Интервью американского писателя и военного историка Альберта Акселла «Российской газете» в преддверии 70-летней годовщины подписания пакта Молотова-Риббентропа.

MolotovRibbentropStalin_220 В канун 70-летней годовщины печально известного пакта Молотова — Риббентропа с новой энергией реанимируется версия о том, что именно этот германо-советский договор о ненападении стал своего рода «выстрелом в Сараево», воспламенившим Вторую мировую. Вы считаете эту версию сколько-нибудь состоятельной?

Альберт Акселл: Нет, не считаю. Чтобы убедиться в ее несостоятельности достаточно обратиться к тем фактам, которые в ходе «холодной войны» были намеренно погребены под завалами взаимных разборок и обвинений.

Итак, годом раньше, чем СССР заключил пакт с Германией, был заключен не менее известный пакт, названный по месту его подписания Мюнхенским. Тот пакт, которым Британия и Франция преподнесли Гитлеру Чехословакию на серебряном блюдечке. Для Москвы это явилось тяжелейшим ударом. Зато гитлеровская военная машина значительно укрепилась, заполучив великолепную военную индустрию Чехии.

В августе 39-го англо-франко-советские переговоры в Москве по соглашению о совместной обороне терпят крах. Что выглядит весьма закономерно, если учесть, что и британцы, и французы, в общем-то, и не собирались его подписывать. Один из участников этой миссии Феркер в интервью признавался, что «задолго до прибытия британской миссии английское посольство в Москве получило инструкцию своего правительства, в которой указывалось, что переговоры ни в коем случае не должны окончиться успешно».

На самом-то деле, покуда велись эти переговоры, правительство Великобритании тайком обсуждало с Гитлером сделку, направленную именно против России. Тогдашний министр иностранных дел В.Молотов обозвал британских и французских переговорщиков «жуликами» и «плутами». В своей шифрованной записке советским послам в Лондоне и Париже Молотов писал:»Наши партнеры прибегают к всевозможным хитрым и бесчестным уверткам».

В период Мюнхенских переговоров замминистра иностранных дел СССР предупреждал французского посла Роберта Кулондра, что решения, принятые в Мюнхене, приведут к расчленению Польши. Кулондр моментально сообразил, что это означало: Гитлер был полон решимости вторгнуться в Польшу и Россия при этом не осталась бы просто стоять в стороне. Вторая мировая была, таким образом, уже за углом.

Сталин и его приближенные согласились на пакт с Гитлером потому, что были абсолютно уверены: Гитлер вторгнется в Польшу вне зависимости от того, будет договор с Москвой или нет. Не подпиши Советский Союз договор с Германией, мало того, что он остался бы ни с чем, ему к тому же грозила и большая опасность: Кремль ожидал, что рано или поздно Гитлер повернет против СССР. К тому же, покуда Молотов встречался с Риббентропом, в Монголии происходили крупные стычки между СССР и Японией. А Гитлер рассматривал Японию как своего близкого союзника…

РГ: Была ли у Сталина альтернатива подписанию договора с Германией? Мог ли он позволить себе пойти другим путем в ситуации, когда его страна была очевидно не готова к войне и когда западные державы были очевидно не готовы объединяться с СССР против Гитлера?

Акселл: Да, была. Сталин хотел подписать договор о взаимной помощи с Британией и Францией. Чтобы осуществить этот замысел, он пригласил в Москву возглавить эти переговоры британского министра иностранных дел лорда Галифакса. Практически каждый серьезный историк соглашается сегодня с тем, что если бы лорд Галифакс прибыл в Москву, переговоры прошли бы так гладко и с огромной долей вероятности увенчались бы успехом. Но Галифакс не приехал в Москву…

А между тем Советскому Союзу требовалось как минимум 2-3 месяца, чтобы сравняться по военной и промышленной мощи с гитлеровской Германией. Конечно, Сталин мог бы сказать что-то вроде: «Нет, мы не будем иметь дело с тем, кому не доверяем, и если мы подпишем этот пакт, то потеряем множество друзей по всему миру». Однако в силу особых обстоятельств того периода Сталин избрал путь, который, как впоследствии стало очевидно, обернулся благом для России, благом для Британии, для США и для всего мира.

Что именно выиграли при этом Россия и весь мир? Прежде всего и важнее всего то, что согласно секретным протоколам, позднее дополнившим пакт Молотова-Риббентропа, Польша делилась между этими двумя державами. А это означало, что в неизбежном столкновении с Гитлером военные действия развернулись бы на 200-300 километров дальше от советской границы. Иными словами, Советский Союз своевременно обеспечил себе буферную зону, отсрочив вторжение гитлеровских армий на свою территорию.

Мало кто из историков поминал о том, что советский народ выиграл от пакта и в другом отношении. Ведь Гитлер выполнил условия Сталина, и, прежде чем Москва подписала договор о ненападении, Берлин поставил свою подпись под экономическим соглашением с СССР. Германия предоставила Советскому Союзу двухлетний кредит на сумму в 180 млн рейхсмарок для закупки немецких товаров. За год до нападения Гитлера на СССР было достигнуто соглашение, что советские летчики и авиаконструкторы посетят не менее двухсот германских авиастроительных и военных заводов. Советской миссии в Берлине дали разрешение закупить многие новейшие модели немецких самолетов и перегнать их в Москву. Информация, которую заполучила при всех этих сделках советская сторона, оказалась бесценной. Гитлер, по свидетельству очевидцев, был в бешенстве из-за продажи самолетов. Немецкий генерал, подписавший эту самолетную сделку с СССР, опасаясь наказания, покончил с собой.

Наращивая военные мускулы и обгоняя по мощи вермахт, Советский Союз тем самым помогал США и Британии одерживать их победы над гитлеровскими армиями на фронтах Западной Европы.

РГ: Как могло, однако, случиться, что и Лондон, и Париж проявили столь вопиющую близорукость и не подписали летом 1939-го военное соглашение с Москвой? Почему Британия продолжала флиртовать с Германией даже после того, как Гитлер обозначил ее своим главным врагом и заявил, что борьба с этой страной есть вопрос жизни и смерти?

Акселл: Три причины. Первая — это подспудное желание Невилла Чемберлена развязать Гитлеру руки для продвижения на Восток, читай — на Россию. Ничто не могло бы так потешить британских и французских государственных мужей, как зрелище гитлеровской Германии в смертельной схватке с российскими большевиками. А если бы к этой схватке присоединилась еще и Япония, и все трое бились бы до полного взаимного уничтожения, ни Лондон, ни Париж не пролили бы ни единой слезы.

Второе. Крупнейшие корпорации Британии и Франции были теснейшим образом завязаны на реабилитацию военного потенциала Германии. Третье. Советский коммунизм был более неприемлем для группировки крайне правых британских парламентариев, чем идеология фашизма. Но именно эти крайне правые и спонсировали сформированную в 1933 году в Британии Группу Имперской политики. Вектором этой политики стало противостояние пакту коллективной безопасности в Европе и ненависть к России.

РГ: Но ведь не СССР был тем первым, кто пошел на союз с нацистской Германией, а Латвия и Эстония. Почему же при этом страны Балтии так яростно осуждают все последние годы Советский Союз за пакт Молотова — Риббентропа?

Акселл: Чувства простых людей в Латвии, Эстонии и Литве в то военное время понять и разделить нетрудно. Ни одна нация не потерпит быть завоеванной другой нацией. К сожалению, всем этим трем странам случилось располагаться на стратегической позиции Балтийского побережья, что предопределяло их автоматическое вовлечение в любой вооруженный конфликт между Россией и Германией. Не говоря уж о том, что в этих балтийских государствах наличествовали как антифашисты, так и антикоммунисты, собиравшиеся либо под красными знаменами, либо под свастикой.

И надо заметить, что, к примеру, Уинстон Черчилль, по свидетельству сталинского посла в Лондоне, заявлял, что не имеет особых возражений против действий СССР на балтийской территории. Черчилль заявлял также, что рад тому, что Латвию, Литву и Эстонию присоединили к СССР, а не к германскому рейху.

РГ: Западная пресса, как вы, вероятно, заметили, весьма скептически, если не сказать с раздражением, отнеслась с созданию в России Комиссии по противодействию фальсификации ее истории. Не от хорошей жизни, однако, возникло это начинание. Передергивать и перелицовывать на любой вкус российскую историю давно стало либо хорошим тоном, либо неизживаемой вредной привычкой для многих на Западе. И это по нынешним временам весьма странно, не так ли?

Акселл: Да нет, это не странно. За попыткой высмеять и принизить российскую историю и само российское общество кроется, скорее всего, инстинктивное стремление Запада скрыть свои собственные ошибки. А чтобы оные преуменьшить, требуется, понятное дело, преувеличить грехи России. Это относится прежде всего к эпохе великих ошибок Запада — к 30-м предвоенным годам. Для России это была сталинская эра. На ней поэтому особенно жестко отыгрываются. Между тем редко кто указывает на те колоссальные оплошности, которые были допущены перед войной и Британией, и Францией. Ведь именно они, подписав Договор с Советским Союзом, могли повернуть весь последующий ход истории. Не дать случиться страшному кровопролитию в Европе… Но они этот договор не подписали.

К великому сожалению, «холодная война» лишила людей на Западе возможности увидеть и понять, что произошло на самом деле во время Второй мировой войны, осознать, какие огромные жертвы положил на алтарь Победы с фашизмом Советский Союз. Сын генерала Эйзенхауэра, выдающийся видный военный историк, ветеран Второй мировой войны Джон С. Д. Эйзенхауэр, сказал после распада Советского Союза фразу, которая премного удивила миллионы американцев и европейцев. Джон сказал: «Англо-американское вторжение на северо-запад Франции в июне 44 го года было не просто поддержано, но стало в принципе возможным благодаря огромным жертвам, принесенным русскими солдатами…»

У Запада сформировалось едва ли не рефлекторного характера необходимость постоянно демонстрировать свое превосходство над Россией. Так что даже в этом новом тысячелетии отдельные политики и комментаторы время от времени обращаются к России как к потенциальному неприятелю. Подобная недальновидность не только продолжила разделять Восток и Запад, но, что еще существеннее, затмила основополагающую задачу Соединенных Штатов и других западных и азиатских демократий. Эта задача — объединиться рука об руку с Россией, чтобы покончить с наиболее серьезными опасностями, грозящими нашей цивилизации. Перефразируя Авраама Линкольна, объединившись, мы можем победить, разделившись, мы проиграем.

Помогите Правмиру
Сейчас, когда закрыто огромное количество СМИ, Правмир продолжает свою работу. Мы работаем, чтобы поддерживать людей, и чтобы знали: ВЫ НЕ ОДНИ.
18 лет Правмир работает для вас и ТОЛЬКО благодаря вам. Все наши тексты, фото и видео созданы только благодаря вашей поддержке.
Поддержите Правмир сейчас, подпишитесь на регулярное пожертвование. 50, 100, 200 рублей - чтобы Правмир продолжался. Мы остаемся. Оставайтесь с нами!
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.