«Что
«Все страшно запуганы: в воскресенье нельзя ни шить, ни резать, ни стирать, ни мыться», — разводит руками отец Владислав. Каждый день он отвечает на вопросы людей в Instagram и борется с суевериями. Свой блог он назвал «Скорая духовная помощь». О том, почему священник должен всех спасать и каждому объяснять, грешно ли плевать через левое плечо, отец Владислав рассказал корреспонденту «Правмира» Веронике Словохотовой.

Со священником спорят, обзывают и могут обматерить

— «Можно ли делать макияж?», «Можно ли носить леггинсы?», «Что будет с душой котика после его смерти?». Вот лишь несколько вопросов, которые вам задавали подписчики. Вроде бы они не духовные, это бытовое христианство. Почему вы уделяете им столько внимания в своем блоге?

— Ты листаешь ленту, смотришь тюленей, чьи-то завтраки и лифтолуки, а потом по хештегу тебе попадается священник. Дай почитаю. Оказывается, занятно! Подпишусь, задам вопрос. Вот котик недавно умер. Встречусь с ним в Царстве Божием или не встречусь? Простой вопрос? Простой, но важный. Если он задан, значит, он у человека болит и ему действительно это интересно. Почему я должен считать такой вопрос примитивным?

Если ты верующий, то первый вопрос, который ты себе задаешь: как мне являть свою веру? На верхушке айсберга стоит Евхаристия. Чтобы подняться до Евхаристии, надо подготовиться к ней, надо что-то почитать. Опускаемся чуть ниже. А как вообще в жизни проявлять заповедь любви к ближнему? Относись к другим так, как ты хочешь, чтобы относились к тебе. А когда ты уже пытаешься распространить веру на всю свою жизнь, возникает огромное количество обрядовых вопросов, в том числе и совершенно естественных.

Когда ищешь ответ на сложный духовный вопрос

— Какие самые популярные вопросы среди подписчиков?

— Самые популярные касаются женских дней. «Можно ли в эти дни прикладываться к святыням?» Это бессмертный вопрос. Сколько ни отвечай, все равно придут новые люди и начнут его задавать. Примерно 10%, когда говоришь «можно», отписываются как от модерниста и либерала: «Ужас-ужас, нам батюшка не разрешает даже в храм заходить, а вы такую ересь несете». Заведомо «знают» ответ и проверяют, насколько я «правильный» священник. А некоторые, наоборот, удивляются: «Да? Хорошо, будем знать».

— Ваш блог называется «Скорая духовная помощь». А ответ про леггинсы вы считаете духовной помощью?

— Для этого человека — да, потому что он думает: «Так, читаю Писание. Горе тому, кто соблазнит ближнего своего… Так, а я хожу в леггинсах. Почему? На меня оборачиваются, это тешит мое тщеславие. Но я же соблазняю. И вроде бы я и деньги потратила, и мне нравится. Так носить леггинсы или не носить?» На самом деле, вопрос духовный, просто облеченный в такую простую форму. Ведь можно было написать: «Отец Владислав, допустимо ли носить соблазнительную одежду или нет?»

«Бабкин, это вы? Мы на вас подписаны!» Священник-блогер — о хейтерах и жизни напоказ
Подробнее

А не относятся к делу вопросы, скажем, интимных отношений, о границах супружества. Нас это не касается, это ваши личные дела. Вот если ты вне брака заводишь отношения — это уже наша тема. Блудники Царство Божие не наследуют и так далее…

Все начинают с вопроса «какой ладан пососать, чтобы голова не болела». Потом смотрю — не все же от меня отписываются в первый день, многие остаются надолго, — со временем вопросы очень сильно меняются. Видно, что люди растут. Иногда раз в полгода, в год у меня случается очередной экзистенциальный кризис, и я спрашиваю: «А чем вам мой аккаунт пригодился?» И человек 500 пишут: кто-то первый раз причастился, исповедовался, кто-то перестал священников бояться.

— А почему люди вместо того, чтобы искать ответы в родном храме, пишут далекому священнику в Instagram? 

— Потому что боятся. Я иногда шучу: «А мы не кусаемся. Приходите». И в этом одна из главных особенностей. Любой священник работает на свой приход, он зовет к себе. Ни один не скажет: «Друзья мои, на следующую службу сходите в другой храм: там хороший батюшка, он проповеди еще лучше говорит, там и хор лучше поет, и фрески красивее». А мы, священнослужители, которые ведут свои блоги, как раз и отправляем людей на другие приходы. Я надеюсь, что все мои подписчики станут прихожанами реальных храмов — кто-то в Хабаровске, кто-то в Краснодаре, кто-то в Москве.

Блог отца Владислава называется «Скорая духовная помощь»

Вообще не люблю словосочетание «священник-блогер». Блогер живет блогерством, это профессия, а я священник, моя главная задача — совершать богослужения, молиться, а уже потом просвещать людей. Это моя священническая миссия, которая не мыслится мною как что-то отличное от священства. Не говорят же «священник-певец», «священник-кадиломахатель», «священник-жрец», «священник-жертвособиратель». Нет, это все функции священства.

Блогерство — естественное состояние священника-проповедника, а проповедовать должен каждый. Для меня это колоссальный труд, я вообще не болтун.

— Сказал человек, который ведет прямые эфиры каждый день.

— Да потому и веду, чтобы научиться в конце концов говорить. Я стеснительный, робкий, многие вещи забываю сразу, как только прочитал. А знать и помнить надо много. Но когда ты прочитал 40 раз и сказал об этом 400 раз, хочешь не хочешь запомнишь и будешь спокойно говорить на большую аудиторию без страха. Первый эфир я проводил зимой, в комнате было нараспашку открыто окно, с меня пот лился ручьем.

— Представьте свой реальный приход. Вы сидите во главе стола в трапезной и говорите: «Братья и сестры, задавайте свои вопросы!» И прихожане начинают про леггинсы и котиков. Возможно такое? Чего не спросит у вас человек при личном общении, но спросит онлайн?

— Лично не спросят интимные вопросы и слишком простые. Хотя те, что задают, оказываются еще проще, чем им кажется. Но никогда никому ты не будешь люб.

В храме ты говоришь проповедь, тебя слушают 100 человек с открытыми ртами и не возражают. А в соцсетях ты наконец-то встречаешься с настоящими людьми.

Тебе противоречат, с тобой спорят, тебя обзывают, тебя ругают, могут спокойно обматерить. «Все, отписываюсь!» — обязательно нужно дать последнюю пощечину, отписаться, сообщить об этом и еще заблокировать.

Люди ведут со священниками полемику, которую не позволяют себе на приходе. Поэтому неверно, когда говорят, что присутствие священника в соцсетях — это ярмарка тщеславия. Могу включить прямой эфир — и вы посмотрите, что начнется: 3 вопроса из 10 нужно будет бегом удалять.

Отец Владислав думает, о чем сегодня написать пост

Хочешь расшевелить детей — говори о загробной жизни

— Почему священник должен вот так всех «спасать» и каждому объяснять, грешно ли плевать через левое плечо? У него что, других дел нет?

— Господь всех спас уже. Наша задача — рассказать об этом, потому что не все знают. А если спас — жить хорошо и здорово, об этом тоже нужно сказать, потому что многие думают: «Раз ты православный христианин, то надо ходить мрачным и ждать жизни будущего века».

Старец Ефрем Ватопедский: Мы должны распространять духовный опыт через Интернет сейчас, потому что может настать время, когда это будет невозможно
Подробнее

Считаю, что моя главная миссия в интернете — разрушать околоцерковное мифотворчество. Когда ты убираешь всю мишуру, оказывается, что христианство не такое мрачное и тяжелое.

Все же страшно запуганы: в воскресенье нельзя ни шить, ни резать, ни стирать, ни мыться, особенно после помазания или соборования, или еще чего-нибудь. С этим надо бороться.

Ну а потом, хорошо, мы все убрали, это не христианство. А что же тогда христианство? Люди садятся и думают. И ты говоришь им о Причастии, ведь христианства нет без Причастия. Бог нам оставил не книгу, а Себя в этом Таинстве. И если ты не причащаешься, тебе надо до этого дорасти.

В христианстве нет запретов, есть духовные дорожные знаки, которые показывают тебе, где приостановиться, где повернуть, где нельзя парковаться, где надо скорость увеличить, а где уменьшить. Они помогают не просто выжить, они помогают стать счастливым.

Отец Владислав

— Хорошо, я еще могу понять, почему вопросы вроде «откуда взялось зло» и «какие молитвы читать перед выходом из дома» адресованы священнику. Но вас спрашивают: как дела, каков период полураспада радия, что делать с назойливой подругой и как вы относитесь к «Гарри Поттеру». Зачем вам тратить время на это?

— На все простецкие вопросы интересно отвечать, потому что это возможность пошутить в законных пределах. Ну как же не разбавлять блог юмором? Даже на Рождественских чтениях в секции про ведение блогов храмов, епархий и своих личных говорили, что на странице должно быть около 30% юмора. Я и по жизни человек веселый, для меня это естественно, а такими поводами пользуюсь с большим удовольствием, чтобы немножко разбавить и смягчить обстановку.

Протоиерей Дмитрий Климов: Батюшка-блогер как экзотика
Подробнее

Много комментариев потом бывает на такие посты: «Батюшка, вот с утра взгрустнулось, лежу в больнице, решила открыть ленту. Попала на ваши посты — и как-то легче стало, спокойней». Вот я очень люблю утешать людей, чувствую себя на седьмом небе. Мне от этого хорошо самому. А под этот шумок я даю уже серьезные знания. Поэтому у меня будет три ответа совсем шуточных про леггинсы и про подруг, а семь — с мощными ссылками на Священное Писание, каноны и апостольские правила. Так что вхожу в дом с улыбкой и с чемоданом богословских знаний.

— Утешьте меня. А вы сами все серии «Гарри Поттера» смотрели?

— Смотрел все, книгу читал только до четвертой части и понял, что это уже не детская сказка, а микс Стивена Кинга с популярным подростковым сериалом. Не очень приятная мистика, и она совсем не для детей. Но ведь это и объяснимо: книги взрослели вместе с читателями.

А вообще, книга о дружбе, о верности. Гарри Поттер крещен, у него есть крестный отец Сириус Блэк, они там отмечают Рождество. Но главная идея в том, что материнская любовь может преодолеть зло даже самого высшего порядка. Поэтому не могу сказать, что поттериана плоха, но она становится мрачнее и мрачнее с каждым томом.

— Вы ведь еще и в школах выступаете. О чем интересно детям узнать у священника?

— Батюшка, а у вас цепь золотая? А почему у вас одежда такая странная? А у вас жена есть? У вас есть телефон? И Instagram есть?! А если говорю, что есть и TikTok, то аудитория повержена — и можно говорить все что угодно. Заметил, что их волнуют смерть и любовь, именно в таком порядке.

Если хочешь расшевелить класс, начинай говорить о загробной жизни. И тогда все слушают с интересом и задают сотни вопросов: про рай, ад, бабушек-дедушек, собак, вечные муки.

И самое сложное, что ты порой не знаешь, как это донести. А ведь если ты не можешь объяснить ребенку какую-то тему, значит, ты сам ее не понял. Как раз когда Instagram еще не было, я старался проводить по 4–5 уроков в день. Мне плохо было, когда я не говорю. Все по школам бродил и опыт приобретал, пусть это очень тяжело. Но если хочешь, чтобы через три года было легко общаться с детьми, набивай шишки.

— Встретила у вас мем про растерянного Винни-Пуха, который разводит лапами и не знает, как ответить на сложный духовный вопрос. Но что-то нигде у вас не видела ответов «не знаю».

— Есть они, конечно же, но чаще всего они звучат в личных сообщениях, потому что люди задают туда что-то сокровенное. И здесь я тоже, как Винни-Пух, развожу руками. Вопросы конкретные: как быть, куда поступать, как сохранить семью… Я ведь должен послушать вас, мужа, в глаза вам посмотреть. В основном хотят совета или легализации принятого решения, это иногда уже видно в тексте. Человек собирается разводиться и спрашивает, что делать. Если подтверждаю: «Спасибо, батюшка, да вы настоящий старец!» А когда говоришь противоположное: «А, ладно, пойду у другого спрошу».

Таких вопросов больше всего, и тогда говорю честно, что не знаю. Часто спрашиваю, а есть ли возможность поговорить со священником вживую, и отправляю в ближайший храм. Надо действительно послушать человека хотя бы час, чтобы чуть-чуть понять, о чем идет речь. За это время он и сам поймет, чего хочет, ему надо выговориться.

Каждый день отцу Владиславу приходит около 500 вопросов

 

Когда священник «ответит за базар»

— Самая популярная «печатная» рубрика у вас в блоге называется «Береговой ответит», и в комментариях вы как-то пошутили, что «ответит за базар». Расскажите историю, когда пришлось «отвечать за базар» и было действительно страшно?

— В этом контексте не было таких историй. Но я убежден, что у каждого священника есть свое маленькое духовное кладбище. Потому что, когда ты берешь на себя функцию оракула, даешь кому-то советы с точки зрения носителя истины в последней инстанции, ты можешь ошибиться — и человек совершит неправильный поступок. Более того, тебя могут неправильно понять.

С этим я сталкиваюсь постоянно. Один из самых частых моих комментариев: «Не читайте между строк». Я ответил то, что я ответил. Не надо за меня домысливать. Иногда потом признаются: «Да, извините, обобщил. Спасибо, мир-любовь-жвачка». А тот, кто не написал, может поступить неправильно.

«Batushka ответит»: Сейчас я бы снял ролик про деньги священников по-другому
Подробнее

— И на ком ответственность?

— На мне, конечно. Даже за то, что он не так меня понял. Значит, я не сумел донести. Не зря же святые отцы говорили, что немногие священники спасаются. Вот в том числе и по этой причине. У меня долго стоял статус «о православии простым языком». Я говорю в принципе понятно, потому что сам не зубрила и сложный текст не запоминаю, а доступным языком объяснить могу.

Такого, чтобы человек возмущался, что я ему жизнь испортил, не было. Сразу говорю: обсуждать вопросы семейного характера или приходите лично, или звоните, или вообще встречайтесь с психологом. Ну а что я могу сказать? Муж скандалит — читайте 118-й псалом.

— В этом месте кто-то обязательно спросит: «А что, правда помогает?»

— Нет, он просто самый долгий. И пока вы будете его читать, за это время забудете, в чем конфликт. Самое смешное, не все понимают, что священник может говорить с иронией. Ну и все: батюшка сказал — что Бог повелел. И кто-то правда читает, притом в магическом духе. Обычно как думают: «Сейчас прочитаю этот текст, не изменяя ни одной буквы, и в небесной канцелярии сразу запустится маховик». Как будто молитва должна прижать Бога к стенке, и Он выполнит твое желание, даже если этого не хочет.

И вот человек читает 118-й псалом. «Ой, хорошо. Ага… ага… ого!» (Перелистывает воображаемые страницы, поднимая бровь.) А он же огромный, это целая кафизма. Так умиляет иногда. Постоянные подписчики уже понимают, в чем суть, и сами отвечают. Так что негативных случаев не помню. В основном пишут: «Батюшка, вы помолились — и у меня температура упала на 4 градуса». Серьезно.

— А в каких ситуациях ваши советы действительно помогали?

— Их очень много. Люди пишут и в личку: «Мы благодаря вам пришли к вере». Или: «Муж слушал краем уха вас два года и наконец-то решил прийти в храм». «Ребенок хорошо засыпает под ваши эфиры». В общем, никто еще не жаловался, и это радует. Ты видишь, что это нужно. Вот и сложился пазл. Я хочу быть нужным, а в Мосальске людей мало, но зато их много в соцсетях! Ты с ними заговорил, ты их утешил, они перестали нервничать и стали сами принимать нормальные решения.

Я могу помолиться за человека, но чудес не творю. Господь творит, когда человек в состоянии Его услышать.

Надо просто утешить человека, пожалеть его. Знаю истории подписчиц, которые были в очень непростых отношениях с мужьями, каждую неделю долбили «ухожу-ухожу», а я утешал и уговаривал их остаться. И года через два пишут: «Как хорошо, что семью сохранили!» Браков приходится много спасать, тяжело только подобрать правильные слова, видя одно сообщение и думая: «А что же за ним стоит?»

Отец Владислав

Треб нет, а миссионерский зуд — всегда

— Сколько времени тратите на все, если каждый вечер ведете эфиры, разбираете сообщения?

— На все уходит часов по 8–9, если еще и записки читать. Я есть во всех сетях, потому что живу в провинции. В больших городских храмах священник бежит на послушание, на требы, которых тьма-тьмущая. А у нас в Мосальске 3 тысячи человек, на воскресной литургии бывает максимум 20–30 прихожан. За эти два года было два венчания, треб нет в принципе как явления. Священник не занят.

Да, я еще возглавляю пять епархиальных отделов, но времени на всю эту миссионерскую деятельность в интернете у меня много. Миссионерский зуд был всегда. Возможность говорить на огромную аудиторию — как раз реализация смысла моей жизни.

Я потратил 2 года на православно-педагогические курсы, 3 года — на катехизаторские при Киево-Печерской лавре. Затем 4 года провел в филиале Свято-Тихоновского университета, потом пришлось переводиться в Москву еще на 5 лет. Я гору времени учился и куда теперь это все? Кому? Себе? Я учился, чтобы людей к вере приводить. И такой был у меня экзистенциальный кризис: когда у тебя много чего есть, но ты не можешь нигде это применить. Начал по школам ходить, организовывать миссионерскую деятельность у нас в храме, но все равно там было 5–7 человек, а мне как официальному преподавателю теологии хотелось большего.

— Но изначально вы ведь заводили Instagram не для общения с прихожанами. Я пролистала все 3750 публикаций и…

— Да ладно? А я смотрю — у вас такой взгляд, как будто в жизни уже ничего не хочется. Жму вашу руку!

— В общем, я увидела, что сначала вы просто постили видео о том, как чистите яблоки, насаживая их на шуруповерт, и фотографии игрушечных мышей, которых делали вместе с сыном. Что произошло?

— Нет, на самом деле для прихожан. Можно сделать аккаунт чисто миссионерский и выкладывать умные важные вещи о Вселенских соборах и толкование Священного Писания, но за крупными проектами не будет видно личности. Всю информацию несложно найти в интернете, а личность воспитывает личность. Только так.

Если ты хочешь привести человека к вере, ему не нужно Православной энциклопедии. У нас уже издали 60 томов. Станете вы их читать? Никогда, если вы не специалист. Или же прочтете, будете знать основы веры, как правильно перекреститься или кто такой Дионисий Ареопагит. Но так вы не увидите верующего человека с горящими глазами, который на понятном вам языке объясняет то, что вам интересно. Нужны священники, которые лично будут вам об этом говорить.

Да, на приходах есть воскресные школы, катехизаторы, но с кем мы общаемся? С теми, кто уже поверил и приходит в храм. А как прийти тем, кто крещен, но относится к вере формально с огромным количеством суеверий. Вот и нужно наведаться к нему домой. Мама уже детей накормила, уложила, мужу лысинку поцеловала. «Чем заняться? Залезу в интернет. О, священник что-то говорит…» И ты не тащишь ее в воскресную школу в ее законный выходной в два часа дня, так намного удобнее.

— Значит, ваши фото мосальских котиков и видео про шуруповерт помогают нести христианство в массы.

— Отличная фраза! Да, потому что так люди видят, что священника не надо бояться. В Писании говорится: «Идите, научите все народы, крестя во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я заповедовал вам». «Идите» — предполагается поиск площадок.

Если бы интернет был во времена апостола Павла, то он точно бы имел множество аккаунтов в соцсетях.

«Научить и крестить» — сегодня у нас приходится учить тех, кто уже крещен.

А еще в Писании есть замечательная мысль: тот, кто человека отвратит от греха, тот и душу спасет не только его, но и свою. Так что миссионерство для меня — это лазейка в Царство Божие. Кто-то на камне молится, а кто-то говорит о Боге как можно большему количеству людей. Ну и личность имеет значение. Нужно показать, что священник такой же человек, что у него семья, дети, он живой.

— Да, и светится.

— Иногда светится, особенно если приходишь на телеканал «Спас» и фотографируешься под правильным ракурсом. Там есть такой круглый светильник, иногда выглядит как нимб.

Отец Владислав изучает духовную литературу

Самый странный вопрос

— Вас спрашивают, как утилизировать разбитую чашку с изображением храма. Рекомендуете «прикапывать на огороде». А почему не пишете, что не стоит эти чашки и ложки с храмами покупать? Можно ведь на вопрос ответить так, что человек задумается.

— Ну а что я еще могу сказать? Ругать не буду. После боя руками не машут. Ты чашку уже купил. Я категорически против всех этих стаканов, чашек и других предметов быта с такими изображениями, потому что это странно. Ну тарелка со Спасителем. Поешь с нее? Нет. На стенку повесить помолиться перед ней? Тоже нет. Во всех эфирах, когда меня про это спрашивают, я всегда проговариваю: «Друзья, едете в монастырь, не покупайте таких сувениров». А вообще рекомендую завести коробку для всяких старых крестиков и других несжигаемых святынь, которые не знаешь, куда деть.

— Почему вы не рекомендуете приходить в храм со своими свечами? Человек поехал в святое место, там купил свечи, приехал, поставил в родном храме у образа, чем плохо?

— Дома — пожалуйста. Мы прекрасно понимаем, что у свечей был и есть и утилитарный смысл, и духовный. Раньше они были нужны для освещения, храмы строились практически без окон. Огонь всегда был символом Святого Духа, твоей молитвы. Теперь на первый план вышел еще один смысл. Свечи — это твоя денежная помощь храму. Да, ты можешь купить где-нибудь, допустим, даже на епархиальном складе килограмм по цене трех свечей, но в этом не будет твоей жертвы Богу.

Ты можешь завести улей, построить свечной заводик и прийти со своими свечами — мы тебя обнимем и скажем: «Молодец. Герой». Ты можешь вообще ничего не покупать, положить в ящик 50 рублей и молиться без свечей.

Свеча — это не антенна, которая усилит твою молитву. А ведь все почти так и думают: пока свечку не поставишь, Бог твою молитву не услышит.

И дальше миллион суеверий начинается. Ах, дымит. Ах, упала. Переставили в другое место! Убрали раньше!

— Иногда люди спрашивают у вас очевидные вещи. Например, что такое «оправдания» в молитве. Почему вы их не отправите на какой-нибудь авторитетный православный портал?

— Это грубо. Человек пришел и спрашивает у меня, значит, он доверяет не Google, а мне. Человеку хочется личный контакт, чтобы ему ответил священник, и он будет это помнить всю жизнь. В некоторых случаях я отсылаю к интернету, но редко — когда общаюсь с людьми довольно долго и вижу, что они садятся на голову.

— Самый странный вопрос, который к вам прилетал. 

— Как следует причащаться космонавтам, это самый шикарный. Он интересный, кстати, я даже сам задумался. Вот человек три месяца в космосе… Можно Святыми Дарами запастись, конечно… (За соседним столом незнакомая женщина начинает смеяться в голос.) Ну вот, видите, человек понял, что наш разговор зашел в тупик (смеется сам).

Обсуждаем с отцом Владиславом, как причащаться космонавтам

Смотрите, в древней Церкви давали причастие домой. Потом, поскольку начались магические действия и кощунства, это запретили и стали давать только в храме. Почему бы не вспомнить древнюю практику и не благословить космонавта, дать ему частицы? Но, понимаете, если я об этом напишу, то мне из епархии позвонят и скажут: «Отец Владислав, вы там в себе?» Это очень хороший богословский вопрос, и православные должны были об этом задуматься.

Секрет успешного блога

— Сейчас будут вопросы про деньги.

— Да, я понял. Культурные журналисты их всегда под конец оставляют.

— Вы сегодня приехали прочитать записки у мощей Матроны Московской. У вас в одном из постов, как раз в связи с этой поездкой, написано: «Если кто может сотворить милостыньку на бензинчик и общую свечу, присылайте». Зачем используете уменьшительно-ласкательные суффиксы?

— Ну я же милый. Я люблю вот это все (широко улыбается). Бензинчик, цветочки. Между прочим, слово «милостынька» восходит к благословению матушки Сепфоры, это ее лайфхак. Она так заповедовала: «Просишь на храм — проси милостыньку». Вот знаете, есть теща, а есть тещенька. Есть милостыня, а есть милостынька. Мне самому нравится. Знаю, что с точки зрения филологии это признак дурного вкуса и что использовать эти суффиксы — беда-беда. Ну уж примите как есть.

— Как ваше материальное положение изменилось с тех пор, как вы завели Instagram?

— Instagram позволяет содержать семью, восстанавливать с нуля в Мосальске Борисоглебский храм XVIII века, от которого остались просто кирпичные стены с неприличными надписями. Содержать Никольский собор, где я настоятельствую с октября. Осуществлять огромное количество социальных проектов. Я возглавляю комиссию Песоченской епархии по вопросам семьи, защиты материнства и детства, поэтому постоянно собираю деньги для многодетных: кому-то срочно на операцию, кому-то на канцелярские товары к 1 сентября, кому-то на инвалидную коляску. У кого-то дом сгорел, храм, кому-то нужен ремонт.

Я перевожу эти деньги через соцотдел Калужской митрополии, все четко подсчитывается. В этом году мы выделили нуждающимся 1,5 миллиона. И это только на соцпроекты. Никольскому собору собрали на акустику 250 тысяч, на церковную утварь — еще 200 тысяч. На восстановительные работы Борисоглебского храма в течение года — около миллиона.

— Вас хейтили за то, что у вас есть дорогой велосипед. Люди считают, что чем священник беднее, тем он духовнее. А идеальный священник — он какой?

— Наверное, как я. Красивый, духовный, молитвенный. И большой! Мое тело плотно обтягивает мою большую душу. Но это все из-за сладкого.

На самом деле священник должен быть живым: не играть роль, а быть таким, какой он есть, борясь со всеми пороками, с которыми борется любой человек.

У меня, допустим, празднословие — учитывая, что мы с вами беседуем уже третий час. Он должен любить Бога и людей, потому что в послании Иоанна говорится: «Если кто скажет: я люблю Бога, а брата своего ненавидит, он лжец, ибо не любящий брата своего, которого он видел, не может любить Бога». Беда для священника, когда не хватает любви. Не будет любви, не будет священника — он выгорит, сломается и снимет сан.

— Вот зайдет к вам на страницу человек, посмотрит, что у вас в вечных сториз где-то тысячи две ответов, и подумает: «А не сам ли отец Владислав пишет себе половину этих вопросов?»

— Ну вы же видите, как много их с ошибками (смеется). Нет, как-то не пригождалось. А хорошая мысль, между прочим. Обычно вставляю в сториз эту форму: лента позволяет выложить не более 100 вопросов, а пишут 400–500. В любом случае из них я выберу те, на которые ответить приятнее и спокойнее. Вижу некоторых священников, которые пишут в ответах здоровенные тексты, но у них и вопросов меньше, около 20–30.

— У вас в профиле есть картинка, где на айфоне высвечивается вызов от абонента по имени Бог. Если бы у вас раздался такой звонок, то по какому поводу?

— Обычно, когда звонит начальство, ты, скорее всего, накосячил, или у тебя планерка, или командировка. Я бы, конечно, напрягся и был бы готов что-нибудь выслушать. Может быть, уже перейти в мир иной. На самом деле, я уже пару раз готовился за эти несколько лет — то авария, то болезнь, то операция. И периодически приходится помнить о грядущей смерти, приводить дела в порядок и думать: «А что я с собой заберу?» Подписчиков не заберешь, храмы не заберешь, детьми не похвалишься. Какой ты есть, такой и будешь.

Каждый день надо жить, не забывая о том, что он может стать последним, и радоваться моменту. Не сокрушаться о том, что было вчера, и не терзаться тем, что случится завтра, а брать все то лучшее, что с переизбытком дается сейчас. Ну и не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, и ответить на все вопросы подписчиков.

— Секрет успешного Instagram от отца Владислава Берегового.

— Харизма и смирение. Все. Если не будет их, ничего не получится. Не будет харизмы — ты не будешь никому интересен, не будет смирения — ты вознесешься и придется тяжело падать.

— Про харизму понятно. А смирение у вас есть?

— Это можно понять только на практике. Дайте мне в лоб, сейчас узнаем.

Фото: Людмила Заботина

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.