После смены правительства кресло министра здравоохранения занял бывший глава Росздравнадзора Михаил Мурашко. “Дела врачей”, отсутствие лекарств, закрытие больниц - новости медицины последние годы чаще были не самые позитивные. “Если мы не примем неотложные меры, чтобы обеспечить доступность медицинской помощи, ситуация будет только ухудшаться”, считает Гузель Улумбекова, д.м.н, глава Высшей школы организации и управления здравоохранением.

Сообщество «Врачи РФ» провело голосование, в котором представители медицины сами выбирали достойного, по их мнению, министра здравоохранения РФ. Гузель Улумбекова победила с большим отрывом . Она много лет занимается системными проблема здравоохранения и предложила собственную программу того, как вывести отрасль из кризиса.

— Почему именно сейчас вы написали эту программу, вы верите, что что-то можно изменить?

Я занимаюсь вопросами организации здравоохранения уже более 15 лет, это моя специальность. Например, в 2011 году я выступала против принятия ущербного закона «Об основах охраны здоровья граждан». Я объясняла тогдашнему председателю Государственной Думы Грызлову, по каким причинам нельзя принимать этот закон, в том числе, была против отмены интернатуры, кстати, единственная из всех, кто присутствовал на этом заседании. Потом, в 2013 году, когда в стране началась оптимизация здравоохранения, я также выступала во всех средствах массовой информации, писала письма во все государственные структуры, понимая, что эта оптимизация приведет к разрушительным последствиям. В результате сегодня мы пришли к тому, что все резервы отрасли исчерпаны. Система здравоохранения находится в «свободном падении». Если говорить терминами из авиации, то это падение с ускорением. Для того чтобы исправить ситуацию, необходим форсаж или дополнительная сила, тяга. Нам сегодня в системе здравоохранения нужны дополнительные мощности и ресурсы. 

— А почему именно сейчас? 

Итоги года. «Врачи живут в своем мире, а Минздрав в своем»
Подробнее

Сейчас, мне кажется, очень хорошее время, потому что у президента есть понимание и желание исправить ситуацию в здравоохранении. Честно говоря, я уже десять лет одно и то же повторяю: отрасли необходимы дополнительные кадры, повышение оплаты труда профессорско-преподавательского состава, дополнительные средства на лекарственное обеспечение населения, а для этого необходимо дополнительное государственное финансирование. Не 3% ВВП, как у нас сейчас, а минимум 5% ВВП. Поэтому я и написала эту программу как квинтэссенцию того, что немедленно необходимо предпринять новому министру в системе здравоохранения. Это мое глубокое убеждение. Это плод серьезных раздумий и обратной связи с врачами, с медицинскими работниками по всей стране за все последние годы.

— Кто должен прочитать эту программу – президент, министр новый, на кого она рассчитана?

— Президент ставит цель. Исполнительная власть должна сказать, что она собирается делать, чтобы ее достичь. Я разослала эту программу в Комитет по охране здоровья населения и в Комитет по бюджету и налогам Государственной Думы, всем губернаторам. Потому что, если мы не обеспечим доступность бесплатной медицинской помощи, то ситуация в отрасли будет только ухудшаться. Это неизбежно приведет к нарастанию социального недовольства, чего мы с вами не должны допустить в нашей стране. Ведь последние годы доходы российских граждан не растут. У нас почти 45% населения живет на доходы менее, чем 19 тысяч рублей в месяц, и для них бесплатная медицинская помощь принципиально важна.

— Что для этого нужно делать?

Во-первых, необходимо сократить дефицит медицинских кадров, особенно в первичном звене здравоохранения. 

Причем мало дать дополнительные средства на вновь приходящие кадры. Сегодня предусмотрены такие средства, но врачи не приходят, потому что их зарплата такая низкая, что она не компенсирует затраты на тот тяжкий труд, который им приходится выполнять. Чтобы медицинские работники вообще пришли в отрасль, необходимо увеличение оплаты труда минимум в 1,5 раза. На это необходимо как минимум ежегодно дополнительно 320 миллиардов рублей в сегодняшних ценах. Иначе мы обновим клиники, ФАПы построим новые, а работать в них будет некому. 

Вторая мера – повышение квалификации кадров. Оно зависит от наличия современных программ обучения, качественных учебников, оплаты труда профессорско-преподавательского состава и уровня их квалификации. У нас сегодня преподаватель медицинского вуза получает меньше, чем практикующий врач. В советское время, напомню, оплата труда профессорско-преподавательского состава была в 2-3 раза выше, чем практикующих врачей. Естественно, это стимулировало заниматься образованием и наукой, соответственно, были качественные учебники, были качественные программы и высокий уровень преподавания. 

В России исчезают лекарства. Но фарминдустрия – не тумбочка, из которой в любой момент можно их достать
Подробнее

Третье – это лекарства для населения. Сегодня у нас лекарства доступны только для ограниченного числа граждан, около 9 миллионов человек, которые имеют определенные льготы или заболевания. В странах Евросоюза, даже тех, которые близки к нам по уровню экономического развития, например, Чехия, Венгрия, Польша, Словакия, бесплатные лекарства получает каждый гражданин, которому врач выписал рецепт. На это направление надо 300-320 миллиардов рублей.

Плюс еще финансирование таких межведомственных программ, как снижение заболеваемости и смертности детей и подростков. Эти программы находятся на стыке медицинской, социальной службы и образования. В России смертность детей от 0 до 14 лет сегодня в 1,5 раза выше, чем в новых странах Евросоюза. 

Всего по моим расчетам ежегодно дополнительно необходимо около 720 млрд рублей к уровню 2019 года в постоянных ценах. 

— Что должен, на ваш взгляд, сделать министр здравоохранения? Потребовать эти деньги у правительства? Не выглядит ли этот сценарий несколько фантастическим, учитывая политико-экономическую ситуацию?

— Что значит, фантастический? Почему мы должны входить в положение министра финансов? Это министерство финансов должно входить в положение здравоохранения и населения.

Каким должен быть министр? Во-первых, он должен знать, что делать и быть убежденным в этом. Чтобы быть убедительным, он должен уметь говорить на языке министра финансов, знать медицинские технологии, понимать управление, экономику и финансы системы здравоохранения. 

Я однажды читала письмо Минфина Леониду Рошалю. Такое впечатление, просто «лапшу на уши» Леониду Михайловичу навесили. Они думают, что мы, врачи, якобы не разбираемся в экономике здравоохранения. Написали, что у нас с 2012 по 2018 годы на 45% увеличились государственные расходы, а на самом деле, если посчитать в постоянных ценах (с учетом инфляции) – они сократились на 4%. 

О чем говорить? Раз снизилось финансирование, значит, мы не можем себе позволить ни дополнительные средства на оплату труда, ни лечение пациентов современными средствами в соответствии с технологиями, которые описаны в клинических рекомендациях. У нас в отрасли сколько денег, столько и качественных услуг мы можем оказать, такая и доступность медицинской помощи будет. 

— В тексте программы вы написали, что ситуация закритическая. То есть некоторый предел уже преодолен. Какие-то возможности исправить положение есть, а что-то, может быть, уже упущено безвозвратно? Есть ли что-то, что мы уже упустили?

— Когда мы учились, нам говорили: каждый врач должен быть оптимистом. А я же врач, просто у меня специальность — организация здравоохранения. Поэтому я абсолютно уверена, что у нас все должно получиться, если мы сегодня же примем названные и обеспечим их дополнительными финансами. Уверяю вас, через год уже можно будет добиться положительных результатов, в отрасль придут дополнительные кадры. Президент в Обращение очень правильно сказал, что надо служить делу. 

— Знаете, мы как раз на Правмире опубликовали материал: в Башкортостане чиновники Минздрава делают буквально всё, чтобы не закупать препарат стоимостью 50 миллионов в год для больного ребенка…

— Знаете, почему они не закупают? Денег у них нет. У нас в здравоохранении, еще раз повторюсь, сколько денег, столько лекарств, такая зарплата будет. 

Я вас уверяю, многие губернаторы, прочитав эту программу, смогут понять, в каком направлении надо действовать и будут союзниками в выделении дополнительных средств на здравоохранение, ведь от доступности медицинской помощи зависит сбережение российского народа и социальная стабильность в стране и регионах. Мы в здравоохранении через увеличение этой доступности можем достаточно быстро обеспечить спокойствие населения. Люди будут знать, что в трудную минуту им государство не откажет в доступной и качественной медицинской помощи. 

— Одна из самых острых проблем, которую вы обозначили, это отсутствие лекарств, в том числе, из-за импортозамещения. Эту проблему можно решить быстро, например, беспрепятственным закупками?

«Хочешь помочь пациенту — придется лгать государству». Будут ли московские больницы бесплатно лечить иногородних
Подробнее

— Сейчас не хочу касаться, импортные или отечественные, это отдельная тема для разговора. Мы сегодня выделяем на лекарства в амбулаторных условиях, то есть по рецепту врача, около 230 миллиардов рублей. А нам надо минимум в 3 раза больше, чтобы не только отдельные граждане, имеющие льготы, но и всё население получали бесплатные лекарства и в достаточном количестве, если врач выписал рецепт.

— Можно ли что-то изменить снизу? Допустим, люди, если они не получают…

«Врачи РФ» проголосовали за своего кандидата в министры здравоохранения – вот вам и снизу. Они же хотят изменить ситуацию к лучшему, поэтому и выразили свое мнение. Голосовали-то они не за меня лично, а за мою программу. 

— Вы еще написали, что если министр не примет меры, произойдет коллапс в отрасли.  Что вы называете коллапсом? Может быть хуже, чем сейчас?

— Понимаете, у нас в здравоохранении есть поток пациентов и есть пропускная способность системы, она, особенно в первичном звене, определяется количеством врачей. А если их будет мало, то построенные ФАПы, новые поликлиники, оснащенные современным оборудованием, будут пустыми. Население будет недовольно, вот вам и коллапс. 

— Несколько пунктов простыми словами, что нужно сделать министру? Я так поняла, в первую очередь увеличить финансирование?

 — Увеличить финансирование, и эти деньги должны пойти на три приоритетных направления – ликвидацию дефицита медицинских работников, в первую очередь — путем увеличения оплаты их труда, массовое повышение квалификации медицинских кадров, включая повышение оплаты труда профессорско-преподавательского состава вузов, особенно в регионах. Третье, на создание системы всеобщего лекарственного обеспечения для всех граждан, чтобы лекарства были доступны не только определенным категориям. Не только деньги плюсом, а важно на что они пойдут. Финансирование же можно направить только на стройки. Но это не изменит доступность и качество медицинской помощи. У нас доступность и качество медицинской помощи, в первую очередь, определяет доступный и квалифицированный врач.

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: