Долгое время этот роман было принято ругать, некоторые считали его сатанинским и упрекали автора в том, что он исказил Писание. Однако и положительная критика часто сводилась к поверхностным выводам. В 2019 году протоиерей Алексий Потокин закончил и издал под псевдонимом книгу «Жизнь без жизни» о романе Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита».

Как с годами менялось его отношение к роману и почему он считает его очень важным для христиан – отец Алексий рассказал в интервью «Правмиру».

– Отец Алексий, поскольку вы крестились в 25 лет, а читать любили с детства, уверен, что первый раз вы прочитали «Мастера и Маргариту» задолго до крещения. Помните ли вы первое впечатление от романа и то, как оно менялось, когда вы его перечитывали, будучи уже верующим человеком?

– Действительно, первый раз я прочитал «Мастера и Маргариту» еще в школе, потом перечитывал в институте, и не один раз, потому что роман мне понравился. Но… Не знаю, как в других, а во мне живут два человека. Один – веселый язычник, человек земной, у которого весь ум, все радости и печали здесь. Он всё, что делает человека и счастливым, и несчастным, может найти на земле. Второй человек не отсюда, ему всё земное кажется чем-то инородным или вспомогательным, а родина его в другом месте, не здесь. Надо сказать, что соотношение между этими двумя «я» всегда бывает в пользу человека земного, потому что всегда трудно ожить тому «я», которое хочет знать вечность, для которого жизненно необходима совесть.

Это я к тому объясняю, что не только первый, но и второй, и, наверное, третий раз роман Булгакова читал человек земной. Перечитывал не раз, потому что роман мне нравился, я хорошо помнил сюжет, но восприятие было такое легкое, не целостное. Главы о Ершалаиме и Понтии Пилате тоже были интересны, но они не осмысливались, а просто прочитывались с любопытством, воспринимались как некое обрамление книги при помощи романтичной истории.

А вот места, в которых описывалось состояние нашкодивших людей, казались как будто про нас написанными, потому что всё это бывало и с нами. Например, когда Степа Лиходеев, проснувшись утром, решил определить, в штанах он или без, провел рукой по бедру и не определил. Такое иногда случается и в действительности. А когда кот, в которого стреляли люди, пришедшие в нехорошую пятидесятую квартиру, падает замертво, а потом вскакивает и говорит, что его спасет только глоток бензина! Эта фраза иногда помогала: когда тебе плохо, внутри пожар, скажешь, что тебя спасет глоток бензина, и легче становится! То есть книга была не просто прочитана. Она воспроизводилась в те жизненные ситуации, в которых бывали мы – веселые студенты, которым нравилось учиться, и учеба давалась, но нравилось и весело отдыхать.

Потом этот период закончился. Когда я пришел к вере, мне стало ясно, что многое нужно переосмыслить, что жизнь моя была не такая, какой рисовалась при спящей совести. Не в частностях, а вся не такая, поэтому вся должна быть переустроена, по-новому понята и по-новому скреплена. Оказалось, что законы, по которым она должна строиться, это заповеди Христа, а так как я вырос в атеистической семье и в атеистическом мире, это знакомство не может не быть медленным и трудным. Это как с другим человеком – даже если ты в одной комнате с ним живешь, быстро его всё равно не узнаешь. Так же и с Христом. Знакомство с Ним естественно, как рост растения. Можно создать хорошие условия для роста, чтобы было достаточно и света, и влаги, но в одночасье всё равно никакое растение не вырастет.

Протоиерей Алексий Потокин

Потихонечку у меня вызревала картина мира, определялось, что в жизни главное, а что второстепенное. Я не спорил со своей старой точкой зрения, потому что после встречи с Царством не отсюда она стала для меня не особенно важной. Я благодарен ей, потому что какое-то время она меня несерьезного веселила, поддерживала, давала силы, разукрашивала жизнь, но потом я понял, что это временный, очень ненадежный фундамент, на котором подлинную жизнь не построишь. И мне пришлось всё в себе, всё, что я читал, слушал, переосмысливать. Что значит переосмысливать? Искать истинный смысл, не подвластный времени.

Чем интересен автор

– Многие в поисках нового смысла всё старое просто отбрасывают. Имею в виду не грехи, которые действительно надо бы отбросить, но часто не получается, а как раз то, что во многом помогло задуматься о смысле жизни: книги, фильмы. Не только роман «Мастер и Маргарита», но всю светскую культуру.

– И отбрасывают, и сжигают – я знаю человека, который сжег собрание сочинений Пушкина. Неофитам свойственно отбрасывать старое, но у меня до таких крайностей не доходило. Мне как-то сразу стало ясно, что если вера для меня естественна, если она сродни моей душе, то она сама по себе вырастет в самостоятельное дерево, а всё ненужное само отпадет за ненадобностью, поэтому не нужно ничего выкорчевывать и отбрасывать. Конечно, с той поры как я пришел к вере, основное мое чтение – духовная литература, потому что в духовных книгах столько радости, столько мудрости, столько широты и свободы, сколько ни в каких других книгах не найдешь.

Что, на мой взгляд, дает человеку вера? Она выводит его из замкнутости, учит замечать другого и стараться построить с ним отношения. Там, где есть взаимность, есть жизнь, а где оставленность, одиночество, там смерть. Только во взаимности, когда мы доверяем друг другу, щедры, откровенны, преданны, сможем услышать один другого, узнать. В противном случае будет полуправда, портрет, набросок, но не лик на иконе. На самом деле карикатура будет!

Михаил Булгаков и Патриарх Сергий: двойной портрет
Подробнее

И эта взаимность важна не только в отношениях с теми, с кем общаешься лично сегодня, но и с теми, кто жил в другое время. Например, с авторами книг, которые читаешь. Раньше я читал книги, не зная биографии писателей, а теперь мне интересен автор. Интересен, потому что он богаче, чем все его произведения, даже самые великие. Он личность, и в процессе чтения его книги и узнавания его сокровенного человека становится мне другом. Это не значит, что я во всем с ним соглашаюсь – иногда, наоборот, спорю, но личность автора мне интересна, я пытаюсь понять его внутренний мир. Ведь настоящий художник не просто самовыражается, но делится с нами собой, целым неповторимым миром. Так уже через свою веру я постепенно переосмысливал прочитанные ранее произведения. Про каждое из них могу сказать, какие ощущения оно вызывало раньше и насколько эти ощущения малы, пошлы и бедны по сравнению с тем ощущением, когда начинаешь доверять автору, слышать его голос и его веру.

Не со всеми авторами в результате получилась такая взаимность. Книги для меня разделились на развлекательные, авторы которых занимались самолюбованием, и те, где авторы, как и я, искали жизнь, находили и теряли, падали и вставали. В своей книге я пишу, что есть произведения великие, но для меня как бы мертвые. Мертвые, потому что в них нет признания утраты жизни, а значит, нет места другому. Людям церковным можно сказать, что там нет места для Христа и для них. А есть живые произведения, которые запечатлевают путь человека, его поиски смысла, поиски истины, поиски себя настоящего. То есть для меня ценны произведения, в которые автор вносит то, что имеет в своем ищущем сердце. А бывает, что писатель просто манипулирует образами, не прилагая сердца. С литературной точки зрения эти произведения могут быть талантливы, но для меня они не имеют ценности. А вот произведения, в которых я вижу автора, его поиски подлинного в преодолении ложного, фальшивого, для меня бесценны.

– Есть книги, которые до прихода к вере вы прочитали, восхищаясь, как гениально, а потом, придя к вере и перечитав, решили, что это для вас не имеет никакой ценности?

– Были такие. Например, мне в свое время очень понравился «Тихий Дон». Казалось: как там всё закручено, какие трагедии, какая боль! А потом понял, что это боль людей, которые не имеют и не ищут никакого исхода. Они страдают от конкретных обстоятельств или от внешней идеологии, но понятия о добре и зле, о свете и тьме в себе и в каждом человеке там просто нет. Есть личные беды, личные страдания, чисто человеческие переживания, кто-то признается, что был злым, но нет того пути, на котором душа ищет, где она согрешила, где жила, а где пала и как может преодолеть свое предательство. Есть калейдоскоп событий, а мыслей о главном нет ни у одного из героев. Вообще не рассматриваются в романе такие вопросы, как суд над своими отношениями, поэтому я не чувствую никакой связи с его героями. А для меня произведение живое, когда возникает диалог с героями или – опосредованно – с автором.

– С героями «Тихого Дона» у вас диалога не возникает?

– Нет. Не вижу, как он может возникнуть. Например, Григорий Мелехов мечется между «нравится» и «не нравится», но я нигде не заметил, чтобы он задавал себе вопрос «предаю я или не предаю?», тем более «к кому мне идти со своими изменами?»

– Да, герои «Тихого Дона» далеки от поисков Бога, но они точно не схематичные, а очень живые. Мне как раз кажется, что произведение правдивое.

– Понимаете, борьба за существование там действительно показана убедительно, но нет главного: внутренней борьбы человека за вечную жизнь. Вечная жизнь – это не существование, а нераздельная взаимность двух душ. В свое время роман меня потряс, но сегодня мне нечего из него взять. 

Как описание судьбы государства, судьбы народа, это, безусловно, выдающаяся книга, но я считаю, что одна человеческая душа дороже целого государства, поэтому там, где нет ни одной души, которая ищет вечности, борется за вечность, желает открыть двери, чтобы в нее, в душу, вошла непреложная правда, я вижу описание не жизни, а существования, постепенной гибели отдельных индивидов. Я уважаю людей, которые не нашли жизнь, но заметили, что жизнь из них утекает, и скорбят, что она утекает, понимаю, что могу встретиться с этими людьми. Кто старается цепляться за живое, для меня, безусловно, значим, и Бог его обязательно примет и спасет, соединит с Собой и ближними. Но герои «Тихого Дона», на мой взгляд, не таковы. Они просто об этом не думают, не считают это ценностью. Повторяю: это роман не о жизни, а о существовании, в котором нет поиска жизни, поэтому сегодня он мне неинтересен.

– А в «Мастере и Маргарите» вы увидели жизнь?

– Я могу ошибаться и не навязываю свою точку зрения, но мне кажется, что есть произведения культуры, в которых участвует Христос. Его деятельное присутствие начинается с момента, когда герои начинают замечать свою неправду и тяготиться ей, тем более – когда они встают на путь поиска покаяния. Есть такие произведения у Гоголя, у Салтыкова-Щедрина, у Достоевского. В этих произведениях с Ним в своем сердце спорят люди, гонят Его, в Него плюют. Возьмите «Господ Головлевых». Говорили, что это обличение крепостничества, а на самом деле Иудушка (имя-то какое!) оплевывает Христа, топчет Его, глумится над Ним. Но прочитайте последние три страницы романа. Ожил Иудушка, и воскресли все, кого он мучил и убивал, потому что его простили. Он спрашивал: Ты что, всё можешь простить? Это кардинальный вопрос для каждого человека. Вопрос, обращенный лично к Спасителю.

И «Ревизор» Гоголя – произведение, в котором незримо стоит Христос. Знаете, кто там изображает Христа? Хлестаков. Понимаю, что такое мнение многих возмутит, шокирует, но ведь именно через Хлестакова, через пресмыкательство всех перед ним Гоголь показывает, до какой низости люди могут довести свою совесть.

А извращенная, глупая совесть – это тоже не что иное, как постоянное поругание и убийство Христа.

Такую же низость мы видим в «Мертвых душах».

Всё это пролог к произведениям Булгакова – не просто так он считал себя учеником Гоголя и Салтыкова-Щедрина. Еще известно, что он очень любил оперу Гуно «Фауст», но написана эта опера по поэме Гете, а гетевский «Фауст» – продолжение книги Иова. Старый спор в новых декорациях. И у Булгакова прямое продолжение, причем не только в «Мастере и Маргарите», но и в «Белой гвардии». Мало кто замечает, что эти два романа Булгакова глубоко связаны между собой – из одного ужаса безбожия вырос другой.

Будто все христиане должны быть хорошими

– Известно, что в церковной среде многие считают «Мастера и Маргариту» сатанинским романом, который православному человеку читать не следует. Одна знакомая, учившаяся в православной гимназии, даже рассказывала мне, что там на уроках литературы его не проходили, хотя в школьной программе по литературе он есть. Наверное, вы тоже не раз слышали такие отзывы о романе?

– Слышал. Удивительно, до чего слепы люди. Какой сатанизм, если на первой же странице сатанисты показаны карикатурно? Встречаются два литератора на Патриарших прудах. Они сатанисты? Да, оба, может быть, сами того не сознают, но служат они сатане. Один написал грязные стишки про Христа, а другой говорит, что Его просто не было, Он миф, и пытается это идеологически обосновать. Правда, когда вождь чертей приходит, они его не узнают и не кланяются ему. Помните, Мастер удивляется, что Берлиоз не узнал сатану. Говорит Бездомному: ладно, вы человек невежественный, но он-то (Берлиоз) что-то читал. Ведь приходит Воланд к ним подобно тому, как Мефистофель приходит к Фаусту. Но не узнали, не поклонились, за что оба наказаны. Наказаны по-разному. Многие думают, что если человек служит сатане, получает от него подарки. Получает ценой продажи души, но только до тех пор, пока ему нужен, а потом человека просто убивают. Сатане ведь нужно только убивать людей: сначала душу, а потом и тело.

Кровь барона в «Мастере и Маргарите». Булгаковский роман как «антисоветское» произведение
Подробнее

Уже на первых страницах «Мастера и Маргариты» дан ключ ко всему произведению. Берлиоз отрицает Христа, сам факт Его существования, Его историчность, а значит, не дает возможности появиться антихристу. Бездомный же радостно соглашается на подмену. Сначала пишет пасквиль на Христа, потом соблазняется рассказом об Иешуа. Он обрастает ложью, поэтому до поры до времени оказывается нужен сатане. Дело в том, что если просто отрицать Христа, это зияющее пустотой место будет возвращать человека к поискам. А чтобы накрепко отлучить людей от Христа, вместо Него надо подсунуть какое-то подобие, фальшивку. В этом смысл романа – подделку предлагают и ее с радостью принимают.

Почему я считаю этот роман таким важным именно для христиан? Потому что он про нас. Ведь не только атеисты предлагают фальшивку, но посмотрите, сколь часты такие предложения фальшивок в самой христианской среде: религиозная пошлость, многочисленные ереси.

Ничто не вытесняет Христа так сильно и успешно, как ложное представление о Нем. Если ты убежден, что Он такой, как ты Его вымыслил, истинный к тебе не явится. Книга об этом!

Что пугает людей? Они имеют ложные представления о себе, а когда подходит определенный час, узнают, что они другие, ужасные, нуждающиеся в прощении и спасении. И это происходит одновременно с тем моментом, когда они узнают, какой Христос. Только в Его свете мы видим себя такими, каковы мы на самом деле, а какими могли бы быть. Обманываясь же в Христе, человек неизбежно будет обманываться в себе. Более сильной книги об этом я не читал (имею в виду художественную литературу).

– Многих, как я понимаю, шокировал сам факт, что писатель дерзает так искажать текст Писания.

– Но это же не Булгаков рассказывает историю об Иешуа, а сатана. Может сатана правдиво рассказывать о Боге? Конечно, нет. Отец лжи может только лгать, что и делает булгаковский Воланд. Или читатели хотят поверить Воланду?

Так можно и Гете осуждать за то, что у него Фауст беседует с Мефистофелем, а потом и Самого Бога за то, что Он спорил с сатаной, который пытался завладеть Иовом.

Есть такое пошлое понимание христианства, будто все христиане должны быть хорошими. Такое «благочестие» не верит, что кому мало прощают, тот мало любит. Я много читал о Булгакове и был поражен, как часто люди стремятся его осудить. Например, называют наркоманом, морфинистом. Да, был у него период зависимости от морфия, но что этому предшествовало? Как возникла зависимость? Он, будучи врачом, отсасывал через трубку дифтерийные пленки из горла больного ребенка и заразился. Ввел себе противодифтерийную сыворотку, и это вызвало сильную аллергию: начался зуд, выступила сыпь, распухло лицо. В лечебных целях ему сделали несколько уколов морфия, и это неожиданно привело к зависимости, с которой он потом справился. То есть изначально он, выполняя свой врачебный долг, жертвовал собой. Уверен, что те, кто его высокомерно осуждают как наркомана, не имеют и доли его мужества и сами никогда так не поступили бы.

Михаил Булгаков

– Да, эта история – пример готовности положить душу за други своя. И нет никаких сомнений в том, что Булгаков, сын профессора Духовной академии, учившийся в дореволюционной гимназии, в отличие от советских читателей его романа, прекрасно знал и Писание, и богословские и литургические нюансы.

– Это был его родной воздух, и не нужно спрашивать, почему, если это был его родной воздух, он так не жил. Когда человек приходит в Церковь, он, скорее всего, уже много читал о вере, слышал Евангелие (по крайней мере, у меня такой опыт), но оживает всё услышанное и прочитанное не в один день. Знать и быть – разные вещи. Знания о Боге у Булгакова были с детства, но долго это в его жизни хранилось под спудом, а потом вера стала оживать, стала естественной и нужной, поэтому он мог свободно пользоваться этим багажом. Он знал, что почем.

– Вы уверены, что роман «Мастер и Маргарита» написан христианином?

– Конечно, хотя можно уточнить: взыскующим покаяние грешником! Он шире меня понимает христианство. Он так выписывает своего Иешуа, что тот ни в одной черточке не совпадает со Христом. Сделал бы он его слегка похожим – это уже была бы овечья шкура на двойнике, а у него полная, неприкрытая подмена, он его сделал вообще другим! Я бы так не смог. И знание литургии… Все ли прихожане знают, что когда мы во время Херувимской выходим с Чашей, это называется Великий вход? А Булгаков пишет, когда сатана выходит на бале: великий выход. И таких деталей очень много. Чтобы полностью понять роман, читателям надо заинтересоваться христианством, многое о нем узнать: и о службе, и об облачениях, и об устройстве храмов.

У меня нет сомнений в том, что знания о вере у Булгакова были. Но вы, если я вас правильно понял, думаете, что он, когда писал роман, душой был со Христом?

– Думаю, что да. Ведь кающийся грешник с Ним? Ничто фальшивое не связано с истинной жизнью, со Христом, и в романе всё поддельное, карикатурное остается в руках сатаны, в его временной державе. Несколько деталей в романе ясно говорят о том, что в нем есть Христос, молча принимающий плевки и насмешки. Помните, за что ругали Мастера? За апологию Христа. Конечно, никакой апологии в его романе не было, и увидели ее там критики по причине своего невежества, но намек на Христа есть, и это больше всего возмутило большевистских критиков. Берлиоз и Бездомный начинают свой разговор с того, что их главный враг Христос, поэтому Его не должно быть даже в памяти народа и якобы теперь уже нет.

От «Идиота» — к «Мастеру и Маргарите»
Подробнее

Кроме того, все действия романа согласованы со Страстной седмицей. Всё, что было со Христом на Страстной, имеет свою противоположность в ершалаимских главах и в бесчинствах Воланда на всяких представлениях перед аборигенами. Сопоставления эти непосредственны. А главное для меня – в романе есть рука, которой человек наносит на себя крестное знамение. Не написано прямо, что это случилось в Великую Субботу, но написано, что перед тем было праздничное новолуние, а что такое праздничное новолуние? Все новолуния как явления природы одинаковы, но для нас, христиан, праздничное новолуние – день, после которого наступает Пасха. 

Воланд и его свита уносятся из Москвы в Великую Субботу, они на Пасху не остаются, не могут остаться, бегут. И когда они начинают свой побег, Азазелло с Мастером и Маргаритой выходят из подвала на улицу, и там какой-то человек начинает креститься. Азазелло кричит: руку отрежу! Есть то, чего он боится, над чем не имеет власти. Людьми, которые во тьме, они могут распоряжаться, мучить их, убивать, а есть Тот, против Кого их зло бессильно. Это Христос и те, кто с Ним. А когда мы с верой осеняем себя крестным знамением, мы обращаемся ко Христу, и от такого крестного знамения демоны бегут и исчезают как дым.

Меня не устраивало то, что я слышал о «Мастере и Маргарите»

– В своей книге вы пишете, что многие, называющие себя христианами, на самом деле верят не во Христа, а в Иешуа. Это основная идея романа Булгакова?

– Безусловно. Булгаков старался помочь тем, кто ошибочно думает, что мы вынуждены исповедоваться, должны причащаться. Можно сказать человеку, что он обязан говорить тому, кого считает своим другом, какие-то настоящие слова? Нет. Это просто суть дружбы, ее душа. И покаяние, если дружба предана. Какая тут может быть обязанность? Разве к дружбе надо принуждать? Люди тысячи лет ждали, когда придет Спаситель, и понимали, какое счастье видеть Того, Кто может тебя простить. Нужно было кающихся грешников палкой гнать ко Христу и уговаривать принять дар вечной взаимности с Ним?

Эти постоянные призывы – кайся, кайся, кайся – напоминают мне настойчивое требование отдать деньги, которые ты задолжал, а не предложение принять прощение долга.

Вот что у нас повсеместно бывает вместо живых отношений с Богом!

Поэтому и писали многие авторы в I и II веке, и в XIX, и в XX, что есть двойник Церкви. Двойник, который, используя наши слабости и особенно подслеповатую совесть, подделывается и всегда будет притворяться подлинником. Аналогично и у каждого из нас есть свой двойник. Мы же не всегда бываем истинными, чаще прикидываемся настоящими. То же самое вносится нами в Церковь, когда вместо веры как искренних отношений с Богом, диалога с Ним, ограничиваемся обрядоверием, а часто скатываемся к бытовой вере вперемешку с суевериями. 

Пока человек считает себя неверующим, есть надежда, что раньше или позже он найдет Бога, встретится с Ним. А вот если человек считает свою веру непогрешимой, то на самом деле он изгнал из души настоящего Бога, а посадил на Его место идола собственного изготовления, подделку. Мне кажется, положение обманувшегося хуже, чем у невежественного, но чистого, ему будет гораздо труднее найти истину. 

Думаю, роман и об этом. Вместо Христа сажают Иешуа, который говорит: добрый человек, делай добрые дела. Попробуйте разбойнику на кресте это сказать! На самом деле единственное слово веры, которое мы можем сказать: меня выручил Спаситель, Он пришел и тебя выручить. В Евангелии вся любовь связана с тем, что человеку нужна милость. Он становится милостивым, когда приносит покаяние и Господь прощает ему грехи. 

– Что подвигло вас написать книгу?

– Меня не устраивало ничего из того, что я читал и слышал о «Мастере и Маргарите». Например, в школьных учебниках написано, что в таких-то главах говорится о борьбе добра со злом, а в таких-то о любви. Ну скажите мне, что такое любовь! В том-то и дело, что не понимают, называют любовью отношения Мастера и Маргариты.

А в церковной литературе… Попалась мне как-то книжка о Каноне Андрея Критского. Кажется, «Кладезь покаяния» называется. Автора не помню. Там цитируются и толкуются отрывки из Канона, а также добавляются рассуждения о нашей жизни. Упоминает автор и Булгакова, и пишет о нем так уничижительно…

Были попытки православных людей не ругать роман, а показать его духовный смысл, но там я тоже не увидел ничего, с чем мог бы согласиться. Например, слушал лекции отца Андрея Кураева. Мне показалось, что говорит он о вещах второстепенных. И уж совсем никуда не годится его рассуждение о том, что в романе все лгут, а если кто и говорит правду, то Воланд. В романе действительно все лгут, но как может верующий человек увидеть правду в словах сатаны? Сатана всегда лжет, просто иногда подделывает свою речь под правду, как подделывает Иешуа под Христа.

А мне всегда по сердцу было творчество Булгакова. Сначала «Белая гвардия» мне открылась, а потом «Мастер и Маргарита». Мне хотелось защитить Булгакова, вернуть людям его доброе имя. И его, и Гоголя – к Николаю Васильевичу тоже ведь относятся с непонятным высокомерием: дескать, писатель великий, но человек глупый и вообще сумасшедший. Для меня оба эти писателя глубоко связаны между собой, и хотелось, чтобы к ним относились не уничижительно, а уважительно. Они-то в моей защите не нуждаются, но мне кажется, что людям, которые вдумчиво, по-христиански перечитают их произведения и поймут их мысли, цели, ценности, это принесет пользу.

– Гоголя вы в своей книге много цитируете, причем больше всего «Выбранные места из переписки с друзьями». К этой книге многие православные тоже относятся критически. Критикуют ее с иных позиций, чем Белинский, но критикуют. Вы, как я понял, любите эту книгу и видите в ней духовную ценность?

– Просто вера автора совпадает с моей. Некоторые увидели в «Выбранных местах» дидактизм, желание всех учить, навязать свою веру. Я этого не увидел. Как мне рассказать вам о том, что для меня важно, дорого? Я с вами делюсь. Хотите – берите, не хотите – не берите. Книгу Гоголя я понимаю только так. Для него это было свято, это была его драгоценная реальность, и он захотел поделиться сокровенным. Некоторые люди, прочитавшие мою книгу, говорят, что стали теперь иначе относиться к «Выбранным местам». Прозвучали для них слова Гоголя по-новому, легли им на душу! Думаю, и благодаря тому, что они не знали, что это из «Выбранных мест», а читали просто текст, автор которого не указан.

– Да, это неожиданный прием. Цитат в вашей книге много, но все они объединены названием «макулатурные листы». Конечно, при наличии интернета проще простого узнать, откуда цитата, но не будешь же каждые пять минут откладывать книгу и набирать текст в поисковике. Почему вы решили не указывать, кого цитируете?

– Дело в том, что многие очень подвержены авторитетам, а против кого-то у них, наоборот, предубеждение. Мне хотелось максимально освободить людей от своей пристрастности, привычки отключать свой ум и подсматривать, кто и что сказал. Если ты не знаешь автора мысли, можешь сказать, согласен с ней или не согласен? Эта книга не претендует на научность, мне хотелось диалога, размышления, рассуждения, и чтобы читатель лично включился в беседу.

Если говорить о композиции, то построена книга точно так же, как «Житейские воззрения кота Мурра» Гофмана. Кто читал Гофмана, сразу поймет – в предисловии я цитирую два больших отрывка из него.

– И под псевдонимом вы издали книгу, чтобы не давить на читателя авторитетом священника?

– Да, я считаю, что это тоже на многих давило бы, подчиняло или отпугивало. Зачем давить? Вера доступна всем, а не только священникам, она может обрадовать каждого человека, а может оказаться чужой священнослужителю. Псевдоним «З. У. Икспликатин» я взял из трех последних букв латинского алфавита, которыми обозначаются неизвестные искомые величины, а экспликация – выяснение смысла, объяснение. То, чем я и занимаюсь в своей книге.

– В книге 700 страниц, много теоретических рассуждений, цитат. Непростое чтение.

– Текст большой, поэтому допускаю, что может немножко утомить, но никакой зауми, никакой абстрактной трансцендентности в книге нет. Я стремился к простоте. Мне хотелось дать людям ключ к прочтению одного из самых глубоких, самых христианских произведений русской литературы. Я никому ничего не навязываю, но сам убежден, что роман «Мастер и Маргарита» именно такое произведение.

Первое издание романа «Мастер и Маргарита»

Еще я хотел показать, что как в жизни и семьи, и целого народа раньше была взаимосвязь поколений, преемственность, так была она и в культуре: Булгаков неотделим от Гоголя, от Салтыкова-Щедрина, от Гете, и все они, как и многие другие великие художники, в своем творчестве опирались на Библию, пытались ответить на главные вопросы с позиции христианской веры. Вопросы эти заданы еще в древности, они не могут устареть, но мир меняется, и люди ищут ответы на них в новых условиях. Мне кажется, что тот, кому интересны эти вечные вопросы, хочется понять себя, другого, найти жизнь, сможет прочитать до конца мою книгу.

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.