“Купим тебе новый портфель со стразиками” – как пробудить у ребенка желание учиться

Почему через месяц после 1 сентября ребенок ложится на пороге и саботирует школу и может ли новый пенал заставить учиться, рассказывает детский психолог Анастасия Пелячик, руководитель Центра Семейного Устройства - совместного проекта Марфо-Мариинской обители милосердия и православной службы помощи Милосердие.  

Директор говорит: «У вашего ребенка школьная дезадаптация»

Зачем ребенка готовить к школе? Неужели психологической диагностики недостаточно?

Анастасия Пелячик

– Есть такое страшное явление – школьная дезадаптация. Представьте, вызывает вас директор и говорит: «Забирайте чадо. У него школьная дезадаптация!» И стоите вы растерянный, испуганный, не знаете, что делать.

Школьная дезадаптация возникает тогда, когда ребенку в школе плохо и ходить он туда не хочет. Если ребенок послушный, он начинает страдать и болеть, саботируя посещение школы. Обмороки, головокружения, слабость, тошнота, даже температура – проявлений много. В любом случае, в школу он не идет по уважительной причине.

У моего самого одаренного и перспективного из десятерых детей, которого я сама как психолог диагностировала на психологическую готовность к школе, была дезадаптация. Ему очень не повезло с педагогом. Он попал в класс к непростому и тяжелому учителю, который транслировал свои психологические проблемы на учеников. Сын начал болеть. У него все время кружилась голова, першило в горле, он кашлял. За учебный год из восьми месяцев был в школе всего три. Но мой сын из тех детей, которые хорошо понимают «про надо».

А есть другие – дети-жизнелюбцы. У них большой запас воли, энергии, жизненных ресурсов. Такие дети не станут издеваться над своим организмом, они в школу просто не пойдут. Лягут на пороге.

Если у родителей вдоволь энтузиазма, они дотащат ребенка до школы, но жизнелюбец тогда будет срывать уроки. Именно по поводу таких детей директора обычно и говорят: «Заберите, он другим учиться не дает».

Какая задача стоит в этом случае перед родителями?

– Сделать все, чтобы до болезни или протеста дело не дошло. Помимо того, что родителям имеет смысл позаботиться о выборе педагога, которому они доверяют, или хотя бы вникнуть, кто с ребенком будет постоянно взаимодействовать, нужно сделать еще три вещи.

Выяснить, а есть ли у ребенка мотивация, развита ли произвольность, и, конечно, важно обратить внимание на уровень развития интеллекта ребенка. Потянет ли он ту программу и требования, которые будут жестко предъявлены ему 1 сентября и в течение последующих одиннадцати лет?

Новый пенал и стразики не могут быть мотивацией идти в школу

Мотивацией вы называете «хочу или не хочу идти в школу»?

– Именно, и если хочу, то ради чего? Мотивация не бывает хорошей или плохой. Она бывает адекватной или неадекватной, той, которая помогает нам что-то делать или не помогает. Ребенок может в принципе не хотеть идти в школу 1 сентября.

Почему же?

– Во-первых, потому что у него есть личный негативный опыт, если речь идет о школьниках.

Во-вторых, если негативный опыт был у других. Например, он видел, как папа хватался за ремень, мама орала, оба родителя заставляли переписывать тетради старших братьев-сестер, а те рыдали ночью над уроками от усталости. Разумеется, ребенок, которому предстоит идти в школу, скажет: «Спасибо, не надо. Я лучше дома посижу».

Наша задача, если семья многодетная, никогда не разбираться со старшим в присутствии младшего, чтобы не отбить у младших желание ходить в школу.

Не критиковать учителя, даже если «Марьиванна – дура». Не говорить о том, что в школе может быть плохо, опасно или трудно. Не показывать ситуации, когда со школой связаны какие-то неприятные эмоции.

– А если это уже произошло: уже ругали старших, уже хватались за ремень, уже плакали ночами?

– Это не конец света. У всех детей есть природное любопытство, они, естественно, хотят проверить сами, действительно ли там все так ужасно. На этом и надо сыграть. Задача – подогреть интерес, рассказывая про школу как про место, где будет происходить нечто полезное и замечательное, а не пугать реалиями.

Если ребенок хочет идти в школу, то важно, чтобы кроме неадекватной мотивации была адекватная.

Неадекватная мотивация – это ситуация, когда ребенку одиноко, не хватает общения, нет друзей и он хочет в школу, чтобы играть и общаться. Общаться там ему не дадут, ведь перемены короткие, а на уроках нельзя.

Задача родителя – организовать ребенку летом интенсивное общение со сверстниками. Помогите найти ему друзей в кружке, лагере, на даче. У ребенка должен быть опыт тусовки, чтобы школа не стала единственным местом, где он, наконец, увидит детей. Он должен за лето наиграться, наболтаться и наобщаться с ровесниками.

Неадекватной мотивацией также является внешняя мотивация: хочу в школу, потому что мне купят суперский портфель, модный пенал и бант со стразиками. Поверьте опыту: стразики отваливаются, пенал надоедает за месяц, портфель пачкается и, значит, ходить в школу становится незачем. Если школа ассоциируется у ребенка с разными предметами, которыми ребенок будет обладать, надо нащупать иную мотивацию, на которую можно опереться.

Но для многих родителей это действительно мощный аргумент: «Еще мы купим тебе портфель!» Что делать?

– Просто спросите ребенка: почему ты думаешь, что в школе хорошо? Чего больше хочешь, как себе представляешь будущий год?

Еще лучше вы поймете мотивацию ребенка через игру «директор-ученик». «Давай ты будешь директор, а я ученик, – говорите своему чаду. – Раз ты директор, то должен сделать мне расписание уроков на каждый день».

Он составит его (по собственному опыту или опыту старших детей), и если там каждый день «рисование», «музыка» и «физкультура», значит, у него нет учебно-познавательной мотивации. Значит, у вашего ребенка мотивация игровая и он ходит в школу, чтобы хорошо провести время, потому что не наигрался и не наобщался.

Любопытство – вещь врожденная

Как же понять, что мотивация адекватна и ребенку есть на что опереться?

– Адекватная мотивация – познавательная. Желание узнавать новое, любопытство – вещь врожденная. Не важно, к каким предметам есть любопытство, важно, чтобы хоть что-то было интересно. Но врожденная мотивация легко умирает в человеке. И убивают ее родители.

Что-то не верится.

– Сидит ребенок и ест песок в песочнице. Что делает родитель? Бросается песок выковыривать, мыть рот с мылом и проводить воспитательную работу.

Стоите вы у подъезда, обсуждаете с соседями повышение тарифов ЖКХ, а ребенок вынимает в это время все, что есть в мусорном ящике. Что скажете? «Да что ты делаешь?! – начнете вы возмущаться. – Посмотри, в каких туфлях и рубашке я тебя на улицу вывела, а ты поросенок… да мы в музыкальную школу шли записываться».

А если ребенок розетку вилкой ковыряет? Бросимся не только спасать, но и орать и наказывать. Или когда выясняем с мужем, куда ушел семейный бюджет, а ребенок подходит и спрашивает: «Ма, почему у вороны башка черная?» Уверяю вас, вы скажете: «Не видишь, что мы заняты? Отойди, деточка, в углу посиди тихо».

Родителям нужен спокойный ребенок, который сидит и рисует домик с солнышком, а если мы с соседкой болтаем, то стоит молча и не встревает.

А ребенок, у которого высокая познавательная активность, который проверяет мусорный бак, вкус песка, глубину луж и раскручивает розетки – такой ребенок для нас неудобный.

Ну не разрешать же розетку разбирать?

– Принцип простой. Все, что не убивает – все можно!

«Розетку раскручивать не будем, а мусорный бак, ну что делать, проверяй. Песок не очень хорошо есть, смекту потом попьем. Ладно, узнай, какой он на вкус», – вот так правильно рассуждать.

Познавательную активность важно в ребенке поощрять.

Финляндия много лет выигрывает все мировые конкурсы по лучшей подготовке детей к школе. И тут колоссальная заслуга не только учителей, но и родителей, которые очень многое детям позволяют.

На это ориентировано все: и среда и люди. Финны выводят своих детей на улицу в клеенчатых штанах на лямках и позволяют идти измерять глубину луж. Это правильно, потому что это единственная возможность освоить мир своим телом и всеми органами чувств. Никто не кинется в Финляндии бить ребенка, если он стал есть песок. Наберитесь терпения, позвольте и вы своему ребенку осваивать вселенную.

Фото: fotostrana.ru

Как до ребенка донести, что от его усилий многое зависит

А можно ли эту познавательную мотивацию поощрять и развивать кружками?

– Я – противница раннего развития. Кружки – это хорошо, потому что прекрасно развивают произвольность (учат терпеть и смиряться). Но еще чаще они убивают познавательную активность. Если у маленьких детей больше двух кружков, то это катастрофа.

Ребенок не способен к успешному участию во всех мероприятиях. Дети с родителями связаны как сообщающиеся сосуды. Чем выше у нас познавательная активность, чем больше мы пытаемся транслировать на детей информацию, впихнуть их в большее число кружков, тем меньше собственной активности у ребенка.

