«Нам
В Воронеже закрывается один из трех приютов для бездомных — на улице Дружинников, 15. Без крыши над головой остаются порядка 20 мужчин и женщин. Как это переживают сами бездомные и что ждет их дальше — в материале «Правмира».

Что случилось с приютом «Луч»

В Воронежской области помощь бездомным людям оказывает организация «Рассвет». На благотворительные пожертвования волонтеры создали три приюта, куда забирают с улицы бездомных. Там они могут получить медицинскую помощь и восстановить документы. 

— Бездомные живут в трех местах: на улице Молдавской, в Тишанке и пансионате «Луч», — рассказал «Правмиру» Виктор Кочнев, руководитель общественной организации «Рассвет». — Раньше «Луч» работал на улице 45-й Стрелковой Дивизии, его постояльцы позже переехали на Дружинников. Каждый из этих приютов имеет собственное назначение. 

На улице Молдавской и в Тишанке (там по 10-12 мест) живут люди, которые уже прошли первые этапы социализации: перестали пить, вылечились, готовы работать.

Приют на улице 45-й Стрелковой Дивизии на 18 мест — это своего рода транзитный карантинный пункт, куда люди попадали прямо с улицы. Там много инвалидов, которые не могут себя обслуживать.

Приют «Луч» на улице 45-й Стрелковой Дивизии существовал с 2014 года. Он работал в частном доме, который передала «Рассвету» Евдокия Коротких. Она приобрела это здание под офис, но потом пожертвовала бездомным — в память о брате. В Казахстане после увольнения из милиции ему пришлось освободить служебную квартиру. Стал пить, оказался на улице, а потом умер.

Фото: Андрей Архипов / riavrn.ru

— Евдокия Коротких передала дом «Рассвету» на полгода. Но, увидев, что бездомные обустроили быт, убрали мусор, вставили стекла, решила не выгонять их. За шесть лет постояльцы обросли хозяйством, даже завели кроликов, — вспоминает Виктор Кочнев.  

В июле этого года впервые за почти 10 лет существования приютов туда пришла с проверкой прокуратура. Филиалы на Молдавской и в Тишанке проверку выдержали, а вот пансионат «Луч» на 45-й Стрелковой Дивизии надзорное ведомство потребовало закрыть. Причина — нарушения правил противопожарной безопасности. В приюте выявили 26 нарушений, в том числе отсутствие вторых эвакуационных выходов, автоматической пожарной сигнализации, системы управления эвакуацией при пожаре и оповещения.

«Рассвету» вынесли представление о нарушении ч. 3 ст. 228 ГК РФ (собственность на жилое помещение). Согласно этой статье, предприятия и учреждения должны располагаться в помещениях, имеющих статус «нежилое». А дом был жилым. 

— Дома, где живут бездомные, юридически не связаны с организацией «Рассвет» и являются частной инициативой добровольцев.

После того, как прокуратура пыталась предъявить нам нарушение ч. 3 ст. 228 ГК РФ, мы предпочитаем называть места размещения бездомных шелтерами (убежищами).

Шелтеры не требуют перевода помещения в нежилое для размещения там людей, — пояснил Кочнев.

Тем не менее, прокуратура подала иск в суд, чтобы закрыть это место по причине нарушения противопожарных требований. После этого руководство «Рассвета» решило пойти навстречу надзорному ведомству и все-таки закрыть приют.

18 июля по предложению главы управы Коминтерновского района бездомные переселились из дома 143 на улице 45-й Стрелковой Дивизии в дом 15 на улице Дружинников, сообщали «Такие дела».

Подопечные организации сами перевезли мебель, транспортировали лежачих постояльцев и стали обживаться на новом месте. 

Однако уже через месяц власти сказали бездомным подыскивать себе новое помещение.

На чемоданах

Две квартиры на первом этаже дома на Дружинников — это мужская и женская части приюта. Они расположены в разных подъездах. Еще год назад эти помещения занимала другая благотворительная организация — «Назорей». Она оказывала помощь людям, которые освободились из мест лишения свободы. 

Как говорят постоянные жильцы дома, с теми соседями они сполна хлебнули горя. Были и драки, и дебоши, и угрозы всякого рода… После того, как «Назорей» съехал, поселившиеся на их месте бездомные показались местным настоящим подарком судьбы. 

Курение и распитие спиртного в «Рассвете» под строгим запретом, и это уже решает множество проблем.

В приюте живут и молодые, и пожилые люди. При самом худшем раскладе, если собственник потребует освободить квартиры, а нового помещения не найдется, первые еще как-то смогут существовать самостоятельно, пусть даже на улице. А вот пенсионерам и людям с инвалидностью будет тяжело.

В одной из комнат в женской половине дома на кровати лежит Ольга — пожилая женщина без ноги. Она приходит в себя после операции по ампутации. Незадолго до нашей встречи Ольга лежала в больнице с трофическими язвами ноги. Пациентку, которую привезли в клинику прямо из приюта для бездомных, поспешили скорее выписать, не долечив. Она вернулась в приют, и раны вновь открылись. Ногу пришлось ампутировать во время повторной госпитализации.

По мужской половине приюта экскурсию нам проводит Равшан. Он показывает комнаты с двухэтажными кроватями, расставленными вдоль стен. На некоторых из них лежат постояльцы приюта. 

Равшан заводит нас в маленькую кухню и показывает гору овощного салата, который только что приготовил для всех. Равшан в «Луче» за повара.

— Я из Казахстана, приехал в Москву на заработки. Но в метро срезали барсетку со всеми документами, — рассказывает он. 

— Друзья помогли приехать в Воронеж — тут полиция не так к мигрантам без документов придирается. Потом познакомился с Виктором Анатольевичем Кочневым. Он помогает восстановить документы, а я тут пока живу. Прихожу с работы, начинаю готовить и по хозяйству что-то делать. Тут же инвалиды по большей части, вот я и помогаю.

В планах Равшана, по его словам, возвращение в Казахстан, независимо от того, закроют приют или нет. Там живут его родители.

С одной из кроватей поднимается пожилой мужчина, его зовут Сергей. Он сам подходит к нам, чтобы почитать стихи собственного сочинения. Его соседи по комнате с восклицаниями: «О-о-о, началось!» — выходят. Стихи о любви, о весне, очень длинные, и их у него много. Мы пытаемся переключить его со стихов на рассказ о себе. Но мужчина, сказав два слова о своей прошлой жизни (работал слесарем, пока что-то делал руками, сочинял стихи), переключается на сына. Он им очень гордится.

— Сын у меня работает в Питере, в ФСБ, с отличием окончил международный факультет, попал в топ-лист лучших юристов России, — перечисляет Сергей.

На то, что сын его заберет к себе, Сергей не рассчитывает («Он занят очень, да и не в России сейчас…»). Мужчина надеется и дальше получать помощь от «Рассвета», пусть и в другом его филиале.

Свадьба сорвалась

В приюте намечалась свадьба, но, похоже, в ближайшее время она не состоится. С просьбой к Виктору Кочневу отвезти их в ЗАГС обратились Сергей Митрофанович и Светлана. Жениху 60, невесте — лет на 15-20 меньше (от Светланы мы так и не добились, сколько ей лет). 

Сергей Митрофанович пришел в приют из дома престарелых. Говорит, что в приюте для бездомных лучше. Светлану он приметил в приюте в Тишанке, куда их обоих поселили волонтеры «Рассвета».

— Увидели друг друга, поговорили немного и сразу влюбились, — вспоминает он. — У человека хорошая душа. Светлана — добрая женщина, мудрая. Да, попала в какую-то ситуацию, но надо же прощать…

Будущие супруги хотели не просто съездить в ЗАГС, но и сыграть свадьбу. Как в советские времена — вынести столы во двор, накрыть их, созвать всех. 

Благо, двор дома на Дружинников позволил бы провести такое мероприятие. Но теперь планы откладываются до лучших времен. Руководителю «Рассвета» просто не до организации свадьбы.

Как сложится жизнь, когда поженятся, Сергей Митрофанович со Светланой представляют смутно. Теоретически, говорят они, можно было бы попробовать снять комнату на двоих. Но это через какое-то время. Сначала, как они рассчитывают, в «Рассвете» Светлане помогут сделать документы (они у нее утеряны), потом инвалидность оформить. А на пенсию по инвалидности Светланы да пенсию по старости Сергея Митрофановича, может, и получится жить отдельно.

Почему приют снова закрывают?

Как говорит Виктор Кочнев, приют работал в доме на Дружинников на птичьих правах — администрация не подписывала с ним никаких документов. Но съезжать ему некуда. Для такого контингента, как бездомные люди, очень мало кто готов предоставить помещения. Тем более — бесплатно.

— Мы не жалуемся и не цепляемся за это место, будем искать другое, но сейчас нам просто некуда идти, — говорит Виктор Кочнев. — Пока же ситуация такова, что мы приостановили прием людей с улицы. Вот нам недавно звонили из больницы, просили забрать женщину, которой некуда идти. А мы отказались. Потому что нам теперь тоже некуда ее забирать…

В Воронеже нет муниципальных организаций для бездомных. 

— Существуют приюты православной церкви, где оказывают помощь женщинам с детьми, оказавшимся в трудной жизненной ситуации. Есть дома престарелых, куда могут попасть пожилые и инвалиды. Но таких организаций, которые бы оказывали помощь здесь и сейчас, забирали с улиц всех людей подряд, нет, — объясняет руководитель «Рассвета». — В теплое время года бездомных, которые ищут крышу над головой, немного. Так что постояльцев с улицы Дружинников можно будет перенаправить в оставшиеся два убежища. Но чем холоднее на улице, тем больше людей ищут крова, и принять их нам будет уже просто некуда.

Фото: Игорь Филонов

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.