«Ненавижу музыкалку!» — кричала дочь. И я не знала, что ответить

«В нашей семье музыкантов не было»

В моей семье музыкантов нет. Есть крестный — профессор в консерватории. Обе его дочери учились в ЦМШ (Центральной музыкальной школе), потом поступили в консерваторию и сейчас концентрируют. Мне всегда казалось, что у человека должны быть способности, как у этих девочек, тогда стоит идти в музыкалку. Иначе практически ежедневные занятия забирают всю твою жизнь.

У меня пример младшего брата перед глазами. Он мечтал о дзюдо, а мама сказала: «Тебя там переломают» и отдала его на фортепиано. Шесть лет он играл кое-как в музыкалке, а в седьмом классе, когда начались проблемы в обычной школе, наконец, бросил. Морально музыкальная школа его сломала. Сейчас он не сыграет ничего, потому что не помнит — мозг словно все вычеркнул. 

Я зареклась — мои дети в музыкальной школе учиться не будут.

Дочь Маша пошла в первый класс. В школу приходят педагоги из музыкалок. У нас в районе две музыкальных школы, они конкурируют между собой, поэтому посылают ходоков, устраивают мини-концерты, заманивают. Помню, дочь прибежала чуть ли не 1 сентября: «Мама, я хочу в музыкальную школу!» Ее заинтересовали.

Я сказала, что нет, это тяжело. Помимо обычной школы она записалась на рисование, английский, в бассейн. Говорю: «Доченька, тогда мы должны будем все бросить и ходить только в музыкалку». Отговорила. 

Мария пошла во второй класс, и опять такая же история. Потом учительница по музыке в школе стала оставлять ее после уроков, заниматься на фортепиано и передавать через Машу: «Вы делаете большую ошибку, что не отдаете девочку в музыкальную школу». Мало того, она рекомендовала купить ребенку инструмент, потому что готова с ней заниматься индивидуально, еще и бесплатно. 

Купили электронное пианино по рекомендации нашего профессора. Маша стала заниматься сама по урокам в YouTube. Играла «Битлз», музыку из «Титаника». И получалось нормально, а не просто там «Антошка, Антошка, пойдем копать картошку».

И тут — лето перед третьим классом. Она уже и проситься перестала, занимается себе дома, играет. А я вдруг в августе понимаю, что, может, ребенка своим упрямством чего-то лишаю? Может, ей это и правда нужно? Пусть не в консерваторию пойдет, но вдруг в группе музыкальной играть сможет! Ей рок нравится. 

Сама предложила Маше пойти в музыкальную школу. Она согласилась. Правда, сейчас говорит, что тогда перехотела, а я ее заставила. 

«Хор, фортепиано, оркестр — везде она успешна»

Пришли мы в начале сентября, но оказывается, все уже зачислены, мест в школе нет. Я попросила хотя бы послушать ребенка. Вдруг вообще не стоит рыпаться, если данных нет. Позвали пожилую учительницу, которая чуть ли не основательница школы, а сейчас завуч. Она провела с Машей несколько испытаний. Выходит из кабинета: «Это 10 из 10. Мы не имеем права ее не взять. Вы сейчас месяц позанимайтесь платно, за этот месяц мы ее 100% пристроим на инструмент. Но она в третий класс идет, пятилетнюю программу не успеет освоить, надо думать, как быть». 

В итоге Машу запихнули на предпроф на хоровое отделение. Мест на фортепиано не было, а там количество часов по фортепиано такое же, плюс дочь хорошо поет.

Правда, оказалось, что у дочери много талантов: и математика на хорошем уровне, и гуманитарные предметы на отлично сдает, и рисует прекрасно, и организаторские способности развиты. Нет чего-то одного, на что можно было бы сделать ставку. 

Так Мария пришла в музыкальную школу, учась в третьем классе, и экстерном перепрыгнула сразу во второй. Она смышленая, активная, оказалась в музыкальной школе востребована. Пианистов приглашают в народный оркестр играть на гуслях. Но это не гусли Садко, которые на колени кладут, а инструмент частично с клавишами, на котором играют огромным медиатором. Хор, фортепиано, оркестр — и везде она успешна.

Всем очевидно, что заканчивать музыкальную школу ей будет тяжело. Мы трепещем и ждем этого с ужасом.

«Ненавижу ее! Уйду из музыкалки»

У Маши есть педагог по фортепиано. На хоровом отделении инструмент идет как основной и по часам равен нагрузке пианистов. Педагог замечательный. У нас с ней доброжелательные отношения. Но дочь показывает ей характер. А учитель может и голос повысить, и по пальцам долбануть, и оценку занизить в воспитательных целях. Маша пришла как-то раз домой в истерике, ревет: «Ненавижу ее! Уйду из музыкалки, брошу все». Я ей валидол капаю, говорю: «Отоспись, завтра в школу не ходи, уроки не делай…»

Таких истерик было несколько. Не раз она хотела бросить музыкалку. У нас даже драка была. Года два назад Маша пришла и по-хамски заявила: «Не буду ходить, мне тяжело». А я говорю: «Ты гуляешь много». И правда, по зрению врачи сказали ей полтора часа в день гулять, а она может целый вечер где-то бродить с подружками. 

Дочь уроки быстро делает, ничего на потом не откладывает. Но я говорю, мол, если не успеваешь в музыкалке, то не гуляй. А она стала огрызаться. Я многое могу простить, но хамство терпеть не собираюсь. Она продолжала меня провоцировать. Взрослой девочке я дала подзатыльник. Ее потрясло, что мама так может.

В конце того разговора я сказала: «Иди и сама забирай документы». Она и правда пошла к завучу. Та поговорила с ней по душам, предложила перевестись на более простую программу, чтобы завершить начатое. В итоге дома мы договорились, что Маша доучится не для учителя, а для себя. Она прекрасно понимает, что мы с отцом относимся к ней по-взрослому, доверяем, поэтому и она должна ответственно подходить к учебе, в том числе в музыкальной школе.

Поменялся педагог — и все стало иначе

Но если честно, то я все равно жалею, что отдала дочь в музыкалку. Если бы у нас было больше денег, мы бы просто наняли преподавателя по фортепиано, потому что и языки, и танцы, и рисование, и спорт, и музыка — это всестороннее развитие ребенка. Но музыкальная школа сама по себе забирает ну слишком много сил и времени. 

И хотя я все для себя решила (никаких музыкалок больше никогда), вторая дочь тоже поступила в музыкальную школу.

Каждый сентябрь я прихожу подписывать договор о продолжении обучения. Пришла с младшей, которую оставить было не с кем. Надо сказать, что Таня хорошо рисует. И в музыкалку она никогда не просилась. Начинаю подписывать документы, а завуч вдруг спрашивает: «А на каком инструменте играет Танечка?» — «Ни на каком». — «Как ни на каком?» Схватила и потащила ее на второй этаж. Я была в полной уверенности, что ребенка развлекают, пока я подписываю бумаги. 

Возвращается завуч и говорит: «Ей домра понравилась. Сейчас познакомлю вас с педагогом». Педагог приходит, Таня аж светится: «Хочу на домру». 

Даже не сразу поняла, что наделала. Открываю телефон, смотрю, что за домра такая? Оказывается, русский народный инструмент. 

Первые два года с педагогом Ириной Анатольевной у Тани была абсолютная любовь, полет, много музыки и конкурсы. Потом по семейным обстоятельствам она уволилась. И после каникул мы пришли к другому педагогу — женщине лет шестидесяти с Урала. Она бывший директор музыкальной школы, руководитель отдела народных инструментов, и поэтому размах у нее директорский. Правда, в нашей музыкалке она оказалась зажата в тиски, но амбиции никуда не денешь. Ее детище — оркестр. Фокус на индивидуальных занятиях сошел на нет. На конкурсы теперь моя дочка не ездит, сольно не выступает. Ходит в оркестр и тихо жалуется.

У нового педагога все жестко: ни в коем случае не пропускать занятия, репетиции, инструмент на первом месте. Правда, одновременно у дочки пропала любовь к домре. Таня говорит: «Да, надо доучиться, но не хочу и сил нет». И все ее занятия сейчас напоминают поход на нелюбимую работу, когда зарплату дают, надо идти, но желания нет.

Если с Машей я принципиально настаиваю, чтобы она окончила музыкалку, то с Таней — нет. У нас был случай, который перевернул мое отношение на ее счет. На отчетном концерте мою дочь посадили не солисткой, как планировали и ожидали, а в общую массу. А девочка, которая уже не занимается в школе, появлялась раз в неделю на репетициях оркестра, вдруг выступила в роли первой скрипки. Моя дочь ходит четыре раза в неделю в музыкальную школу, зубрит партии, выполняет все требования педагога и по совместительству дирижера, тут внезапно на последних ролях. Оказалось, родители приглашенной солистки сдружились с преподавателем и он сделал такой реверанс семье. Увы, подобные ситуации повторялись еще дважды.

Если бы была здоровая конкуренция в оркестре, у меня не возникло бы вопросов к педагогу. Но когда возникает несправедливость, то какой пример это показывает ребенку? Это непрофессионально. Решила, если Таня скажет: «Мама, я больше не хочу», — то мы уйдем из музыкалки. 

Фото: freepik.com