«Органы опеки забрали двоих дочерей у жительницы Подольска, которой ампутировали ногу из-за онкозаболевания», – писали на прошлой неделе СМИ. После этой новости на Наталью Володину обрушился поток звонков от журналистов. На самом деле все было не совсем так, и история Натальи – о другом.

Органов опеки Наталья Володина из подмосковного Подольска действительно испугалась один раз. В 2010 году у нее уже был риск потерять ногу — несмотря на стойкую ремиссию саркомы, нога отекала, эндопротез на месте пораженного сустава всегда давал о себе знать — приходилось оперировать. А дома ждала девятимесячная дочка Вика и 76-летняя мама.

Тогда Наталья пришла в органы опеки — попросить помощи на случай, если она потребуется после ампутации, например, сходить в магазин. Но получилось иначе: опека пригрозила забрать ребенка в детдом — как женщина без ноги и с больной мамой сможет воспитывать младенца? Из опеки Наталья вышла с мыслью во что бы то ни стало сохранить ногу.

На встрече с врачами в онкоцентре им. Блохина Наталья разрыдалась — в итоге решили не ампутировать, а эндопротез заменили на спейсер. После операции Наталья принесла в опеку справку, что все хорошо, все следующие семь лет ее жизни — это борьба за ногу.

Дочки спрашивали: «Мама, а тебе ножку отрезали?»

На Каширку Наталья первый раз попала в 1993 году, когда у нее обнаружили саркому. Вместо учебы на факультете рисования, черчения и народно-прикладного искусства 17-летнюю девушку ждали девять курсов химиотерапии.

А после Наталья попросила еще один — «чтобы уж совсем убить болезнь». Тогда врачи удивились, посмеялись и сказали: «Тебе и этого хватит».

А спустя десять лет онкоцентр стал для Натальи местом работы — к тому моменту она уже была экономистом, занялась делопроизводством, но картины все равно рисовала как хобби.

Картины Натальи

В 2003 году родилась вторая дочка Настя. Наталья с мамой и двумя детьми продолжали жить в двухэтажном доме барачного типа, построенном в 1947 году, в «однушке» на втором этаже. Перил на лестницах в подъезде нет.

Наталья Володина с дочками

В очереди на переезд в новый дом Володины стоят больше пятнадцати лет. Но когда шанс получить квартиру был близко — 42-е место из нескольких сотен желающих, к Подольску присоединили несколько городов области, и мечты семьи отодвинулись на сотни мест обратно.

Отец девочек ушел в другую семью еще до рождения младшей Насти — в словах Натальи о нем не слышно какой-то обиды, через два года умерла мама. Ситуация с ногой стала прогрессировать: в роддоме Наталья подцепила инфекцию — золотистый стафилококк. Ходить стало еще сложнее, и с того момента свой автомобиль Kia — с его покупкой помогла подруга — Наталья называет «мои ноги».

Три раза в неделю она отвозила своих дочек на занятия по спортивной гимнастике и карате в школу олимпийского резерва. У старшей Вики — 1-й юношеский разряд.

Когда стало понятно, что организм перестал воспринимать антибиотики и ампутация неизбежна, Наталья начала готовить девочек. Вика и Настя помогали делать перевязки, а ближе к операции спрашивали: «Мама, а тебе ножку отрезали?»

Главная задача — научиться жить без ноги и получить протез

6 апреля «многострадальную» ногу Натальи, как она сама ее называет за двадцать перенесенных операций, ампутировали. Операция была нелегкой, вместо трех часов — пять. У Натальи до сих пор держится температура.

«Я переступила эту черту, но все еще не могу это осознать и боюсь, как все будет, когда окунусь в тот мир», — повторяет Наталья почти во всех интервью. И в этих словах затаилась ее главная задача и боль — научиться жить без ноги и получить протез.

Положенные за счет государства протезы Наталья называет «примитивными» — она знает, что многие люди не могут их носить. Чтобы полноценно работать и воспитывать детей, ей нужен работающий протез, а стоимость такого — почти три миллиона рублей. В том, что это «не только не по карману женщине, оказавшейся в трудной жизненной ситуации, но и не покроется возможной компенсацией от государства», призналась и уполномоченный по правам ребенка в Московской области Ксения Мишонова.

Наталья в больнице

Друзья и знакомые по секции карате решили помочь Наталье — создали сайт, а также сделали ролик в поддержку сбора средств. Попросили Наталью дать номер банковской карты. О множестве мошеннических схем, которые могут стоять за сборами на личные счета, Наталья узнала пару дней назад, когда ее приехал навестить давний знакомый Александр Бочаров — заместитель председателя общественной организации «Содействие больным саркомой». Но тогда и Наталья, и ее друзья ухватились за любую возможность. Сейчас они думают обратиться за помощью в фонды.

История с опекой осталась в прошлом

Вскоре за тот ролик зацепился и местный телеканал «Кварц». Журналисты пришли поздравить старшую Вику с днем рождения, заодно записали Наталью по скайпу и рассказали о необходимости приобрести хороший протез. Это было 12 апреля.

А спустя неделю популярный телеграм-канал Mash связался с Натальей и вскоре опубликовал видео, после которого в СМИ прошла новость: «В Подмосковье женщине после ампутации ноги предложили сдать дочерей в детдом», а Наталью атаковали журналисты.

В четверг 19 апреля весь день в больничной палате было непривычно шумно — Наталье звонили разные СМИ, всех интересовала история с органами опеки. И каждому Наталья объясняла, что сейчас этот вопрос не стоит, все в прошлом:

«Ситуация с опекой была у меня семь лет назад, а, судя по ролику, кажется, как будто она есть сейчас. Да, ноги у меня больше нет, но и девочки уже взрослые. Поэтому я хочу извиниться перед опекой за эту новость».

После первых новостей Наталье позвонила детский омбудсмен Ксения Мишонова. «Спросила, есть ли у меня вопросы к опеке, сказала, что никто никого забирать не собирается и мы всегда можем обратиться за помощью. В общем, никто никого не трогает», — рассказывает Наталья.

Вслед за официальными представителями опеки опровержения стали давать и СМИ — «сообщение об изъятии детей у женщины после ампутации ноги оказалось фейком».

Девочки на празднике

Наталья догадывается, что причиной такого прицельного внимания журналистов к ситуации с опекой мог стать материал в газете «Новая версия», где история Володиных рассказана в подробностях, в том числе и случай семилетней давности. Но главным вопросом тогда стала ситуация с жильем. «По количеству и темпам возведения жилья Подольск обгоняет многие подмосковные города. Дома строятся разные <…> Только нет в них почему-то места женщине-инвалиду с двумя детьми», — недоумевали журналисты. Этот вопрос так и остался нерешенным.

Надежда, что услышат и помогут

С 16 марта Наталья лежит в онкоцентре на Каширке, с Настей и Викой общается по телефону — детям до 14 лет входить в стационар запрещено — здесь слишком много боли. Все это время с девочками находится знакомая Натальи — тетя Галя. Когда-то давно Наталья помогла женщине правильно оформить документы для лечения ее сына, с тех пор Галина считает своим долгом помогать семье Володиных.

Свою историю Наталья рассказывает приглушенным голосом — соседка по палате спит.

И в конце беседы поясняет: все ее попытки сохранить ногу, а сейчас желание купить протез — это не страх перед опекой, а борьба за право «быть настоящей мамой и воспитывать детей», «вытянуть их».

Кажется, место удивления от неточной новости и беспокойства за ее последствия у Натальи заняла надежда, что ее все-таки услышат и помогут.

Надежда Прохорова

Фото из личного архива Натальи Володиной

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: