Доктор
Коллегам доктор Серегин верил как себе. Именно поэтому, заболев, не перепроверял назначения. Но ошибка в диагнозе привела сорокалетнего мужчину к инвалидности. Врачи перепутали бактериальный эндокардит с мышиной лихорадкой. Кома, отек мозга, удаление селезенки… Это лишь часть того, что пришлось пережить врачу из Тулы.

«Мышиная лихорадка»

Ночью Дениса экстренно увезли в Москву. Его жена Александра мчалась из Тулы в столицу, чтобы увидеть мужа до операции. Один шанс из ста, что она пройдет хорошо. Нужно успеть сказать: «Я рядом. Иди на свет. Ты здесь нужен». А ведь только месяц назад Денис зашел к коллегам в инфекционку, чтобы спросить совета по поводу температуры.

Температура подскочила в последний день отпуска. Денис выпил таблетку, и семья Серегиных спокойно вернулась с дачи домой, но вечером градусник показал тревожные 39. Реакция на лекарства показалась Денису необычной. Точно не простуда, а что-то инфекционное, но простой антибиотик не работает. 

Денис Серегин с женой

Денис отработал первый день после отпуска в поликлинике с головной болью, и сразу после работы пошел в инфекционную больницу. К этому времени снова поднялась температура. Коллеги настояли на госпитализации. Симптомы были похожи на распространенную в Туле «мышиную лихорадку». Схема лечения была уже «обкатана».

Никто не думал, что за картиной лихорадки может прятаться редкое заболевание — бактериальный эндокардит.

Бактерии осели в тканях сердца и начали развиваться с космической скоростью. Лекарства против вирусной «мышиной лихорадки» не убили бактерии, а наоборот, спровоцировали их рост. Жена Дениса говорит, что при поступлении в больнице должны были сделать анализ на бакпосев. Но не сделали. Именно эта ошибка врачей стала фатальной для ее мужа.

— Денис по телефону говорил мне, что голова прошла, температура спала, но происходит что-то непонятное. Тромбоциты падают. Почему падают тромбоциты? Никто ответить не мог. Сначала мы не волновались. У нас принято доверять коллегам. А когда Денис впал в кому, было уже поздно бить тревогу. Нужно было действовать. Я подняла всех. Было понятно, что это не «мышиная лихорадка».

Друг Дениса, реаниматолог, услышал шумы в сердце и догадался проверить спинномозговую жидкость на наличие бактерий. В ней обнаружили гной — начался сепсис. По клинической картине получалось, что у Дениса эндокардит — редкое инфекционное заболевание. Пришлось удалить селезенку — она была вся в нарывах. Гнойная инфекция дошла до головного мозга. Сердце могло вот-вот остановиться. Нужно было срочно оперировать, но в Туле опытных кардиохирургов не было.

«Стабилен. К операции готов»

Заместитель главного врача больницы стала обзванивать столичные клиники, умоляя взять Дениса на операцию. Улыбчивого и талантливого доктора Серегина она помнила еще с тех пор, как он проходил практику в больнице. Она знала, что он-то всегда искал варианты спасти пациента, даже когда шансов уже почти нет. Наконец, в НМИЦ трансплантологии им. Шумакова согласились: «Везите!»

— Мне решили не звонить, чтобы я не нервничала. Я узнала утром и рванула в Москву. Чуть успела. Врачи на ходу сказали: «Стабилен. К операции готов. Уже увозим», — вспоминает жена Дениса. 

Операция прошла успешно. Заменили митральный клапан и вычистили инфекцию. 

Сердце и жизнь спасли, но последствия менингоэнцефалита, воспаления мозга, остались. Денис пришел в себя уже парализованным.

Мог только открывать глаза — «вегетативное состояние». Для дальнейшего лечения коллегу и пациента перевели в ГКБ им. С.С. Юдина.

— С первого дня, с первой минуты я поняла, что значит верить в пациента. Врачи ни на миг не сомневались, что Денис поправится, хотя состояние его было очень тяжелым. Они научили меня азам реабилитации. Предупредили, что даже если сразу не видно результатов, нужно просто упорно делать правильные действия и не сдаваться.

Через четыре месяца Дениса выписали: угрозы жизни и показаний к госпитализации в государственной клинике уже не было. Дальше — свободное плавание все еще больного врача по волнам российской медицины.

«Борт номер один»

Медицина — привычная среда и для Дениса, и для Александры. Родители Дениса медики. Мама терапевт, папа реаниматолог. Александра — терапевт в женской консультации. Сам Денис много лет был участковым терапевтом, а еще работал в отделениях неотложной кардиологии, ревматологии. Все бабушки были влюблены в его улыбку и старались проскочить к нему на прием с других участков. 

Доктор Серегин находил подход к каждому пациенту, добивался в анализах полной картины, терпеливо отвечал на вопросы и лишнего не прописывал. В минздраве ценили Дениса и «держали в министерском резерве». 

Доктор Серегин

После «точки невозврата» семье пришлось оказаться по другую сторону медицинской системы. Началась история «Борта номер один». Александра завела страницу в соцсетях, где рассказывала о трудностях и победах: «Вас приветствует “Борт номер один” и его бессменная стюардесса. Я не перестаю восхищаться своим мужем. Его мужеством, его целеустремленностью, волей к жизни. Каждый день он работает над собой, даже невзирая на депрессию».

Депрессия у Дениса началась, когда несколько реабилитационных центров отказались его принять: «Обслуживать себя не может, нулевой реабилитационный потенциал, паллиативный». Александра выяснила, что после менингоэнцефалита реабилитацию по ОМС оформить нельзя, а значит, выплывать нужно самим, без помощи государства.

Александра не давала ни себе, ни Денису раскисать, хотя время для семьи наступило тяжелое.

Друзья начали исчезать. Давние коллеги обсуждали вслух при Денисе его бесперспективность. Работу Александре пришлось бросить — нужно было находиться рядом с Денисом. Она искала врачей, писала письма в реабилитационные центры, клиники и фонды, но везде получала отказ или счета с невероятными суммами. 

Жена Дениса Александра

— Но у меня была цель — поднять Дениса. Конечно, злость была. Она и сейчас есть. На халатность, на жестокие слова, на равнодушие, но это не ненависть. Дело не только в медицинской системе — дело в людях. Они разные, и к своему делу относятся по-разному. К счастью, мы нашли «своих», которым не все равно. Именно они заставляют нас верить, что все получится и Деня встанет на ноги.

Реабилитация

За три года «Борт номер один» прошел большой путь, на котором встретились замечательные врачи и реабилитологи. Денис научился самостоятельно сидеть, держать баланс. Левой рукой он уверенно ест, держит чашку. Потихоньку разрабатывает правую сторону, которая раньше была неподвижной. Сам переворачивается. 

Речь вернулась не полностью. Получаются только отдельные слова, окончания фраз и напевы. Недавно Денис исполнил для логопеда Моцарта. 

Между занятиями мужчина слушает и читает любимые книги, смотрит сериалы. С Александрой обсуждает каждый этап своего лечения и препараты — он хорошо знает фармакологию. Саша задает вопросы, Денис отвечает взглядом, или старательно пытается говорить.

К счастью, сознание, профессиональная память и желание жить сохранились. Это видно по внимательным глазам и невероятно обаятельной улыбке, которая все чаще радует близких. 

Саша выучилась на нейропсихолога и активно занимается адаптивными упражнениями с мужем. Но проблема в том, что сейчас требуется комплексная работа с узкоспециализированными специалистами, чтобы позитивные изменения сложились в одну картину, а это возможно только в реабилитационном центре. Столичные центры не по карману семье, да и во многих из них до сих пор боятся брать Дениса из-за сложного анамнеза.

В прошлом году Серегины познакомились с доктором Волковой, которая организовала в Екатеринбурге свой центр реабилитации. Ирина Геннадьевна изучила историю болезни Дениса и пригласила в центр. В начале этого года Александре удалось привезти туда Дениса на один курс. 

После двух месяцев занятий Денис встал, с поддержкой, всего на несколько секунд. После возвращения домой он усердно тренировался.

Теперь доктор может подниматься несколько раз подряд и стоять не меньше сорока секунд. Руки и ноги начинают слушаться. Для новых успехов очень нужен еще один курс в центре реабилитации доктора Волковой, а возможностей оплатить его у семьи уже нет.

Несмотря на то, что Саша врач, серьезный специалист и сторонница доказательной медицины, она верит в чудеса. Не просто верит — она про них пишет книги: фантастические романы под псевдонимом Анна Семироль. Анна-Александра знает, что главный залог хорошего чуда — любовь и человеческая поддержка. Три года она пишет свой самый трудный роман не на бумаге, а в жизни. Давайте поможем им с Денисом добраться до нового поворота сюжета, где доктор Серегин сможет идти сам навстречу своим пациентам.

Фонд «Правмир» помогает взрослым и детям, нуждающимся в восстановлении нарушенных или утраченных функций после операций, травм, ДТП, несчастных случаев, инсультов и других заболеваний, пройти реабилитацию. Вы можете помочь не только разово, но и подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей.

Вы можете помочь всем подопечным БФ «Правмир» разово или подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей.