«Дети запомнят не ВПР, а первых друзей и яркие события». Учитель начальных классов Татьяна Журавлева 

«Если ребенок способен сделать сам, не нужно делать за него»

— Вы много говорите о самостоятельности детей. Что первоклассник уже должен уметь делать сам?

— В первые дни школы я смотрю не только на то, насколько ребенок готов учиться, но и на его бытовую самостоятельность. Может ли он самостоятельно подготовить к уроку учебные принадлежности, справиться со своей одеждой и обувью.

Иногда бабушки приходят и продолжают завязывать первокласснику шнурки. Но ребенок уже школьник, ему постепенно нужно учиться заботиться о себе самому. Все лучше подписывать — от линейки до кроссовок, потому что в классе 34 ребенка и вещи обязательно будут теряться.

При этом самостоятельность не означает, что взрослый должен отойти в сторону. Родитель может помочь, подсказать, посидеть рядом. Но если ребенок уже способен что-то сделать сам, не нужно делать это за него.

— Что особенно важно в первые недели школы с точки зрения психологической готовности?

— Быстро становится видно, хочет ли ребенок учиться. Он поднимает руку, расстраивается, если его не спросили, интересуется заданием, старается помогать другим. Я с первых дней использую работу в парах и группах. Например, могу дать один комплект материала на двоих. Дети начинают договариваться, помогать друг другу. Иногда они находятся примерно на одном уровне, а иногда один ученик уже что-то умеет и помогает другому.

Для меня это тоже часть обучения. Ребенок должен понять: школа — это не только учитель и учебник, здесь есть еще другие люди, с которыми нужно взаимодействовать.

Не говорите первокласснику: «Ты уже большой, делай все сам»

— Что вы чаще всего советуете родителям первоклассников?

— В первую очередь — установить режим. Первый класс — это период острой адаптации, поэтому важно вовремя ложиться, вовремя вставать, а в первом полугодии я даже рекомендую сохранять дневной сон.

Иногда родители пытаются сразу записать ребенка во все кружки и секции. Но объять необъятное невозможно. Если ребенок весь день занят, а потом еще должен сделать домашнее задание, в какой-то момент начинает страдать здоровье. А для меня здоровье важнее дополнительных занятий.

И еще я советую родителям спрашивать ребенка не только: «Что ты сегодня ел?» или «Какие оценки получил?» Важно узнать: что было интересного, что нового ты узнал, с кем играл на перемене, с кем сидишь, с кем дружишь. В начальной школе социальная жизнь не менее важна, чем учебная.

— Как правильно помогать с домашними заданиями?

— Не стоит говорить первокласснику: «Ты уже большой, делай все сам», если он только учится организовывать свою работу. Родитель может сидеть рядом, объяснять, помогать разбираться. Но делать за ребенка нельзя.

Я сразу вижу в тетради, когда взрослый вмешался слишком сильно. Иногда лучше, чтобы ребенок сделал меньше, но самостоятельно.

И никогда нельзя сравнивать его с другим ребенком. Я говорю родителям: сравнивайте сегодняшнего ребенка с ним вчерашним. Если вчера он сделал одну задачу, а сегодня две — это уже прогресс.

— Что, на ваш взгляд, ребенок должен вынести из начальной школы?

— Конечно, базовые знания. Но не только их. Я хочу, чтобы ребенок вышел из начальной школы уверенным в себе, умел работать в коллективе, дружить, не боялся пробовать новое.

Дети не запомнят ВПР. Они запомнят яркие события. Как пели на сцене, как участвовали в викторине, как вместе делали проект.

Поэтому мы придумываем разные традиции. Был, например, «День Чебурашки». Герой произведения Успенского провел с нами весь день: решал задачи и примеры, искал ошибки в тексте, обменивал «пятерки» на мандарины. Есть у нас и «цветные» дни, когда дети приходят в одежде одного цвета или в забавных головных уборах, — «Дело в шляпе».

А в конце года мы делаем классную «киноленту». Каждый ребенок рисует самые яркие события года, потом мы соединяем все «кадры» в один фильм и в начале следующего года вспоминаем эти события, вместе думаем, как сделать нашу школьную жизнь ярче.

Мне хочется, чтобы дети запомнили школу как место, где им было интересно, где у них появились друзья.

«Учу детей, что ошибаться могут все»

— Как вы работаете с детьми, которые знают ответ, но боятся поднять руку?

— Есть дети, которых я называю «молчунами». Они знают, что ответить, но боятся ошибиться. Был у меня мальчик, который только к четвертому классу начал поднимать руку и отвечать.

Я начинала с того, что ему было хорошо знакомо, — с домашней работы. Он чувствовал себя увереннее, правильно отвечал, получал поддержку. Постепенно появилось доверие и уверенность в своих силах.

Вообще считаю, что ошибка — это не приговор. Если ребенок ошибся, нужно понять почему. После диктанта я могу взять типичную ошибку и разобрать ее со всем классом, не называя того, кто ее сделал. В математике мы можем восстановить ход решения: где именно ребенок свернул не туда, какое действие пропустил, почему так получилось.

Иногда я и сама могу сказать детям: «Да, я сначала тоже так подумала». Ребенок должен понимать, что ошибаться могут и взрослые. Главное — не останавливаться на ошибке.

— Какие приемы вы используете, чтобы помочь детям раскрепоститься?

— Например, когда мы учимся декламировать стихотворение, класс превращается в маленькую сцену. Сама читаю, использую жесты, мимику, двигаюсь по «сцене», обращаюсь к детям как к зрителям. Дети сначала смотрят, потом начинают повторять.

Так ребенок постепенно понимает, что выступать не страшно.

Однажды очень тихий мальчик Гриша неожиданно вызвался выучить наизусть прозу. Я предложила ему фрагмент, спросила: «Гриш, справишься?» Он сказал, что справится. И выучил. Причем прозу, а это сложнее, чем стихотворение.

На школьной сцене он выступил так, что его заметила библиотекарь Наталья Георгиевна. Мама потом сказала, что сама не знала о такой способности сына. Для меня это очень важный момент: иногда талант ребенка просто ждет ситуации, в которой ему дадут возможность проявиться.

— Вы часто говорите об «окнах возможностей». Что это значит применительно к школе?

— Иногда появляется возможность, которую нельзя упустить. Я стараюсь, чтобы у каждого ребенка такое «окно» было.

Например, мы участвовали в городском конкурсе «Музей в чемодане», посвященном юбилею Агнии Барто. Дети приносили игрушки из дома, связанные со стихотворениями: у кого-то был мишка с оторванной лапой, у кого-то грузовик. Это был их вклад в общее дело. Мы сделали выставку, а потом дети сами проводили экскурсии для младших и старших школьников.

У нас была и неделя начальных классов, где были викторины, командные задания, творческие работы. Мы ставили спектакль «Федорино горе» на новый лад, дети сами придумывали костюмы, разучивали роли, репетировали.

У нас даже есть доска «Дети в деле», где каждый отмечает свое участие в конкурсах и мероприятиях. Причем необязательно побеждать. Можно помочь подготовить проект, принести материалы, сделать что-то для общего дела. Это создает ощущение: я тоже нужен коллективу.

«В Белгороде я просто была собой»

— На «Учителя года» вы решились не сразу. Почему?

— Директор несколько лет предлагал мне участвовать, а я все отказывалась. Думала: зачем мне это нужно? Мне комфортно в своей школе, я знаю свою работу.

В 2026-м году на свой вопрос «А зачем мне это нужно?» я получила ответ директора: «А что вы теряете?» До окончания приема заявок оставался один день, и я решила: вот оно, мое «окно возможностей». Завтра его уже не будет.

Я согласилась. Муниципальный этап прошла довольно легко, потом стала победителем регионального этапа и поехала представлять Ярославскую область.

Перед конкурсом посмотрела на участников и поняла, что среди них я одна из самых опытных. Тогда сказала себе: «Мне нельзя позориться». Хотелось провести урок, за который мне самой не будет стыдно. Но при этом я понимала: урок невозможно полностью просчитать. Можно подготовить идеальный план, а потом войти в класс и увидеть, что дети сегодня совсем другие.

— Что вы особенно запомнили в финале конкурса?

— Белгород. И детей из лицея № 9. Мы все понимали, что находимся в приграничном регионе. Было тревожно. Но когда мы встретились с детьми, это ощущение ушло. Они очень сильные, не по годам мудрые.

Я проводила урок литературного чтения в четвертом классе по рассказу Романовского «Ледовое побоище». Увидела, что для белгородских детей некоторые слова звучат совсем иначе, чем для детей из регионов, где нет такого опыта. В этих детях очень сильное чувство принадлежности к своей стране. И это, наверное, осталось у меня самым ярким впечатлением от конкурса.

— Вы использовали какие-то современные технологии, чтобы удивить жюри?

— Нет. Ничего особенного. Не было ни искусственного интеллекта, ни каких-то специальных эффектных приемов. Я просто была собой. Слушала детей, они слушали меня. Мы разговаривали, они отвечали, эмоционально реагировали на вопросы и текст.

Я видела, как другие участники используют очень интересные технологии. Например, на уроке математики можно было изучать пропорции через народный костюм. Это было здорово. Но я поняла, что моя сильная сторона — именно живое взаимодействие с детьми. Может быть благодаря этому я и вошла в двадцатку лучших участников.

«Мне нравится эта движуха»

— Что конкурс показал вам самой о вас как об учителе?

— Я поняла, что у меня еще очень много сил. После трех часов сна я могла работать, ночью готовить новую идею, утром ее представлять. И еще я поняла, что, несмотря на возраст и большой опыт, я вполне могу быть «на одной волне» вместе с молодыми педагогами. Стараюсь интересоваться тем, что они делают, учусь новым технологиям. Сейчас, например, осваиваю искусственный интеллект. Современные дети сталкиваются с ним рано, поэтому учителю нельзя совсем выпадать из этого мира.

Молодые учителя, наоборот, дают мне энергию. Иногда говорю им: «Я вашей энергией питаюсь».

Мне нравится эта движуха. Я не чувствую себя человеком, который должен уйти в сторону только потому, что стал старше.

— Что в работе учителя вам до сих пор дается трудно?

— Наверное, документация. Мне сложно писать годовой план воспитательной работы, потому что невозможно заранее расписать с сентября по май все, что произойдет с детьми.

Воспитание — это живой процесс. Сегодня ребенок пришел и рассказал что-то, завтра возникла ситуация в классе, послезавтра кому-то понадобилась поддержка. Ты не можешь все это заранее занести в таблицу.

Мне вообще сложно измерять «уровень воспитанности». Как его измерить? В цифрах? Иногда думаю: приходите, смотрите, учите, любите моих детей — и вы увидите, что они ответят вам тем же.

«Дети не лучше и не хуже. Они просто другие»

— За десять выпусков дети сильно изменились?

— Конечно. Мир меняется, и дети меняются вместе с ним. Они гораздо более технологичные. Современный ребенок осваивает гаджеты еще до того, как научится говорить. Они знают много того, чего не знали дети раньше. У них другой, постоянно меняющийся информационный мир. Но я не скажу, что они стали лучше или хуже. Они просто дети.

Учителю нужно быть с ними на одной волне, понимать, чем они живут. Но при этом не пытаться стать таким же ребенком. Ты остаешься взрослым, просто умеешь разговаривать с ними на понятном им языке.

И самое главное — любить их. Искренне с ними разговаривать. Тогда они чувствуют, что ты действительно рядом.

— Как вы решили стать учителем?

— После восьмого класса я хотела стать медицинской сестрой. А после десятого поступила в педагогическое училище, которое тогда только открылось в Ярославле. Наверное, так сложилась судьба.

Первый урок, который я провела, был почти 38 лет назад, поэтому его уже не помню. Но один из первых рабочих уроков помню хорошо. Мне было 19 лет, и однажды я пришла неподготовленной к уроку, потому что собралась на концерт.

Я честно призналась наставнику, что не готова.Тогда Лариса Михайловна сказала: «Ты учитель. Вперед и с песней». И мне пришлось за 45 минут провести урок обучения грамоте по Маршаку «Где обедал воробей?». Крутилась как могла, но урок состоялся. Наверное, именно тогда я окончательно поняла: не все будет происходить по плану. Иногда придется импровизировать и искать решение прямо на ходу.

Сейчас я не просто понимаю, что не умею делать ничего другого. Я не хочу. С каждым выпуском у учителя начальных классов как будто появляется еще одна жизнь. Это мой десятый выпуск — десятая жизнь. И с  каждой новой жизнью меняюсь и я.

На конкурсе мне подарили фразу: «Чтобы учить маленьких людей, нужно иметь огромное сердце». Я верю, что, моего сердца хватит еще и не на одну жизнь.

Фото: из личного архива Татьяны Журавлевой