любовь к жене, сыну помогла Артему все это вынести и справиться. Семья еще крепче стала.

А Андрей очень за папу переживал, говорил: «Я буду молиться Богу за папу, чтобы он выздоровел».

Артем с женой и сыном

Артем с детства отличался необыкновенной волей к победе. У него есть внутренний стержень, который помогает ему в сложных случаях. Плюс он может сплачивать людей, всегда душа компании.

Про стержень говорит и жена Елена.

– Артем не может жить без спорта, хотя мне казалось, что это невозможно после такого заболевания. Первый год после трансплантации я не то что говорить, слышать ничего не могла об этом. Сразу слезы… Было очень тяжело, только сейчас полегче…

А в Америке все быстро – только плати

В холле кардиологического отделения Центра им. Шумакова сидят молчаливые озабоченные люди. Время как будто замерло. Как в замедленной съемке проплывает каталка с желтоватым человеком под простыней в окружении врачей в хирургических халатах. Сидящие в холле даже не оборачивают голову в ту сторону – они смотрят сосредоточенно куда-то сквозь стены.

Неожиданно один из мужчин как будто стряхивает морок и обращается громко непонятно к кому:

– А в Америке все быстро обещают сделать, написали, что за две недели. Плати 250 косарей – и велкам!

В дальнем углу оживляется немолодой человек:

– Зеленых?

– Ну не деревянных же! И деньги не им отдавать, а в банковскую ячейку, чтобы в случае неудачи родные забрали.

На некоторое время в холле опять тишина.

– А здесь вообще платить не надо! Ничего! – немного даже как будто обиженно произносит первый мужчина.

«Правмир» участвует во Всероссийском проекте «Быть отцом!», инициированном Фондом Андрея Первозванного, интернет-журналом «Батя» и издательством «Никея». Ведущие курса «Портрет» – журналисты Дмитрий Соколов-Митрич и Марина Ахмедова.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Мама ребенка-инвалида запустила флешмоб, чтобы изменить отношение к своему сыну
Победительница международного конкурса красоты – о собственной патронажной службе, школе в Уганде и новой цели
Экономист Оксана Синявская о том, откуда берутся пенсии и почему их скоро может не стать совсем

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: