«Где же вы были раньше? Оперировать уже нельзя»

Мама Карины заболела и умерла в 36 лет. У нее осталось двое детей — девятилетняя Карина и ее брат, которому было меньше года. Малыша взяла к себе сестра мамы, а Карина осталась с отцом. Он устроил дочку в школу-интернат, а сам через некоторое время попал в тюрьму. 

Карина росла доброй и трудолюбивой. Конечно, ей было нелегко в интернате, она мечтала скорее его закончить и жить самостоятельно. После интерната она выучилась сначала на повара, потом на штукатура-маляра. Карина очень любила вязать кофточки и смешных котиков. Она общалась с отцом, который к тому времени освободился. Карина стала самостоятельной и думала, что вот-вот у нее начнется спокойная взрослая жизнь: семья, работа, отдых по вечерам и раз в год поездка на море. 

Карина до болезни с братьями и племянником

Когда в 20 лет она впервые почувствовала слабость в ногах, то сначала сильно не испугалась — ну мало ли, устала. Или авитаминоз, или простуда. Но слабость нарастала, девушка начала хромать. Карина обратилась к врачам, прошла курс лечения. В больнице ей сделали пункцию, взяли кровь на анализ, но диагноз так и не поставили.

Лучше после лечения Карине не стало. Вскоре у нее изменилась походка, а еще через некоторое время пришлось приобрести ходунки, чтобы ходить по дому — на улице она могла передвигаться уже только в инвалидной коляске. Когда через несколько месяцев состояние резко ухудшилось и девушка не смогла встать на ноги даже дома, Карина в ужасе позвонила тете Лене.

— Она сказала: «Помогите, я не могу ходить, мне очень страшно», — вспоминает Елена. — И мы срочно встретились.

«Опухоль уже слишком большая. Оперировать нельзя»

Елена поехала вместе с Кариной по врачам. Сначала в поликлинику — там девушке дали направление на лечение в Москву. Затем в центр нейрохирургии имени Бурденко. А потом все завертелось очень быстро: госпитализация, обследования, МРТ позвоночника и диагноз: «гемангиобластома спинного мозга на уровне Th10–12 позвонков». Это доброкачественная сосудистая опухоль, возникающая в центральной нервной системе. 

Врач в Бурденко посмотрел снимки МРТ и сказал тете Лене: «Где же вы были раньше? Опухоль уже слишком большая, оперировать нельзя. Карина умрет прямо на операционном столе». Оказалось, опухоль сильно разрослась и перекрыла сосуды, по которым проходит спинномозговая жидкость. 

— Что же нам делать? — спросила Елена.
— Есть только один вариант лечения — лучевая терапия, — ответил врач.

Этот доктор сделал все, чтобы спасти Карину. «К нам так хорошо отнеслись, так человечно! Карину не бросили, не отмахнулись», — говорит Елена.

Помимо терапии, врачи больницы помогли Карине устроиться в Москве. Пока будет идти лучевая терапия, девушка будет жить в квартире для пациентов и приезжать на лечение на социальном такси. Кажется, врачи продумали все.

Прогнозы, по мнению нейрохирургов, самые благоприятные. «Нам объяснили, что лучевая терапия уменьшит опухоль, она перестанет перекрывать спинномозговую жидкость, и Карина снова будет ходить!» — радостно говорит Елена.

Но остается одно «но». Пока идет лечение, девушке нужен «Бевацизумаб». Это противоопухолевый препарат, без которого лучевая терапия будет малоэффективна и трудно переносима. В больнице лекарство бесплатно не выдают, в поликлинике по месту жительства — отказ. А самостоятельно приобрести препарат Карина не может: нужны большие деньги, которых у девушки нет.

Карине нужна помощь с покупкой лекарства на первый месяц лечения. Затем тетя подаст заявление о выдаче рецепта, и есть вероятность, что Карине его выдадут. Но ждать нельзя — девушка уже в больнице, лечение нужно начинать срочно. Чтобы не потерять возможность ходить, надо остановить рост опухоли, пока не поздно.

Помогите ей. Она верит, что все еще поправимо. Ей всего 23 года. Пусть Карина поправится.