«Класс
Российским школам запретят уделять на контрольные работы более 10% учебного времени. «Правмир» поговорил с учителями о том, как на самом деле обстоят дела с проверкой знаний и почему проблема заключается не только в контрольных.

С 1 сентября 2024 года контрольные работы в российских школах не должны занимать более 10% учебного времени, заявил руководитель Рособрнадзора Анзор Музаев:

— А все остальное — это нарушение, за которое понесут наказание руководители образовательных учреждений, муниципалитеты, если они виноваты, министерства региональные. И мы все силы бросим в следующем году на то, чтобы за этой ситуацией следить.

Мониторинг Рособрнадзора показал, что сейчас в ряде школ контрольные по некоторым предметам занимают от 35 до 40% учебного времени. 

— Это, конечно, не может не раздражать и учеников, и родителей, и учителей. Почти половина нагрузки как раз идет от них [контрольных], — отметил Музаев.

«Я замучилась собирать все анализы»

Надежда (имя изменено) работает учителем русского языка и литературы в Татарстане. В ее школе количество контрольных работ было нормировано, за год по русскому языку дети писали три контрольные: входную, полугодовую и промежуточную аттестацию. Также учителя проводили все, что указано в календарно-тематическом планировании: диктанты по темам, изложения, сочинения.

— В прошлом году пришла проверка. Нас ругали за то, что у нас всего лишь три официальные контрольные работы, — рассказывает Надежда «Правмиру», — и с тех пор контрольная работа у нас каждый месяц: и по русскому языку, и по литературе, и по родному языку, и по родной литературе. 

Обсудив с коллегами формат, Надежда решила ничем дополнительно детей не нагружать. Например, если в календарно-тематическом планировании стоит сочинение или изложение, она засчитывает его за контрольную работу. Но дело осложнилось тем, что теперь по каждой такой работе нужно писать анализ.

— Так как я еще руководитель методобъединения, в конце года я замучилась собирать все эти анализы. Допустим, по всем 5-м классам только по русскому языку я сдала две огромные папки, переполненные файлами. И я уверена, что никто их смотреть не будет, — считает Надежда.

Когда Надежда работала в другом регионе, сторонние контрольные им присылали каждый месяц, и детей нужно было срочно к ним готовить. Сейчас, в Татарстане, Надежду больше тяготит не количество контрольных, а бумажная волокита после них:

— Наполняемость классов огромная, по 36 детей. Пока ты проверишь одну пачку тетрадей, уходит 2,5–3 часа минимум. А если ты ведешь параллель, то надо помножить на число классов. К концу ты устаешь и проверяешь медленнее, а проверить все равно надо. 

По закону школа сама решает, когда и как проводить контрольные работы, никто не может ей навязать что-то дополнительное, объясняет Дмитрий Казаков, председатель профсоюза «Учитель». Это право ей обеспечивает 28-я статья ФЗ «Об образовании» (ч.3., п.10).

Там, где директора разумные, есть сильные коллективы и профсоюзы, не все так страшно, они могут избавиться от лишних контрольных, проверочных и диагностик. Но, к сожалению, так бывает не во всех школах, — рассказывает Дмитрий Казаков.

«Контрольных по пальцам пересчитать»

В 2021 году Минпросвещения и Рособрнадзор выпустили методические рекомендации, согласно которым в день в классе нельзя проводить больше одной контрольной работы, а «объем времени на контрольные работы не должен превышать 10% от всего объема учебного времени на один учебный предмет в одной параллели классов».

Елена, учитель русского языка из Краснодарского края, утверждает, что контрольных стало меньше с 1 сентября 2023 года, после введения Федеральной образовательной программы. До этого по русскому языку контрольной заканчивалась каждая тема, а сейчас контрольных — «по пальцам пересчитать». 

— Так что стенания родителей о количестве контрольных работ не совсем честные. По промежуточной аттестации мы сдаем отчеты, но это вполне себе вменяемо, — говорит Елена.

Ее коллега из региона Анжелика, учитель английского, подтверждает, что сейчас на контрольные отводится не более 10% учебного времени, что разгружает и детей, и учителей. Раньше, рассказывает Анжелика, в начальных классах давали 16 контрольных в год, в пятых — 12, в остальных классах — тоже 16, в 11-м классе — 8. 

— Временной промежуток между контрольными должен был составлять не менее полутора недель. Более того, контрольные по двум и более предметам не должны были проводиться в один день. Но это невозможно. Требования приходилось нарушать, иного варианта просто не было, — вспоминает Анжелика.

Когда на контрольные отвели не более 10% времени, требования стали выполнимы и количество плохих отметок снизилось. В школе, где работает Анжелика, учителя иностранного языка иногда проводят срезовые контроли на свое усмотрение. 

По наблюдениям Николая Половинкина, учителя обществознания и истории в Мордовии, количество контрольных работ в его школе никогда не превышало норму:

— За 35 лет работы я ни разу не сталкивался с проблемой, что у нас слишком много контрольных работ. Никак они не отнимают больше 10% учебного времени. В конечном итоге можно поменять название «контрольная» на «проверочная» и ставить оценки в виде текущих. Лишь бы не пугали ВПРами, отнимающими драгоценное время урока.

ВПР и «охота на ведьм»

В своем интервью Анзор Музаев отдельно подчеркнул, что количество контрольных должно сокращаться, но не за счет ВПР. Тогда как именно ВПР, а не обычные контрольные, по выражению Елены из Краснодарского края, «отравляют жизнь» и учителям, и детям.

— Их вводили, чтобы дети и родители смогли оценить уровень знаний, этакий самоконтроль — что проработать, на что обратить внимание. А превратилось все в контроль школ и «охоту на ведьм». Нельзя показывать низкие результаты («плохо учите»), нельзя показывать высокие результаты (это еще хуже, «вы дали списать или помогли»). 

Школы боятся попасть в список ШНОР — «Школы с низкими образовательными результатами», разъясняет Дмитрий Казаков.

Например, в четвертях, полугодиях или годах у детей стоят пятерки, а ОГЭ, ЕГЭ, ВПР они пишут на тройки. 

Если результаты очень низкие или, наоборот, очень высокие — школе пришлют дополнительные проверочные работы. В итоге ни хорошо, ни плохо написать нельзя — должна быть середина, а оценки за ВПР должны примерно совпадать с оценками в четверти. 

— Это сюрреализм, — говорит Елена. — По их логике, ребенок не может учиться хуже или лучше. Или просто заволноваться. Или отлично подготовиться. Их интересуют только цифры, цифры и еще раз цифры. Доходит до абсурда. Если школа попала в список ШНОР, это проверки, куча отчетов, нервы учителей и администрации. 

На некоторые задания ВПР приходится специально натаскивать. Елена выделяет на это пол-урока в неделю в первом полугодии и по уроку — во втором. В программе старается жертвовать такими темами, которые дети могут усвоить самостоятельно или на изучение которых дается три урока — а хватает одного, иногда темы получается объединить. 

— Но это моя инициатива. Кто-то идет по программе, отдавая подготовку к ВПР на откуп ученикам. Корень проблем видится в том, что люди, сидящие «там», абсолютно абстрагированы от нас, которые «внутри», — заключает Елена.

В школе Татарстана, где работает Надежда, результаты ВПР не всегда положительные. Бывает большой разбег между тем, что ставят учителя, и тем, как ребенок написал на самом деле:

— Чаще всего это слабые ученики, которым натягиваем тройки, хотя работы двоечные. Или из жалости ставишь ребенку четверку, потому что старается, а на самом деле там тройка.

Учителя русского языка и литературы — это обиженные жизнью люди, потому что с нас дерут абсолютно за все.

Сейчас ввели ВПР по литературе, и мы хватаемся за голову. Там по-любому будет уровень, который не все наши дети, к сожалению, осваивают. И ясно, что результаты будут не очень хорошие, — считает Надежда.

Промежуточная аттестация

Много проблем возникает с промежуточной аттестацией, то есть с контрольной, которую дети пишут в конце года при переходе из одного класса в другой. Как ее проводить, у каждой школы свое представление, чаще всего из этой процедуры вытекает много бумажной волокиты:

— Какой-нибудь методист соберет совещание завучей, скажет, что надо проводить аттестацию вообще по всем предметам, и все завучи будут это делать. Никому не хочется отличаться, спорить. Сказали, что даже по факультативам должна быть аттестация, значит, будет аттестация. Хотя на факультатив ходят только дети, которые сдают ЕГЭ по этому предмету, все равно в списках есть весь класс — и весь класс должен писать аттестацию, — отмечает Дмитрий Казаков.

Школа, в которой работает Надежда, обязывает учителей делать протоколы даже по тем предметам, где промежуточная аттестация предусмотрена просто в форме итоговой оценки. Поэтому учителя вынуждены перепечатывать список класса и переносить в специальную таблицу оценки за все четверти и за год:

— Это очень сильно отнимает время, особенно если у тебя четыре класса и в каждом русский язык, литература, родной язык и родная литература. Ты пишешь четыре бессмысленных протокола только на один класс. И хотя нам говорят, что бумажной волокиты стало меньше, это неправда. Ее так же много, — рассказывает Надежда.

«Работа за год идет насмарку»

В школе Надежды, как и во многих других школах, ВПР к промежуточной контрольной работе не приравнивают. 

Вместе с промежуточной аттестацией в каждом классе по каждому предмету ВПР не добавляет никому нормальной жизни. В конце года наступает полный аврал, дети и учителя бросают нормальную рефлексию — и работа за год идет насмарку, — добавляет Дмитрий Казаков. 

Все учителя, с которыми общался «Правмир», сходятся во мнении, что без контрольных работ в школе не обойтись, но внешние проверочные работы вносят хаос в учебный процесс:

— Я считаю, что в дела школы нельзя вмешиваться со стороны. Контрольные должны быть, и учитель сам знает, когда и что проводить, — заключает Казаков. 

Иллюстрации: нейросеть Midjourney

Поскольку вы здесь...
У нас есть небольшая просьба. Эту историю удалось рассказать благодаря поддержке читателей. Даже самое небольшое ежемесячное пожертвование помогает работать редакции и создавать важные материалы для людей.
Сейчас ваша помощь нужна как никогда.
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.