В ординатуре — недобор
В 2026 году крупнейшие медицинские вузы России столкнулись с заметным недобором на бюджетные места в ординатуру, пишет «Медвестник». Они были целевыми, но на них никто не подал документы. В связи с этим был объявлен дополнительный набор, который продлится до конца августа.
Остались вакантными:
- в РНИМУ им. Н.И. Пирогова — 289 мест,
- в Первом МГМУ им. И.М. Сеченова — 198 мест,
- в Российской медицинской академии непрерывного профессионального образования (РМАНПО) — 189 мест,
- в Первом Санкт-Петербургском государственном медицинском университете им. И.П. Павлова — 175 мест,
- в Сибирском государственном медицинском университете — 175 мест.
Наибольший дефицит в ординатуре наблюдается на таких специальностях, как анестезиология-реаниматология, скорая помощь, онкология, педиатрия.
«Правмир» направил запросы в медицинские вузы , но пока не получил комментариев.
«В случае увольнения — многомиллионный штраф»
С 2026 года действует новый закон об обязательных отработках и трехкратных штрафах за расторжение целевого договора. Ординатура стала полностью целевой. Если студент ординатуры не подписывает целевой договор в течение первого года, его отчисляют. Если выпускник откажется работать, ему придется компенсировать расходы на обучение.
Георгий Конев
Ситуация с недобором вызвана изменениями в этом году: штрафы на целевом обучении (тройная стоимость затрат государства на обучение) и введение для всех наставничества, по мнению образовательного эксперта проекта «ШАГ|Поступление в Университет» Георгия Конева.
— Если человек идет на платное, его ожидает наставничество (отработка) от 1 до 3-х лет. Но ее можно и не проходить, тогда работать где-то вне медицины, а потом проходить вновь первичную аккредитацию (через 5 лет), чтобы вернуться в отрасль. Наставничество выпускник ищет сам, сообразно вакансиям, — объясняет Георгий Конев.
Студент-бюджетник учится бесплатно, получает стипендию, может рассчитывать на общежитие.
— Но если придет заказчик и запросит лучших бюджетников, то им могут предложить переход на платное или целевой договор с заказчиком от трех до пяти лет отработки, но с умеренным штрафом (федеральные затраты на обучение), — объясняет эксперт. — А вот при поступлении на целевое сразу обязывают отработать от трех до пяти лет или заплатить штраф в тройном размере расходов на обучение, если обучение завершится раньше срока либо отработка не будет полной. В эту сумму входит входит компенсация затрат федерального бюджета, плюс штраф в двойном размере компенсации и возврат мер поддержки, которые оказывал заказчик.
При отработке вряд ли можно рассчитывать на свободный выбор места (формально да, но фактически понятно, что заказчик закроет целевиком проблемные участки), на предоставление служебного жилья/ общежития — это не обязательная опция для заказчика, — продолжает Георгий Конев.
Эксперт полагает, что поступающие в ординатуру опасаются злоупотреблений.
— При всей формальной добровольности, манипулировать человеком, над которым висит многомиллионный штраф в случае увольнения, будет несложно, — говорит Георгий Конев. — Поэтому взрослые люди старше 23 лет, пройдя уже 6 лет обучения, имея опыт практической работы в медицинской системе, прекрасно видят перспективы отработки у заказчика.
Георгий Конев видит выход в отказе от целевого набора в медицине.
— Минздраву нужно отказаться от этого инструмента-реликта и заключать обычные ученические договора с желающими после первого года ординатуры. А еще лучше — сделать настолько привлекательными места в государственных больницах, что люди будут конкурировать за право попасть на них. А пока этого нет — заполнение целевых мест возможно при очень крепком соцпакете и понятном изначально месте отработки, — заключает эксперт.
«Мы рискуем потерять ординаторов, которые должны были стать врачами»
Антон Ершов
По словам доктора медицинских наук Антона Ершова, причина нежелания идти в ординатуру по целевому набору не только в отработках. Это и уголовные дела, и отстающая зарплата, и оптимизация здравоохранения, которая происходит повсеместно, и растущая нагрузка.
— Студент представляет, что ему учиться 6 лет плюс 2 года ординатуры — это уже 8 лет. А тут ему в конце обучения говорят: нет, еще 3 года отработки, и 8 лет превращаются в 11.
И нет никаких гарантий, что закон снова не поменяют и не скажут: «Ой, ребят, мы не справились за эти три года — давайте еще». А если люди хотят вставать на ноги, семью заводить? Поэтому отработки стали последней каплей, как я считаю. Я говорил об этом еще год назад, за что меня и уволили.
Мы рискуем потерять и тех ординаторов, которые должны были этим летом стать полноценными врачами, — продолжает эксперт. — Они, возможно, просто откажутся отрабатывать, ведь у них есть диплом о высшем медицинском образовании. Они могут пойти в фармакологию, в фармкомпании, в научную работу — много куда, но не станут врачами.
При этом Антон Ершов убежден, что ординаторы могут и не столкнуться со штрафными санкциями — ни одного прецедента пока не было, судить рано.
— Другое дело, что стоит все же очень внимательно посмотреть на то, как штрафные санкции за расторжение целевого договора и отказ идти в ординатуру будут применяться на практике, — продолжает Антон Ершов. — Думаю, это будет несложно оспорить по принципу «закон обратной силы не имеет». Человек поступал на определенных условиях, которые вдруг изменились. Это очень сомнительно с юридической точки зрения.