«Мальчик стоял и ждал, пока подруга соберет его портфель». Первоклассники не умеют ничего делать сами 

«Дома нет ножниц и картона — дети не занимаются творчеством, а сидят в планшете»

Елена, учитель начальных классов:

—  Помню, как недавно я пришла работать сразу во второй класс. Многие ученики не умели пользоваться ножницами! Не знали, как правильно взять их в руки, как держать, чтобы резать бумагу или картон ровно, как скруглять углы.

Бывает, на уроке кто-то не успевает выполнить работу, и тогда я позволяю доделать ее дома и принести на следующее занятие, чтобы получить оценку. Оказалось, что у большинства детей дома нет никаких материалов для творчества! И собственных ножниц тоже нет. Многие из тех, кто не успел, возмутились — мол, как мы доделаем, если дома даже ножниц нет.

Я считаю, что это серьезная проблема: дети дома не занимаются творчеством. Не лепят, не клеят, не придумывают, не мастерят поделки из подручных материалов. Скорее всего, сидят в планшетах, в телефонах, в телевизорах, в компьютерах. Поэтому-то мелкая моторика страдает, а за ней — и бытовая жизнь. И вот уже ребенок не может попасть тетрадкой в пакет, не может красиво вырезать фигуру из бумаги, завязать шнурки.

Фото: magnific.com

Знаю, что психологи связывают сегодняшнюю ситуацию с трендом на гиперопеку, а еще с родительской тревожностью. Но мне кажется, что дело в другом. Родители не позволяют ребенку научиться что-то делать самому. На это уходит больше времени. Пока ребенок своим пальчиками все будет делать долго-долго, учиться всему, а родители раз-раз — и все быстро сделают. И пойдут дальше — домой или по делам. 

Большинство взрослых выбирают делать что-то за ребенка, потому что так получается быстрее. В итоге дети не умеют элементарных вещей.

У меня учился первоклассник, который не мог самостоятельно собирать вещи в рюкзак. В первый класс он пришел с подругой. Дети дружили с детского сада, в который ходили вместе. Девочка яркая, активная, бойкая. Именно она всегда собирала вещи другу. Он даже не пробовал самостоятельно что-то делать. Просто стоял и ждал, пока она соберет его вещи после урока. В какой-то момент мне просто пришлось запретить ей делать это, чтобы он уже наконец сам научился.

Третьеклассник ходил ко мне на дополнительные занятия. Его постоянно сопровождала старшая сестра. И она за братом все убирала. Он почему-то не мог попасть тетрадкой в пакет. Я, конечно, ей тоже запретила помогать. Сказала, что у нас в классе каждый сам кладет свою тетрадку на место. 

Хотя я знаю, что некоторые педагоги активно помогают детям, если понимают, что ребенок будет что-то делать слишком долго. Я не боюсь подождать дополнительные пять минут, чтобы позволить научиться самостоятельно убирать за собой.

Дети привыкают, что им помогают. И переживают, когда я говорю: все, учись сам. И ребятам помогать запрещаю, им тоже сложно не откликнуться. Но когда ребенок понимает, что ему не помогут, начинает быстро учиться и все делает самостоятельно. Главное, дать понять, что по-прежнему уже не будет. 

Фото: magnific.com

Таких беспомощных детей не большинство, три-четыре человека максимум на двадцать пять человек. В учебном процессе приходится отвлекаться, чтобы объяснять таким детям, показывать, как нужно. Я устаю. Не могу во втором или третьем классе спокойно проводить урок труда, например — дети не могут делать простые вещи и пользоваться бытовыми предметами.

Главное, что я поняла: когда ребенок понимает, что ему не помогут, он быстро учится делать все сам.

«Я не умею одеваться, мне всегда помогают», — сказала девочка

Карина, учитель начальных классов:

— Когда я сама была первоклассницей в 1992 году, поступление в школу означало, что ребенок умеет сам одеваться, обуваться, самостоятельно собирать портфель. Помню, как родители мне говорили: «Настоящая школьница умеет сама завязывать шнурки, убирать свое рабочее место и постель, убирать со стола, мыть посуду, собирать портфель…» 

Бытовой несамостоятельностью страдает примерно 30% первоклассников в классе, по моим наблюдениям. У детей вызывает трудности не только завязывание шнурков, а это и правда сложно. Многие не могут сами молнию застегнуть или пуговицы, не умеют вырезать ножницами. Для некоторых реальные затруднения вызывает поход в туалет, мытье рук, сбор вещей после уроков. И это не единичные случаи. Устойчивую группу таких детей можно встретить в любом классе любой школы.

Многие дети вроде бы умеют все делать сами, но не привыкли, ведь дома их одевают, потому что «так быстрее», «ребенок устал», «утром некогда», «да мы так везде будем опаздывать». А некоторые ученики не пробуют тренироваться вовсе и говорят мне: «Я не умею, мне всегда помогают». И бытовая сторона — это не единственная проблема. 

Сегодняшние первоклассники хуже понимают инструкции, не всегда даже с первого раза. У многих сложности в пересказе текстов, в творческих заданиях — придумай, опиши, составь свою задачу. Речевая среда стала заметно беднее, словарный запас скудный.

А еще современные дети эмоционально более хрупкие. Чуть что — в слезы: «я не могу», «сделайте за меня», «у меня не получается», «сложно, я устал». И границы между «можно и нельзя» размыты. Причем не потому, что дети невоспитанные, а потому что дома у многих нет единых требований.

Фото: magnific.com

И все это так контрастирует с их невероятной развитостью в цифровой среде, просто  диву даешься. Первоклассники легко управляются с телефонами и планшетами, а с бытом — нет. Конечно, я думаю над тем, что же приводит к такому поведению. И мне кажется, что факторов не так много.

Во-первых, гиперопека. Сегодняшним родителям проще сделать что-то за ребенка, чем ждать, пока он сам справится. Ну и странные представления в духе «он еще маленький», «пусть детство будет беззаботным».

Во-вторых, темп нашей жизни и многозадачность диктуют делать что-то за ребенка. Утром реально быстрее одеть его в школу самому, чем учить завязывать шнурки и терпеливо ждать, когда ребенок наконец-то сделает это правильно.

В-третьих, задачи детского сада будто бы сместились. Там больше стало занятий и развлечений для детей, чем обучения бытовым навыкам.

То есть проблема не в том, что младшие школьники какие-то ленивые. У них стало меньше или не было вообще возможности тренировки. Бытовой навык как мышца: без нагрузки не растет. И школа сейчас вынуждена это компенсировать.

«Папа завязывает шнурки третьекласснику на глазах у всех школы»

Марина, учитель в частной школе:

— Вопиющей несамостоятельности не замечаю, но были случаи, которые вызывают удивление. Помню третьеклассника, которому папа завязывал шнурки. Парень в третьем классе, высокий, по-взрослому выглядит. И папа его уже в возрасте. И вот он, забирая сына после уроков, садился на корточки и завязывал ребенку шнурки прямо в вестибюле школы.

Понятно, что многие родители давно заменили обувь со шнурками на липучки, на систему затягивания. А тут третьекласснику сложно завязывать бантики, но отцу легче самому сделать это за ребенка, чем научить.

Кажется, вряд ли отсутствие навыков самообслуживания фатально скажется на учебе. Ну не умеет ребенок завязывать шнурки, не страшно. Но я бы так не сказала.

Он, может быть, что-то и делает, но если заставить решить задачу сложнее обычного, тут же сдуется, потому что не привык.

Детям, у которых не развита мелкая моторика, тяжело дается письмо, постановка руки. Пальцы должны быть в тонусе, чтобы держать ручку, а писать приходится много, на это силы нужны. Если ребенок не умеет ни застегивать одежду, ни шнуровать обувь, ни вышивать, ни пришивать пуговицы, ему тяжело справляться с письмом. А ведь наша речь, как говорят нейропсихологи, на кончиках пальцев. И развитие мелкой моторики связано еще и с развитием речи.

Дети оказываются слабо приспособлены к социально-бытовой жизни. Не думаю, что такое происходит исключительно в школе, скорее всего, дома тоже самое.

Многим ребятам приходится бытовые задачи осваивать прямо в школе. У нас частное учебное заведение, поэтому дети сами еду разогревают на завтрак, посуду убирают и моют за собой. И все у них получается. После урока ученики убирают учебники и тетради, готовятся к следующему занятию, только после этого идут на перемену. А в конце рабочего дня протирают свои столы и убирают класс. Я их к этому приучаю в рамках учебного процесса. Потому что только так навык можно довести до автоматизма.

Есть две крайности, которые я наблюдаю: гиперопека, когда за третьеклассником портфель носят и шнурки завязывают, и ранняя самостоятельность, когда с шести лет «давай-ка, сынок, все сам, все сам» и «я за то, чтобы он сам пробовал и свои шишки набивал».

Фото: magnific.com

Во втором случае ребенок приходит на урок, а  кофта надета наизнанку или задом наперед, рубашка застегнута через пуговицу, а кто-то приходит без носков или в дырявых. Кажется, что родители должны перепроверить, в каком виде ребенок в школу идет. Но нет. На собрании одна мама сказала: я вообще не в курсе, он должен сам следить за одеждой. Приучать к самостоятельности нужно, но родитель должен показать ребенку образец, а потом проконтролировать.

Если раньше считалось, что прийти в школу неопрятно одетым, неаккуратным, не причесанным, неумытым — это недопустимо, теперь дети считают такое поведение нормальным.

Мне кажется, что еще и стандарты опрятности изменились. Когда я училась в школе, мы не только к концу первого класса научились форму гладить, мы и воротнички, и манжеты себе сами пришивали. Сегодня молодые мамы совсем другие. Есть тренд делать все быстро, поэтому гладить одежду некогда. Дети не умеют, а мамам некогда.

Первоклассников не учат ухаживать за обувью. Дети могут ходить в грязной обуви, хотя протереть ботинки довольно легко. Родители для ребенка большой пример, и если взрослый не делает, то ребенку не на кого ориентироваться.

И получается, что и сам ребенок неопрятный, и тетради его в таком же виде. И эта небрежность — во всем. 

У меня был четвероклассник, который никогда не сдавал задания, которые нужно было доделать дома. Я к уроку что-то распечатывала, а дома дети должны выполнить задание до конца. Мальчик никогда не приносил эти листочки, все время забывал. Каждый раз делал удивленное лицо: «Я же клал в портфель, а теперь листочка нет». 

Однажды не выдержала, говорю маме: «Слушайте, мы не можем все время новые тетрадки ему давать и одно и то же на листочках распечатывать. Посмотрите, проконтролируйте». А мама отвечает: «Нет, что вы, если я там что-то трону у него на столе, начну прибираться, это будет катастрофа. Сын будет очень недоволен».

Я тогда представила его комнату,  как у него там ничего найти нельзя, потому что все захламлено. И родители принципиально не прикасаются к этому беспорядку, потому что им так удобнее. Главное, мама считает, что порядок в вещах, уроки — это зона ответственности ребенка, как и комната.

Главное наблюдение, что дети в бытовом плане слабы, не умеют планировать, распределять задачи, зато великолепно управляются с гаджетами, независимо от возраста. И я думаю, может, проблема в том, что сейчас у детей в началке по три кружка и много гаджетов в перерывах? Такое количество кружков, которых никогда ни у кого из нас не было? 

Ко мне на подготовку к школе ходит мама с сыном, который никогда ее не отпускает. Он великолепно занимается, все у него получается. Но мы за этот месяц уже пять раз пытались «маму отпустить погулять», и каждый раз: «Мамочка, давай сегодня последний раз посидишь на моем уроке». И он постоянно на нее оглядывается, чтобы получить одобрение. Спрашиваю: «Ты рисунок нарисовал к уроку?» Он на маму со слезами смотрит: «Мам, я нарисовал? Я сделал?» Мне приходится говорить: давай вместе проверим, откроем тетрадь, поймем, сделал ли. И я каждый раз думаю, каково будет в первом классе этому ребенку, которому нужно постоянное одобрение, похвала и поддержка от мам? Конечно, тяжело будет.

Фото: magnific.com

У меня был ученик, который крутил своей мамой, как хотел. Помню, как во втором классе он решил: а почему бы ему чай на уроке не попить. И говорит:

— Хочу чаю попить.

— Скоро перемена, на перемене попьешь.

Он достает телефон и жалуется маме. Она прямо во время урока начинает мне трезвонить:

— А почему бы вам его не отпустить, он же чай хочет?

— У нас такие правила. Ждем перемены.

— Вам что, трудно? Он же не будет вам противоречить, он будет послушный…

В другой раз к нам на урок пришел психолог. Парень опять достает телефон и маме звонит: «Мама, не хочу, чтобы чужая женщина сидела здесь, скажи, чтобы ушла». Объясняю маме, что по уставу школы психолог имеет право присутствовать, он помогает в адаптации детей. Но нет же, требует, чтобы было так, как сын хочет.

Или я раз в месяц детей пересаживаю, чтобы они учились с разных сторон смотреть на доску. Они заранее знают, что будем пересаживаться. И этот мальчик каждый раз говорит мне: «А я не хочу пересаживаться». Жалуется маме, а она меня бомбардирует аудиосообщениями.

У меня таких историй много. Дети разные, у каждого свои особенности. В частной школе кассы небольшие. Но в классе, где детей 30, процент сложных школьников значительно выше. И мне остается только сочувствовать другим педагогам.