День вековечной славы

|
Московская земля в веках пропиталась кровью, но столь яростного сражения и она не знала. Столкнулись две сильнейшие армии мира. Русские знали: позади Москва.
День вековечной славы
Спасо-Бородинский монастырь

Бородинская годовщина

Для современников этот день оставался незабываемым: 26 сентября. После перехода на новый стиль августовская битва превратилась в сентябрьскую – и дата переместилась на седьмой день осени. А в официальном реестре дней ратной славы Отечества День Бородинского сражения Русской армии под командованием М.И. Кутузова с французской армией (1812 г.) отмечается 8 сентября. Путаница со стилями вечно мешает нам сосредоточиться…

В истории России есть слова-позывные, волшебные слова, которые не только окрыляют, но и держат связь поколений. Тут речь не только о земном, не только о наших отцах и дедах, но и о поколениях давно ушедших, но незабвенных. Бородино! Россия привыкла к победам – а под Москвой победить Наполеона не удалось. И всё-таки мы вспоминаем то сражение не только с горечью, но и с гордостью. Не случайно бородинское сражение так ярко проявилось у Дениса Давыдова, у Лермонтова, у Льва Толстого, в кинофильмах Петрова и Бондарчука.

Московская земля в веках пропиталась кровью, но столь яростного сражения и она не знала. Столкнулись две сильнейшие армии мира. Русские знали: позади Москва. Всех (кроме самых проницательных и хитрых стратегов) объединяла решимость не пустить врага, костьми лечь на его пути. У Великой армии Наполеона мотивация была сложнее, противоречивее. Тут и давний, ожесточённый «спор славян»: поляки прибыли под Москву, чтобы отомстить. И холодный расчёт немцев, которые понимали: чтобы спокойно перезимовать до 1813-го года – нужно обезглавить русских, нужно, чтобы их армия не способна была огрызаться. Ну, а французы чувствовали себя хозяевами мира.

Победителями считали себя обе стороны: Наполеон получил тактическое преимущество и вскоре занял Белокаменную. Кутузов говорил о стратегической победе, которая станет очевидной только через несколько месяцев. Обе армии значительно ослабли после генерального сражения. Требовалась пауза в военных действиях.

Москву отдали Наполеону – это решение Кутузова и его генералов и сегодня не выглядит бесспорным. Первопрестольную столицу отдали на разграбление, а московские святыни – на поругание. Но главнокомандующий был убеждён, что второго генерального сражения в сентябре наша армия не выдержит. Отступили, чтобы вернее победить – эту истину нужно было осмыслить, осенью 1812-го всё воспринималось трагичнее. После невиданного боевого накала – отступление, партизанская война. Трудно было не впасть в отчаяние, сохранить веру.

Фёдор Николаевич Глинка – писатель, богослов, офицер, долгожитель – долго можно продолжать перечисление его воплощений – фиксировал ход сражения. И вот его лаконичный рассказ о кульминации Бородина: «Густой лес, на нашем левом крыле, стал за своих и препятствовал быстроте наступления неприятельского; но в 7 часов утра главные силы его выказались боевыми колоннами. Понятовский идет в обход на старую Смоленскую дорогу. Маршалы (Ней и Даву) атакуют со 130 орудиями. Сводные гренадерские баталионы отстаивают батареи. Граф Воронцов ранен. Генерал-лейтенант Тучков отбрасывает поляков от старой Смоленской дороги и смертельно ранен. Неприятель захватывает реданты, Коновницын отбивает их назад. Тучков 4-й убит. Князь Голицын с кирасирами врубается во французскую конницу».

Тучков Четвёртый – этот тот, к кому обращалась Марина Цветаева: «Ах, на гравюре полустертой, В один великолепный миг, Я встретила, Тучков-четвертый, Ваш нежный лик».

У генерал-поручика, инженера Алексея Тучкова было пятеро сыновей, все дослужились до генеральских чинов. Четверо участвовали в Отечественной войне 1812 года – и их пронумеровали, чтобы не путаться в реляциях и приказах. Самым младшим из них был Александр Алексеевич Тучков. Это он на Бородинском поле со знаменем в руках бросился на врага, увлекая за собой братцев-ревельцев. Было это у средней Семёновской флеши – возле укреплений, которые войска Наполеона атаковали беспрерывно семь часов. Там стеной встали войска Багратиона. Там погиб и молодой Тучков. Упал знаменем в руках, когда пушечное ядро пробило ему грудь. Солдаты бросились к раненому генералу, но его тело невозможно было вынести с поля боя. Артиллерия устроила там девятый вал – и тело Тучкова нельзя было различить среди погибших солдат и офицеров.

botodino

А. Вепхвадзе. Смертельное ранение Багартиона

На известном портрете Доу (по рисунку Варнека) на Тучкове мы видим серебряную медаль на голубой ленте. Это медаль «В память Отечественной войны 1812 года», император Александр учредил её в феврале 1813-го. Медаль уравнивала всех строевых участников войны – генералы и солдаты носили её с особым достоинством. Тучков не мог её получить. Но художник не сомневался, что генерал, героически павший на Бородинском поле, достоин этой награды.

Генерал А.А. Тучков

Генерал А.А. Тучков

С его судьбой связана и главная святыня Бородина – Спасо-Бородинский женский монастырь. И тут перед нами встаёт образ вдовы героя – Маргариты Михайловны Тучковой, урождённой Нарышкиной. Она, бывало, в походах делила с мужем все невзгоды армейской службы, для офицеров и солдат была сестрой милосердия. Смолоду была набожной, по тем временам – на удивление. В юности вышла замуж за бретёра Павла Ласунского. Разгульный Ласунский с презрением относился к семейным ценностям – и брак удалось расторгнуть. Встреча с молодым полковником Александром Тучковым стала для молодой женщины наградой за страдания. Впрочем, страданий ей предстояло немало.

borodino2

В 1812-м году Маргарита Михайловна похоронила сына от первого брака… Их с Тучковым общий сын Николай был тогда младенцем – и Маргарита Михайловна обходилась без кормилиц. Потому и не участвовала в походах Отечественной войны…

Зимой, когда французы двинулись на Запад, Тучкова приехала на Бородинское поле. Она искала тело супруга среди тысяч незахороненных солдат двух армий. Ей помогали монахи Можайского монастыря. Увы, поиски оказались тщетными. На месте гибели мужа Маргарита Тучкова выстроит храм Спаса Нерукотворная – в честь уцелевшей полковой иконы Ревельского полка. Того самого полка, который шёл в атаку за Тучковым на Багратионовых флешах. В храме установили гранитный крест с негасимой лампадой и плиту с именем генерала Тучкова. Через несколько лет, подростком, умирает Николай Тучков, их единственный сын. Маргарита Михайловна переселяется в сторожку при храме. Рядом с ней жили ещё несколько вдов бородинских героев. Митрополит Филарет (Дроздов) становится духовником Тучковой, он стряхнул с неё уныние, наставил на пути духовного служения. «Молитесь за усопших, но не лелейте своего горя», – таково было наставление митрополита.

borodino55

Так и возник Спасо-Бородинский монастырь – вокруг храма, вокруг возникшего там вдовьего общежития. Под именем Марии вдова генерала становится игуменьей монастыря. Не раз посещал эту обитель император Николай Первый, он помогал Спасо-Бородинскому монастырю. Когда открывали памятник на Бородинском поле – он оказал честь игуменьи, представил её всем высоким гостям: «Почтенная вдова опередила меня, поставила героям памятник несравненный!».

Игуменья Мария

Игуменья Мария

Другой памятник павшим героям сложил поэт и партизан Денис Васильевич Давыдов – в своих стихах и трактатах.

Давно примеченный казус: он был одним из владельцев Бородина, сражение состоялось на его родной земле. Но Денис Васильевич не принимал участие в той величайшей битве, хотя оружия не складывал. Давыдов с небольшим отрядом смельчаков уже действовал во французском тылу.

Через семнадцать лет после битвы он писал:

Умолкшие холмы, дол некогда кровавый!

Отдайте мне ваш день, день вековечной славы,

И шум оружия, и сечи, и борьбу!

Мой меч из рук моих упал. Мою судьбу

Попрали сильные. Счастливцы горделивы

Невольным пахарем влекут меня на нивы…

О, ринь меня на бой, ты, опытный в боях,

Ты, голосом своим рождающий в полках

Погибели врагов предчувственные клики,

Вождь гомерический, Багратион великий?

Простри мне длань свою, Раевский, мой герой!

Ермолов! я лечу – веди меня, я твой:

О, обреченный быть побед любимым сыном,

Покрой меня, покрой твоих перунов дымом!

Память о великом сражении не угасла, но боевые товарищи уходили, оставляли Давыдова:

Но где вы?.. Слушаю… Нет отзыва! С полей

Умчался брани дым, не слышен стук мечей,

И я, питомец ваш, склонясь главой у плуга,

Завидую костям соратника иль друга.

В 1839-м году, по замыслу Дениса Давыдова, генерала Багратиона перезахоронили на Бородинском поле. Князь, как и генерал Тучков, был истинным героем того сражения. Но Денис Давыдов не успел помолиться у новой могилы командира: свершив свою миссию, он умер как раз в те дни.

Пётр Багратион, Александр Тучков, Маргарита Тучкова – игуменья Мария, Денис Давыдов… Для нас все они – священные тени Бородина и подвиг их не забыт.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: