Главная Поток записей на главной
«На массаж к инвалиду? Да вы что?»
Фото: Сергей Щедрин
«На массаж к инвалиду? Да вы что? Давайте я вам так 500 рублей отдам», — говорили Миле Халяпиной. Пять лет назад она открыла в Рязани массажный салон «Легкость», где работают незрячие. Совсем скоро она поняла, что массажу несложно обучить людей с почти любыми особенностями здоровья, но вот сделать так, чтобы они перестали себя жалеть, оказалось самым трудным.

«На массаж к инвалиду? Да вы что?»

В массажном салоне работают незрячие, но люди этого не замечают
Фото: Сергей Щедрин
«На массаж к инвалиду? Да вы что? Давайте я вам так 500 рублей отдам», — говорили Миле Халяпиной. Пять лет назад она открыла в Рязани массажный салон «Легкость», где работают незрячие. Совсем скоро она поняла, что массажу несложно обучить людей с почти любыми особенностями здоровья, но вот сделать так, чтобы они перестали себя жалеть, оказалось самым трудным.

«А вы что, сами не видите?»

— Все сотрудники здесь вкалывают, все умеют работать, и спрос с них, как со здоровых, — рассказывает Мила Халяпина, хозяйка салона. — Никто их не жалеет. У меня девиз по жизни: все люди разные, но при этом все равные. Но как раз, когда я пошла к ним домой проводить собеседования, поняла, что первый, кто не верит в эту идею, — я сама. Потому что у меня был страх: а вдруг они какие-то особенные, а вдруг с ними что-то не так?

Многие клиенты долгое время не знали, что ходят на массаж к незрячим.

После фраз «давайте я вам так 500 рублей отдам» Мила решила, что рассказывать об особенностях здоровья своих массажистов не за чем. 

Обычно оплату всегда принимал либо администратор, либо Мила, но однажды сотруднице с частичной потерей зрения — она различала только силуэты — пришлось сделать это самой, так как вечером больше никого не было. Девушка сама, нащупав кнопки, нажала цифры на терминале и попросила клиентку проверить, все ли правильно.

— Вы посмотрите: вот здесь вот 900 рублей написано? 

— А вы что, сами не видите?

— Нет, я слепая.

Клиентка была на массаже около восьми раз и ни о чем не догадалась. Уходя, она плакала.

«Опять какая-то подачка?»

Все началось с того, что близкий друг Милы потерял зрение. На вопрос, какую профессию он может освоить, молодой человек разводил руками: «Да можно поехать на массаж отучиться… Но я приеду, а работать все равно негде». Так Мила решила открыть в Рязани массажный салон.

— Опыта на тот момент в бизнесе у меня вообще не было. Я просто полетела рассказывать всем знакомым, друзьям о том, что есть такая идея, нашла инвестора, который согласился со мной 50 на 50 разделить все расходы, — вспоминает Мила со смехом, удивляясь собственному поступку. — Мы начали прямо с ошибок! Зарегистрировали бизнес, нашли, где купить оборудование, выбрали место — и только потом обратились в Общество слепых. Я даже не задумалась: идея классная — открываемся!

Мила Халяпина

Мила взяла список с номерами телефонов незрячих, которые уже отучились на массажистов и теперь, получив среднее медицинское образование, не знают, чем заниматься.  Она стала звонить им и ездить по домам, чтобы пригласить к себе на работу.  Приходила к незнакомому незрячему человеку и расписывала, что его ждет на новом месте: «Смотрите, я специально для вас сделаю все условия, чтобы вам было комфортно». 

Но ни разу она не услышала ответа: «Вау, классно! Мы сейчас будем работать!» Один за другим повторяли словно заученную фразу: «Это что, от государства? Опять какая-то подачка? А что вы за это получаете?» А Мила ничего не получала, ей просто хотелось заняться чем-то интересным и дать незрячим работу.

«Вы тут издеваетесь над инвалидами»

— Я заметила, что некоторые люди с ограниченными возможностями здоровья привыкли еще с 90-х годов к словам «льготник», «мне все должны», «я инвалид». И я ребятам стала объяснять, что ни в коем случае недопустимо себя выделять как особенных. Наоборот, нужно своим качеством сервиса показать, что мы намного круче остальных. 

К нам должны ходить не потому, что нас жалко, а потому, что нас выбирают при прочих равных.

Но мне потребовалось очень много времени, чтобы это сделать…

С одной из своих первых сотрудниц, Антониной (имя изменено), попрощались очень быстро. 

— Она плакалась клиентам, что у ее ребенка нет коляски. Но я об этом узнала, когда люди толпой начали привозить коляски к дверям салона. Дальше — больше. Выяснилось, что Тоня просто рассказывала о своей «проблеме» всем подряд, а потом продавала эти коляски на Avito. Когда ее поймали, тут же запретили это делать. Но историей с колясками дело не кончилось.

Потом поняли, что Антонина уводит клиентов к себе или же делает массаж у них на дому. Сначала это заподозрил администратор и попросил знакомых позвонить ей с личных номеров, чтобы записаться на массаж. Она брала трубку и каждому говорила: «Да, в салоне можно. Но давайте, я лучше приеду к вам домой и сделаю дешевле». 

Мила объяснила девушке, что такая сотрудница салону не подходит, после чего Антонина получила полный расчет и такси до дома. Но даже спустя полгода в салон приходили пожилые женщины и приносили сумки с одеждой: «Это для Тони. Передайте Тоне!»

 — И я думаю: «Господи, Тоня…» Ну вот правда, мне что — ей передавать? — Мила сидит за массажным столом и со смехом берется за голову. — Это весело, но ведь я же понимаю, что приносили ей вещи не очень богатые люди, которые живут на пенсию. И мне так стыдно было, что она выпрашивает одежду…

Еще долго после Мила пыталась втолковать сотрудникам, что нельзя жаловаться и называть себя особенными или несчастными: «Ребят, ну какие коляски, вы что? Я понимаю: вы привыкли, что вам дадут, если вы попросите. Но зачем так делать, когда ты действительно не нуждаешься».

— Это я пришла с таким проектом и сказала, что буду им платить. А до этого у них была история про то, как бы выжить — любыми копейками. Они так привыкли. Перевоспитать их — это как взять ребенка из детского дома и требовать от него, чтобы он вел себя так, будто его с детства любили.  

Со временем салон расширился, там появились новые, в том числе и здоровые сотрудники. Одна из них, Катя (имя изменено), — ухоженная девушка, которая получала достойную зарплату, — стала делать то же самое, что и незрячая Тоня.

В салон пришла ее клиентка и протянула администратору пакет:

— Вы не могли бы Кате передать одну вещь? 

— А что это?

— Ну это колготки… Она просто смотрела на мои и говорила: «Ой, какие у вас колготки красивые, а я себе такие позволить не могу».

Но и сама Мила тоже не раз начинала жалеть своих массажистов.

Одна незрячая девушка постоянно рассказывала, как ей плохо живется: «Ой, у меня с мужем не ладится, на работе предыдущей ужасно было, ютимся в общаге». Мила очень хотела ей помочь и приносила одежду, возила девушку по магазинам. А потом поняла, что штат большой — и вот так с каждым сотрудником дружить невозможно. Но если ты уже подружился, то быть директором поздно. 

После того, как Мила попыталась «включить режим руководителя», массажистка ушла с работы со словами: «Вы тут издеваетесь над инвалидами!» Хотя от нее требовали ровно столько, сколько от других, — быть сотрудником и работать добросовестно. 

Потерял зрение в пьяной драке — и стал массажистом

Со временем о салоне «Легкость» узнали незрячие из других городов и начали приезжать сюда, чтобы учиться и работать. Мила гордится тем, что так здесь встретились люди, которые потом поженились. 

— Сначала к нам устроилась Оксана: у нее частичная потеря зрения, девушка сама может ориентироваться в городе и ездить на транспорте. До этого она работала медсестрой, потом — массажистом в детской поликлинике, но это давалось тяжело, потому что дети — это самые капризные клиенты. Получала она в районе 11–12 тысяч. Не доверяла она и нам: приходила работать только на полдня после смены в поликлинике. Когда клиентов стало больше, она перешла сюда на полную ставку и даже начала преподавать на курсах массажа. 

Награды салона

Ее будущий супруг Роман приехал в Рязань из Ярославской области. У многих, кто работал в салоне, было хотя бы остаточное зрение, они различали силуэты, цвета, а он не видел вообще ничего — потерял зрение в пьяной драке. Врачи думали, что молодой человек притворяется, но тот действительно перестал видеть. 

Он долго пролежал в депрессии, хотя социальные службы пытались его переобучить и вернуть к жизни. Чаще всего такие люди обслуживают свою же организацию для незрячих.

— Сделать так, чтобы незрячий сотрудник отправился на другую работу, — редкость.

Но ни одна профессия Роману не нравилась, потому что до этого он работал за компьютером, — рассказывает Мила. — Он не понимал, что делать дальше.

Во время одной из поездок для незрячих, на экскурсии, Роман познакомился с Оксаной, и она его позвала к себе на курсы: «Что ты тут сидишь, приходи ко мне учиться, у нас работать можно!» Так он перебрался в Рязань, освоил массаж. Полтора года назад у них с Оксаной была свадьба.

Еще одна сотрудница салона, Оля, сейчас в декрете. Когда салон только открылся, она пришла на собеседование вместе с мамой. Массажем девушка не владела.

— Я говорю: «Оль, образование нужно», — вспоминает Мила. —  Если бы она пришла позже, когда у нас появились свои курсы, я бы доучила ее у себя без проблем, а тогда еще не было такой возможности. Но девочка упорная, пошла на три года учиться! И она к нам вернулась. Я уже не могла ее не взять. Но она недолго проработала, забеременела, ушла в декрет. Обещала: «Я только родить — и сразу назад!» Мы ее очень ждем.

Полено и другие особенности национального массажа

С открытия салона здесь работали только незрячие, потому что Мила думала так: у человека, который теряет зрение, лучше обостряются тактильные ощущения. Но потом поняла, что перемещать свое сознание в пальцы может не только незрячий массажист — этот навык можно тренировать у людей с любыми особенностями: с 1 формой ДЦП, с особенностями сердца, слуха, зрения. Под каждого сотрудника нужно просто создать условия. Поэтому главный вопрос у Милы к кандидатам: в чем ваша специфика работы?

Первого сотрудника в штате, у которого другие «особенности», тоже зовут Роман: он не слышит. Отыскали его случайно. Пост в соцсетях увидела подруга Милы, которая рассказала о нем своей подруге, а та рассказала другой — и так по длинной цепочке, пока не дошло до Романа. 

Роман

Молодой человек мечтал стать хирургом, поступил в медицинский, но из-за проблем со слухом не мог учиться так, как обычные люди, и выпустился средним медработником. Еще у него были проблемы с позвоночником, из-за этого — 20 килограммов лишнего веса.  Роман искал специалиста, который бы ему помог, и нашел массажиста. После курса молодому человеку стало легче, он похудел и увидел, что массажем можно творить чудеса. Загорелся, пошел учиться на массажиста.

— И когда он начал все изучать профессионально, то понял, что это не какие-то шаманские заклинания, а медицина.

Мы его нашли уже готовым специалистом. Он любит необычные техники и умеет то, чего в нашем городе больше не умеет никто. Сейчас мы будем в очереди к нему стоять, чтобы поговорить. Клиенты его полюбили, хотя, ему сложнее всего разговаривать с людьми.

Но когда Роман только начал работать, не все у него получалось, и дело было не в умении общаться или делать массаж. Однажды к нему пришла, как назвали ее потом в салоне, «современная бабушка» — в топике, со стрижкой. 

— Здравствуйте, я Таисия Петровна, я на массаж.

— Здравствуйте, я Роман, ваш массажист.

— Спасибо, до свидания. 

Женщина повернулась и ушла. Вслед ей стали звонить.

— Вы же записаны, вас ждут.

— Ой, вы знаете, там мужчина… 

— Ладно, давайте мы вас на следующий день к девушке запишем. 

Роман подумал, что она стесняется перед ним раздеться. Когда спросил коллегу, что за массаж в итоге был нужен, удивился: просто шею помассировать. 

Пока мы с Милой разговариваем, Роман заходит к нам в перерыве. 

Сейчас у него хороший слуховой аппарат, и, если не знать, что он не слышит, о проблемах можно догадаться только по его дикции.

Он говорит тихо, низким голосом. Когда смотрит на лицо, читает по губам. О новых клиентах ему пишут сообщения — звонок он может пропустить, а если поднимет трубку, то нужно говорить медленно и громко. 

У Романа есть жена и ребенок. За время работы в салоне он успел отстроиться и завести себе дачу. Любит заниматься земледелием и делать необычные вина — из одуванчиков, роз и других растений.

На просьбу рассказать что-то о себе Роман говорит о массаже.

— Работаю… Только что вышел, сейчас опять пойду. Ко мне приходят по разным поводам. Кто-то — расслабиться, кто-то — проблемы поправить, кто-то — поговорить. Со временем учишься понимать, какой у человека темперамент. Вот я вижу, что лопатка торчит. При этом линия таза ровная, линия плеч ровная, с ногами — порядок, сколиоза нет. Начинаю спрашивать: «Ой, ну что же вы себе грызете». — «Как? Откуда вы знаете?» И объясняешь: когда вы гоняете эти мысли, посмотрите, в какой вы позе и попробуйте ее поменять. Волевым усилием примите такую позу, в которой вы чувствуете себя сильным, уверенным.

— И как, помогает?

— Да. Потом приходит: «Вы знаете, у меня в другой позе не получается думать всякую ерунду». Можете на опыте посмотреть.

— А на себе практикуете?  

— Конечно, а как же я еще работаю? Люди разные… Есть благодарные. Они могут ничего не сказать, просто улыбнуться глазами, а эта энергетика тебя окрыляет. Другие, наоборот, говорят: «Спасибо, все хорошо», но чувствуешь — что-то не так. Однажды я целый день отработал, и тут приходит парень дальнобойщик: «Мне полтора часа». Начинаю делать массаж. И у меня ощущение, что не я с ним поработал, а он со мной, у меня сил стало больше. Потом приходит девочка, худенькая-маленькая. Думаешь: ай что там делать? Просто шею помассировать 15 минут. И все, вообще никаких сил. 

Мила Халяпина

— Вообще Роман меня поражает иногда, — подхватывает Мила. — Знаете, я долго занималась модельным бизнесом. Как-то меня пригласили на съемки рекламы. И были кадры, где я еду на велосипеде, потом бегаю по парку в леггинсах и топике с открытой спиной. Светило солнце, но температура была где-то +5, было реально холодно. За 4 часа я замерзла. Потом закуталась, чай горячий попила, отогрелась и на следующий день об этом даже не вспомнила. Через день я попала на массаж к Роману. Он кладет на меня руки и говорит: «Ты замерзла». Я забыла про эту ситуацию! Два дня с моей скоростью жизни — это огромное количество событий. «Ты замерзла». — «Да ты что? Ты меня обманываешь?». — «Не спорь. Сейчас мы тебе все прогреем, болеть не будешь, все нормально». Когда прошло 45 минут и я устала с ним спорить, я вспомнила про эту съемку.

— Роман, а у вас были какие-то смешные случаи на работе?

— Да полно. Бабушки — это вообще постоянный источник приколов. Вот приходит учительница, рассказывает, что всю жизнь проверяла тетрадки, посадила зрение и заработала остеохондроз. И мы с ней проработали курс, в конце она говорит, что у нее для меня подарок. «Не надо мне никаких подарков, вы все оплатили уже». — «Нет-нет, это от души, я сама делала». И протягивает мне бутылку самогонки. Но это не так смешно, как массаж поленом, например.

Роман

— Чем-чем?

— Вот у меня такая же реакция была. Фрекен Бок, представляете? Только она все-таки изящная, а здесь просто помада, шляпа и габариты. Говорит: «Я тетенька продвинутая, разбираюсь во всех методиках, у меня лазерный аппарат дома. Что-то шея болит, решила к вам на массаж». Оказалось, это у нее хобби — за здоровьем следить. И она мне постоянно про нетрадиционные методики спрашивает. Я старался лишний раз не тревожить, чтобы всякие странные вещи она мне не рассказывала. Стараюсь молча, массирую. А ей поговорить охота.

 Вот и разговорились на свою голову.

— А как вы относитесь к полену? — спрашивает она меня. (Роман театрально передает интонацию.)

— Что? К чему? Может, я ослышался?

— К полену.

— К какому полену?

— К деревянному.

— Что с ним делать?

— Ах, вы не знаете, чему вас только в институтах учат. У-у-у, я вам сейчас расскажу. 

Значит так, берем полено, лучше всего, конечно, осиновое. И прикладываем его к больному месту. И все перестанет болеть. 

— Это ж с какой силой надо прикладывать? А вы пробовали?

— Да, у меня дома есть осиновое и березовое. Мне очень помогает.

Пока мы с Милой и нашим фотографом смеемся на весь кабинет, Роман продолжает историю. 

— Потом на самый последний сеанс она приходит — и прямо с порога начинает опять…

— Ой, я такой метод услышала по радио. Надо взять в зубы решетку, через которую муку просеивают. Потом берем ложку и бьем по решетке. Эти клеточки вибрируют, вибрация передается на челюсть, от нее — на мышцы головы, и голова не болит.

— А вы пробовали?

— Роман, вы мне так хорошо размассировали, что у меня ничего не болит. Но когда попробую, я вам позвоню. 

Массажист с особенным сердцем

Сергей

Еще один сотрудник салона — Сергей. Он заглянул только на минуту и попросил нас переместиться в другой кабинет. Молодой человек приехал сюда из деревни в Рязанской области. У него врожденный порок сердца, и для родителей было чудом, что их сына спасли: ребенка вертолетом пришлось доставлять в Москву на операцию.

— Он мог бы не выжить. У него в сердце искусственные клапаны, — объясняет Мила. — Но он не говорит об этом. Если где-то в разговоре и всплывает, мы стараемся особо даже не спрашивать. Он всегда старался вести себя как обычный человек без ограничений. 

Сергей получил высшее образование, работал логистом, но в этой профессии он себя не нашел. С Милой он был знаком давно. Когда открыли салон, он заинтересовался и даже помог с рекламой. И как-то раз Мила спросила: «Слушай, может, ты тоже начнешь учиться?» — «Ну что ж, с меня ведь не убудет». И Сергей, окончив курсы, пришел в салон. Клиенты полюбили его за подход сильной руки — он изучал сложные стронг-техники. 

В салоне есть разделения по сменам. Новый клиент попадает к одному из специалистов, а дальше Мила смотрит: человек пришел один раз или начал ходить курс  и привел своих знакомых. Так оценивается, насколько нравится мастер. Сергей поставил рекорд по возвратности.

Сергей

— К тому же это человек, который многое умеет делать руками. Он и массажист, и хозяйственник: потекла крыша — пошел крышу отремонтировал, снег навалил — снег почистил. Чтобы здесь ни случилось с лампочками, потолками, оборудованием, он всегда знает, как отремонтировать. И к нашему организму он относится как к какой-то структуре: отремонтирует все. 

«Многие думают: если модель, то обязательно дура»

Мила профессиональная модель, преподает в рязанской модельной школе. Но не все люди понимали, как девушка с обложки может придумать что-то социально полезное.

— Есть же стереотип: если это модель, то обязательно дура. И один рязанский интернет-портал, который лично меня не знал и никогда не брал у меня интервью, не спрашивал разрешения использовать фото, залез на мою страницу в соцсети, нашел самую провокационную фотографию с бокалом вина и выставили ее с надписью: «Опять рязанская модель рвется на федеральный уровень». И такая пропитанная желчью статья! Я была в шоке.

Мила со своим проектом уже дважды стала лучшим предпринимателем, а на базе министерства труда салон сам готовит специалистов.

Люди из Рязани и других городов поняли, что профессия массажиста востребована, потому что сюда приезжают клиенты даже из других стран. При средней зарплате в регионе около 30 тысяч, рекорд зарплаты в салоне достигал 84,5, а меньше 50 уже не бывает ни у кого.

— Я привыкла к хейтерам. Мне часто пишут о том, что я из себя ничего не представляю, но слишком много о себе возомнила. Но теперь всякий раз, когда я рассказываю про свой социальный проект, нигде не даю ссылку на личную страницу и фотографируюсь как на паспорт (смеется). Стараюсь не смешивать свою личную жизнь, модельный бизнес и массажный, потому что в глазах некоторых людей это несовместимые социальные роли. В их сознании модель не может быть успешным предпринимателем. Но они все-таки не правы.

Фото: Сергей Щедрин

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.