«Мы делали дочке массаж сердца по очереди». 15-летняя Полина пережила инсульт
«Тяжело все это вспоминать»
— Полина лежала в ванной, ничего не говорила, ни на что не реагировала. У нее были сильные судороги. Сознание спутанное. Нам казалось, что дыхание прерывается. Мы с мужем по очереди делали ей массаж сердца. Пока ехала скорая, дочка впала в кому. Наш пятилетний сын Артем закрылся в комнате и плакал. Тяжело все это вспоминать… — рассказывает Жанна.
Летние каникулы Полины подходили к концу. Месяц она провела в лагере, съездила на конкурс с танцевальной студией, в которой занималась уже несколько лет, вдоволь нагулялась с подругами. В августе семья поехала в Ростовскую область, поселок Каменногорье, навестить бабушку с дедушкой. Перед отъездом домой они все вместе еще раз собирались погулять в парке. Полина пошла в душ — на улице было очень жарко. Но из ванной девочка долго не выходила. Бабушка забеспокоилась, стала ее звать, Полина не отвечала…
Полина до болезни с семьей
— Мы возвращались домой из магазина, когда в панике позвонила свекровь. Как бежали с мужем к дому, не помню. Все как во сне… В больнице Полине сделали КТ, сказали — кровоизлияние. Ужас, страх, непонимание, что это вообще такое. Ребенку только исполнилось 15! Мы молили Бога, чтобы врачи ошиблись в диагнозе, — рассказывает Жанна.
Перевозить Полину в Ростов-на-Дону казалось рискованным, до областного центра — 200 километров, но другого выхода не было. В родном городе оказать необходимую помощь девочке не могли.
В детской областной больнице Полину обследовали, врачи сказали, что у нее случился сосудистый спазм. Из-за этого один из сосудов, стенки которого были патологически растянуты и истончены, лопнул и произошло кровоизлияние в мозг. Для родных это стало шоком. Сердечно-сосудистых проблем ни у кого не было.
«Полина никогда не жаловалась на головную боль. Необходимости обследовать голову не было вообще. Никто даже не догадывался, что там у нее растет сосудистая „бомба“», — говорит Жанна.
Мешотчатая аневризма находилась в труднодоступном месте. Подобраться к ней, чтобы исключить из кровотока, ростовские нейрохирурги не смогли — не позволяло оборудование.
«Это была совсем другая Полина»
Две недели Полина находилась в коме. Когда впервые открыла глаза, «казалась напуганной, но родных узнавала, отвечала на вопросы кивком головы». Они были счастливы, что «девочка смогла проснуться и все победить». Но позднее выяснилось, что у Полины нарушен отток ликвора, он скапливался в мозге. Мозг отекал. Внутричерепное давление росло. Врачи установили шунт, чтобы остановить гидроцефалию, но после операции состояние девочки не улучшилось.
— Это была совсем другая Полина. Мутный взгляд, обездвиженная. Непонятно, слышит нас или нет. Нейрохирурги тогда сказали: «Неизвестно, что будет дальше: будет ли у Полины ясное сознание или она навсегда останется в вегетативном состоянии», — говорит Жанна.
Родители настояли на переводе Полины в Москву. На реанимобиле девочку доставили в Морозовскую больницу: «У нее стоял назогастральный зонд и трахеостома, и она совсем не шевелилась».
Московские специалисты провели эндоваскулярную эмболизацию аневризмы, закрыли патологически расширенный участок сосуда, а вскоре убрали трахеостому. Полина начала сама дышать, шепотом отвечать на вопросы, помнила прошлое, но при этом «не осознавала, что происходит». Ее стали кормить пюреобразной пищей, давать на ложечке воду.
Девочке нужна была реабилитация, но оказалось, что ждать бесплатных занятий придется не меньше полугода — большая очередь.
Родителям ничего не оставалось, как собирать деньги на лечение дочери в платных центрах.
Казалось, самое страшное уже позади, но реабилитацию Полины несколько раз пришлось прерывать и возвращаться в больницу. Сначала из-за тромбоза в левой ноге, потом из-за судорожного приступа. Установленный шунт плохо справлялся с работой, пришлось менять клапан. На КТ у Полины обнаружили свежую гематому слева. Врачи сделали трепанацию, но вскоре случилось повторное кровоизлияние, возникла необходимость нового вторжения в головной мозг. За все время лечения девочке провели семь операций.
«Тревога не проходит до сих пор, но мы живем здесь и сейчас»
Последние несколько месяцев Полина практически жила в реабилитационных центрах. Сейчас стоит и даже ходит, хотя не вполне уверенно, прихрамывая. Сама ест, умывается, но ей все еще требуется небольшая помощь в уходе, приеме лекарств.
Речь в норме. Полина в полном сознании, понимает, что происходит, адекватно общается. Стала интересоваться, что с ней произошло.
Из-за инсульта у нее пострадал участок мозга, отвечающий за кратковременную память, поэтому Полина быстро забывает то, что случилось всего несколько часов назад. Но она помнит, что до болезни хорошо танцевала, получала грамоты и медали, мечтала стать хореографом. Часто пересматривает фото и видео своих выступлений, хочет вернуться в танцевальную студию и школу. Расстраивается, что пришлось пропустить учебный год и продолжать обучение в 9-м классе дистанционно.
— Тревога за Полину не проходит до сих пор, но мы живем здесь и сейчас. Стараемся заниматься, чтобы восстановить нашу девочку. В теле у нее много зажимов, с памятью нужно работать, но мы верим, что у нее все получится! Она большая умница, настоящий боец! У Полины есть успехи. Только у нас больше нет возможности оплачивать реабилитацию. Бесплатный курс восстановления мы можем пройти только раз в год, этого, конечно, очень мало, — говорит Жанна.
Помогите, пожалуйста, Полине!