У активных родителей обычно пассивные и амебообразные дети. Родителям важно дозировать свое участие, потому что познавательная активность должна идти изнутри, а не снаружи.

Кроме познавательной мотивации, должна же быть еще какая-то?

– Учебная. Но она практически не встречается. Если я, взрослая женщина, не умею кататься на коньках, то, как вы думаете, я вчера тренировалась? А позавчера? Хожу ли я каждый день на лед? Подскажу сразу. Нет, я и не делаю никаких усилий, чтобы исправить эту ситуацию. В этом вопросе у меня напрочь отсутствует учебная мотивация.

Учебная мотивация – это ситуация, когда человек не умеет, не может, но делает, старается, в надежде, что станет лучше. Направлена эта мотивация может быть куда угодно. Сейчас не могу, но постараюсь и когда-нибудь смогу.

Моя младшая дочь плачет на фигурном катании, потому что больно делать растяжку, сложно прыгать. И когда я ее спрашиваю: «Ну что, больше не пойдем?» – она плачет, но отвечает: «Пойде-е-е-е-ем!»

Я не могу, но преодолеваю, делая усилие. И это касается не только спорта, но и уроков. Моя малышка, у которой не получается математика, каждый вечер говорит: «Мам, давай позанимаемся».

Готовность потрудиться, чтобы похвалили, наклеили наклейку, дали медаль, позволили выступить на конкурсе – это большая редкость!

Помните, в советских школах оценивали детей по прилежанию. Ты можешь не до конца справиться с заданием, но если я вижу, что ты постарался, я тебя поощряю. У ребенка должен быть опыт преодоления и усилия, и этот опыт тоже надо поощрять.

Нужно до ребенка донести, что от его усилий многое зависит. Объяснить, что для нас не важна формальность – баллы за тест – зато важно, как он к тесту готовился. Учебную мотивацию можно взрастить через позитивное подкрепление: наше восхищение, доброе слово, подарок, поход, свое свободное время. У ребенка должно быть на рефлекторном уровне: если делаешь хорошее, то мы тебя поощряем. Но только не увлекайтесь деньгами, чтобы это не превращалось в бартер.

Помните, на заводах раньше были доски «Мы гордимся…»? Заведите такую штуку дома. Пишите ребенку благодарственные письма, вывешивайте туда грамоты, рисунки и медали. У ребенка должно быть зримое подтверждение, что все, что он делает – не зря! Положительное подкрепление должно быть не только на слуху, но и на глазах.

Но школа – это не только «я хочу», это еще и «надо».

– Есть еще и третий вид мотивации – социальная. Это ситуация, когда ребенок хочет идти в школу, потому что знает, что у всех в мире есть дело! Все делают что-то полезное для человечества. Папа работает, мама обеспечивает порядок и уют. А у тебя какое дело?

Важно донести до ребенка, что у него есть дело: «Ты ученик! Для всей страны важно, как ты учишься здесь и сейчас. Когда через 20 лет кому-нибудь нужно будет вырезать аппендицит, а ребята, которые плохо учились в школе, не знают, где он – справа или слева, – хочешь к такому доктору? А понравится ли тебе инспектор, который не знает ПДД? А согласишься сесть в машину, которую собирал двоечник, так и не разобравшийся, как работает двигатель внутреннего сгорания? Или если загоревшуюся в твоем доме электропроводку станет тушить водой пожарный-двоечник? Тебе понравится?

Понимаешь, как важно хорошо учиться? От этого зависит будущая жизнь нас всех! Вылечит ли нас доктор, будем ли мы в безопасности, хорошие ли дома построят и самолеты соберут. Мы тобой гордимся, если ты учишься без дураков здесь и сейчас. Ты работаешь на нас всех!»

Фото: unsplash

От того, как ребенок учится в начальной школе, зависит его дальнейший путь.

Начальная школа – это не информация, не запихивание знаний, не обучение чтению и письму и тому, что Москва – столица нашей родины. Это и дома рассказать можно. В начальной школе учат учиться, добывать и обрабатывать информацию, систематизировать ее.

Именно поэтому родители должны говорить о значимости роли ученика. Именно поэтому мы дарим ребенку отдельный стол, где никто не может трогать его вещи. Его стол, его портфель, его дела. Ребенку важен статус – не только обязанности, но и права, потому что тогда он становится уважаемым членом общества. И это замечательная мотивация, которая поможет ему все 11 лет в школе делать над собой усилие и идти дальше.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: