«Члены экипажа вели себя, как пассажиры» – и чем теперь живут выжившие и потерявшие родных на «Булгарии»

|
10 июля 2011 года на Волге затонул теплоход «Булгария». У кого-то погибли мама с сестрой-близнецом и близнецы-племянники, а радист, пришедший на судно по знакомству с капитаном, последним покидал тонущий корабль – как это было 7 лет назад.

Двухпалубный теплоход погрузился в воду стремительно, по подсчетам следователей, всего за три минуты. Крушение произошло во время грозы на Куйбышевском водохранилище в Татарстане в 3 километрах от берега. На борту судна, рассчитанного на 120 человек, находился 201 пассажир и член экипажа, спаслись только 79. Погибли 122 человека, в том числе 28 детей.

По данным следствия, причиной затопления «Булгарии» стало несколько факторов. В их числе негодность судна к плаванию, низкий уровень подготовки экипажа, несоблюдение правил безопасности и неисполнение своих обязанностей судовладельцем, экипажем и специалистами контролирующих органов.

Спасательная операция длилась 16 суток. Последние тела были доставлены на поверхность 25 июля.

Экипаж так и не принес извинений, но мы получили поддержку от обычных людей

Павел Кочнев, на теплоходе «Булгария» погибли его мама, тетя и двое племянников

Если бы все были живы и здоровы, мы жили бы не то чтобы лучше или хуже – просто по-другому. Нашим семьям пришлось перестраиваться под случившееся.

Моей маме и ее сестре-близнецу, моей тете, 11 июля 2011 года исполнилось бы 55 лет. На юбилей должны были приехать гости. К этой дате мы купили им в подарок путевку на речной круиз. Пригласили племянников из Самары, близнецов Никиту и Данила. Все они погибли. Это сыновья моего двоюродного брата, у них с женой потом родилась дочка, ей сейчас пять лет будет.

Слева направо Людмила Сабирова, Никита, Даниил Сабировы, Татьяна Кочнева. Фото из личного архива Павла Кочнева

10 июля мы обычно встречаемся только своей семьей. Приезжаем на кладбище, в кафе рядом с ним заказываем поминальный обед. Собираемся небольшим кругом человек 15 из Казани, из пригорода, из Самары.

У нас большая дружная семья, и мы внутри нее стараемся друг друга поддерживать. Поэтому с другими пострадавшими только в первый год общались, а дальше не чувствовали потребности. Но я понимаю, что тем людям, у кого семья маленькая, вероятно, поддержка со стороны других потерпевших нужна.

Никто из экипажа, из тех, кто подвергся уголовному преследованию, не принес нам извинений. Они не были произнесены ни в зале суда, ни отдельно. Такого не было. По результатам суда потерпевшим должны выплатить материальный ущерб до миллиона. Никто из нас не получил ни копейки.

Я считаю непосредственными виновниками крушения Инякину и старпома Хаметова (директор компании – субарендатора теплохода и главная обвиняемая по делу о крушении Светлана Инякина и первый помощник капитана Рамиль Хаметов – прим. ред.). Я в курсе, что они попали под амнистию, и считаю, что это неправильно. Инспекторы, вероятно, тоже косвенно виновны, но эти двое – основные виновные.

Павел Кочнев в суде. Фото: Александр Гавриленко / business-gazeta.ru

С осужденными и экипажем после трагедии мы не общались, кроме как в зале суда. Была попытка поговорить со старпомом, он находился под домашним арестом и приезжал на судебные заседания чуть раньше. Но когда люди пытались с ним разговаривать, причем спокойно, с его стороны не было никаких комментариев. Он не хотел говорить.

Но от простых людей, даже незнакомых, мы получили большую поддержку. В морге, где проходило опознание, было много родственников погибших. Из домов поблизости приходили люди и предлагали пойти к ним домой – отдохнуть, поспать часок, предлагали перекусить. Люди пытались чем-то помочь, писали в соцсети, очень переживали.

В Татарстане эту трагедию помнят все. Только выводы не все сделали, мне так кажется. Настороженно относились к водным перевозкам первые два года, а теперь халатность вернулась.

Я отстегнул семь плотов и последним покинул судно, но все равно чувствую вину

Ринат Габидинов, успел отработать радистом на «Булгарии» 50 дней

Со временем все забывается и успокаивается, а первые несколько лет было очень тяжело, на моих глазах столько людей погибло! Так просто это не проходит, несколько лет как будто и не жил.

Сейчас полегче стало. Я на пенсии, занимаюсь техникой, на судах давно не работаю. Я же речником никогда не был, после мореходного училища в советские годы работал в морях, был радистом. Лет 20 прошло, Островский (капитан «Булгарии» Александр Островский – прим. ред.) был другом моего родного брата, он предложил должность радиста на «Булгарии». Я и решил вспомнить былое. Вспомнил по полной программе…

На речном флоте после «Булгарии» никакого желания работать нет. Но и страха воды не появилось. В прошлом году с другом взял путевку Казань – Самара – Казань, специально, чтобы 10 июля пройти мимо того места, где «Булгария» затонула. Мы проходили это место, и я видел, что на берегу, где установлен памятник, люди собирались. Сам я не хожу на встречи, посвященные той трагедии. Думаете, приятно ощущать на себе осуждающие взгляды – как на преступника?

Ринат Габидинов. Фото: РИА Новости

Я опытный моряк, бывал на тонувших суднах. Но в тот день на «Булгарии» я был в шоке, потому что очень быстро все происходило. Я был в каюте, когда начался дождь, закрыл иллюминатор. Когда услышал дикий крик капитана «Всем на левый борт!», пробрался в радиорубку, чтобы продублировать его слова, но электричества уже не было.

Все было очень быстро, сначала я не понимал, что судно может затонуть, потому что в морях и не такие крены были, и все равно пароход как «ванька-встанька» возвращался на место.

Но я доволен хотя бы тем, что понял, что от меня требуется. Меня учили не покидать судно, пока все спасательные плоты не будут на воде. И я отстегнул семь плотов, остальные ушли под воду.

По большому счету, команды на «Булгарии» не было. Сами посмотрите, имеющих стаж работы, опыт, образование было всего семь человек, четверо из них утонули. А остальные члены экипажа вели себя как пассажиры. Кроме того, судно стремительно тонуло, и спасательные работы невозможно было организовать, даже комиссия потом это подтвердила.

Флотский закон такой – что бы ни случилось на судне, капитан всегда виноват, но нельзя только его обвинять. Один фактор никогда не приведет к такому крушению, сошлось много обстоятельств. Судно было на ходу, хотя там не работал левый дизель. Старший механик не закрыл иллюминаторы в машинном отделении. А это большой пузырь внутри судна. Если бы они были закрыты, судно еще долгое время было бы на воде и люди успели бы прийти в себя. Капитан вел судно на мель, до нее оставалось всего 40 метров. Но старший механик самовольно остановил двигатель.

Я был последним живым человеком на «Булгарии», и это подтвердило следствие. После того, как я покинул судно, оно через 20 секунд затонуло. И все же я как член экипажа чувствую вину. За судно кто отвечает? Экипаж виноват, как ни крути и ни оправдывайся. И нам не оправдаться перед людьми за происшедшее, это уже на всю жизнь. Что толку от моих извинений. Надо было выполнять обязанности, а не извиняться, когда уже поздно.

Фото: РИА Новости

Каждое утро я просыпалась и вспоминала своих преподавателей

Ольга Бравина, на «Булгарии» утонула ее преподаватель

Мне было очень жутко, когда я узнала про «Булгарию». Первое время каждое утро просыпалась и вспоминала преподавателей. Все были в шоке от случившегося.

Людмила Олеговна Буторина вела у моей группы в университете полтора года 2 предмета. Она была талантливым преподавателем, работала завкафедрой культуры и отечественной истории в Ульяновской государственной сельхозакадемии. Погибла она вместе с мужем Алексеем Игоревичем Стеценко, он был преподавателем в нашем университете. Это была настоящая интеллигентная пара, люди мудрые, интересные!

Людмила Олеговна интересно читала лекции по социальной философии. На своих занятиях она создавала дискуссии, чтобы мы могли с ней поспорить, доказывая свою точку зрения. Благодаря ее занятиям мы изучали социальную философию в проблемном методе, то есть любая тема анализировалась через различные точки зрения.

Людмила Буторина и Алексей Стеценко. Фото: ulsu.ru

Семь человек признали виновными

Пять человек по факту крушения «Булгарии» оказались на скамье подсудимых. 7 июля 2014 года им огласили приговоры.

Директор компании-субарендатора теплохода ООО «АргоРечТур» и главная обвиняемая по делу о крушении Светлана Инякина приговорена к 11 годам колонии общего режима. Суд признал ее виновной по статьям 238 («оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности») и 143 («нарушение правил охраны труда») УК РФ. Изначально гособвинение просило назначить ей 14,5 лет лишения свободы.

В 2015 году Инякина попала под амнистию в честь 70-летия Победы, и срок ее заключения был сокращен до 9,5 лет. Адвокат Константин Габелев, представлявший ее интересы в суде, заявил «Правмиру», что давно не сотрудничает с Инякиной, и отказался от комментариев. Ранее в интервью она упоминала, что у нее есть маленький сын и взрослая дочь.

Инякина не признала вину, хотя и приносила извинения потерпевшим в зале суда. Она заявляла о несправедливости судебного процесса и говорила о планах написать документальную книгу о подлинной истории крушения теплохода.

Первого помощника капитана «Булгарии» Рамиля Хаметова суд приговорил к 6,5 годам лишения свободы в колонии общего режима. Он признан виновным по статье 263 УК РФ («нарушение правил безопасности движения и эксплуатации водного транспорта»). Пока шло следствие, Хакимов был единственным из пятерых обвиняемых, кто находился не под стражей, а под подпиской о невыезде. В 2015 году он, как и Светлана Инякина, попал под амнистию. В колонии первый помощник капитана «Булгарии» проведет на два года меньше назначенного срока.

Бывшие сотрудники Казанского линейного отдела Волжского управления Госморречнадзора Ирек Тимергазеев и Владислав Семенов получили шесть и пять лет колонии общего режима соответственно. Их признали виновными по статье 285 (злоупотребление должностными полномочиями). Старший эксперт пермского участка камского филиала Росречрегистра Яков Ивашов осужден на пять лет.

Светлана Инякина, Яков Ивашов, Владислав Семенов и Ирек Тимергазиев (слева направо) во время заседания суда. Фото: ИТАР-ТАСС

В день крушения мимо плотов с людьми, которым удалось спастись, прошли три судна. Сухогруз «Арбат» и буксир «Дунайский-66» не остановились, в отношении их капитанов возбуждено уголовное дело по статье 270 УК РФ (неоказание капитаном судна помощи терпящим бедствие). Капитан «Арбата» Юрий Тучин признал свою вину и был приговорен к штрафу в 130 тысяч рублей.

Капитан буксира «Дунайский-66» Александр Егоров настаивал, что любой его маневр мог больше повредить утопающим, чем способствовать их спасению. Некоторые потерпевшие в суде дали показания, свидетельствующие в его пользу. И все же суд признал Егорова виновным и назначил штраф в размере 190 тысяч рублей.

Уцелевших после крушения «Булгарии» людей спас экипаж теплохода «Арабелла» во главе с капитаном Романом Лизалиным. После случившегося он был награжден ведомственной медалью МЧС «За содружество во имя спасения» и орденом Мужества. Сейчас капитан возглавляет компанию ООО «ВолгаТатСудоремонт». Кроме того, он занялся политикой и общественной деятельностью. Лизалин состоит в Центральном штабе Общероссийского народного фронта. В 2016 году был участником праймериз «Единой России» на выборы в Госдуму от Республики Татарстан.

История может повториться

А 29 июня 2018 года в Татарстане вынесен приговор капитану теплохода «Москва-130». В мае 2017 года судно, совершая рейс Ташевка – Казань, приняло на борт более 400 пассажиров. При этом, по данным Приволжской транспортной прокуратуры, его максимальная вместимость составляет не более 300 человек. На судне имелись 345 спасательных жилетов, включая 30 детских, восемь спасательных кругов и один спасательный плот на 25 человек.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Лучшие события культурной Москвы 2018-2019 по версии «Живого общения»
На следующий день после праздника Рождества Пресвятой Богородицы Православная Церковь отмечает память родителей Девы Марии -…

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: