«Ночлежка»: наша задача – помочь человеку выбраться с улицы

Организация «Ночлежка» существует в Петербурге с 1990 года, с момента создания она помогла более 100 тысячам бездомных. В этом году филиал «Ночлежки» должен открыться и в Москве. Григорий Свердлин, руководитель организации, рассказал «Правмиру» о том, что помочь деньгами и едой – этого еще недостаточно, чтобы увести человека с улицы.  

Благодаря «Ночлежке» более 20 000 человек, оказавшихся на улице, получили социальную и юридическую помощь. 3 420 человек жили в приюте, и каждому из них специалисты по социальной работе, юристы и психологи организации помогали в решении их проблем. 60% этих людей выбрались с улицы, 160 прошли полугодовую программу по избавлению от алкогольной зависимости, из них 82 закончили ее в трезвости.

Ежегодно «Ночлежка» устанавливает три палатки для обогрева, в каждой из которых одновременно греются по 40-50 бездомных. В 2016 году «Ночлежка» открыла «Культурную прачечную» – единственную в стране бесплатную прачечную для бездомных людей, в 2018 году откроет душевую и круглогодичный пункт обогрева, а кроме того, планирует прийти в Москву.

Даже 200 организаций не хватит, чтобы помочь всем бездомным

– Какие из ваших проектов приедут в Москву – приют, консультационная служба? А «Ночной автобус» будет?

– Мы планируем открыть приют на 20-30 мест и консультационную службу, ее пропускная способность будет человек 40 ежедневно. В консультационную службу в Петербурге у нас приходит примерно 60 человек в день, но московская – по крайней мере, поначалу – будет поменьше.

А дальше мы будем сотрудничать и дружить со всеми московскими организациями и смотреть, чего больше всего не хватает. Если мы поймем, что не хватает «Ночного автобуса», значит, будет «Ночной автобус». Если поймем, что недостаток в пунктах обогрева, значит, будем увеличивать их количество.

Возможно, сразу рядом с приютом появится душевая и пункт выдачи – это такие специально сделанные контейнеры с окошками, в одном из них будут вешалки и будет разложена пожертвованная москвичами одежда секонд-хенд, которую волонтеры будут раздавать – это то, как сейчас устроена раздача вещей в Петербурге. Душевая – это отдельный модуль, который позволяет нескольким десяткам людей помыться и некоторым еще – постирать и высушить свои вещи.

Григорий Свердлин. Фото: Надежда Киселева‎ / Facebook

– Но прачечную пока тоже не планируете?

– На первых порах нет. База – это приют и консультационная служба, то, что, как мы видим на примере Петербурга, будет помогать людям выбираться с улицы. Дальше мы будем смотреть и советоваться с московскими коллегами, чего больше всего не хватает, потому что одна «Ночлежка» никогда такую проблему не решит.

– А почему именно сейчас вы решили открыться в Москве?

– Мы давно об этом думали, потому что в нашем уставе заявлено, что нам бы хотелось способствовать созданию в России системы помощи бездомным. То есть не только помочь некоторым бездомным города Петербурга напрямую, но и, так или иначе, всем тем людям, которые оказываются на улице. А их, по разным оценкам, в России от 1 до 2,5 миллионов.

Мы давно решили, что будем тратить силы на два больших направления. Первое – всячески распространять наш опыт. Только за прошлый год мы проконсультировали более 100 организаций со всей страны по самым разным вопросам: как в своем городе запустить «Ночной автобус», как восстанавливать те или иные виды документов, как договариваться с чиновниками, чтобы они разрешили поставить пункт обогрева?

Мы рассказываем и показываем, чтобы организации из других регионов, в том числе и из Москвы, не наступали на все те грабли, на которые уже успели наступить мы, чтобы им было полегче.

По нашим оценкам, в России от 150 до 200 благотворительных организаций, которые помогают бездомным. К сожалению, в этом поле – поле помощи взрослым – организаций, конечно, сильно меньше, чем помощи детям.

“Ночной автобус”. Фото: Ночлежка / Facebook

– По-моему, это много – 150-200 организаций, разве нет?

– На нашу Россию и на как минимум миллион бездомных это, конечно, ужасно мало. Если взять любую европейскую страну, в которой бездомных, я думаю, как минимум на порядок, а то и на два порядка меньше, то там, наоборот, на два порядка будет таких организаций больше.

Недавно мы стали не только консультировать коллег, но и проводить ежемесячные семинары. Как раз недавно был такой очередной семинар и для сотрудников благотворительных организаций, и для сотрудников госорганизаций, которые так или иначе помогают бездомным. В среднем на каждый такой семинар приходят человек 30-35.

Наши специалисты по соцработе и юристы рассказывают о том, как помогать людям оформлять инвалидность и попадать в дом-интернат, как «Ночлежка» поступает во всяких сложных случаях, когда нужно восстановить, например, паспорт СССР, потому что у человека больше не было никаких других документов.

Еще в рамках этой же деятельности мы два года назад начали проводить ежегодные конференции. Ну и, наконец, мы стали писать пособия. У нас на сайте выложены 15 пособий с подробными рассказами о том, как в своем городе поставить пункт обогрева, начиная с того, как договариваться с властями, и заканчивая вопросом о том, каким дезинфицирующим средством обрабатывать пол в этом пункте обогрева. Мы всегда все выкладываем в открытый доступ и рады, если коллеги этим пользуются.

Пункт обогрева. Фото: Ночлежка / Facebook

Наша главная цель – помочь человеку выбраться с улицы

– Есть ли возможность измерять эффективность вашей работы по распространению опыта?

– Мы стараемся это делать. Например, в Петербурге за последние пять лет запущены еще три проекта, которые консультировались у нашего «Ночного автобуса» и сделаны по его образу и подобию. Понятно, у них есть своя специфика – кто-то ездит, как «Ночной автобус», каждый день, кто-то 2-3 раза в неделю, но, тем не менее, это гораздо лучше, чем если бы таких проектов не было.

Мы фиксируем все случаи, когда наш опыт действительно пригодился. Например, пункту обогрева, который открыли в Петербурге наши коллеги из «Мальтийской службы помощи», они консультировались у нас. Сейчас в Москве открылся приют под патронажем Синодального отдела Русской Православной Церкви, их соцработники приезжали к нам на стажировку перед тем, как его открывать.

Но нам хотелось бы, чтобы этого было гораздо больше, двести организаций на огромную страну – это очень мало. Минимум 90% этих организаций занимаются гуманитарной помощью, то есть раздают одежду, медикаменты и оказывают первичную медицинскую помощь.

Но проблема в том, что эта помощь, которая, безусловно, нужна и важна, и мы сами ее оказываем и будем оказывать, – это только первый шаг на пути из бездомности. К сожалению, у многих коллег просто нет ни финансов, ни достаточных знаний, чтобы нанимать на работу юристов, специалистов по социальной работе, которые будут помогать людям выбираться с улицы.

На консультации. Фото: Ночлежка / Facebook

«Ночлежка» существует, чтобы помогать людям выбираться с улицы, и мы именно в этом видим свою основную цель.Поэтому второе большое направление, которое кажется нам тоже очень важным, – это просвещение.

С помощью различных проектов мы стараемся рассказывать о причинах бездомности, о том, почему на самом деле люди оказываются на улице, говорим, что можно помочь людям выбраться с улицы, что вовсе не все бездомные – алкоголики, что алкоголь – это обычно следствие бездомности, а не ее причина, и так далее.

Мы пытаемся развенчивать эти стереотипы о бездомности в попытке изменить ситуацию в целом, а не только помочь отдельным людям напрямую.

Мы давно думали о том, что было бы здорово сделать приют и консультационную службу в Москве, но у нас не хватало на это сил, потому что объективно на помощь бездомным очень тяжело собирать деньги. Некоторое время в 2010-2011 году мы были на грани выживания. Потом начали как-то развиваться, и появились эти направления.

Создание приюта и консультационной службы в Москве мы воспринимаем как следующий шаг в нашем развитии. Для нас это, с одной стороны, возможность помочь напрямую конкретным людям в Москве, а с другой – возможность в Москве представить нашу модель помощи, такую, по которой нам кажется важным и эффективным помогать бездомным.

Например, через петербургский приют проходит от 140 до 200 человек в год. Из них чуть больше половины – от 70 до 100 человек – выбираются с улицы только благодаря приюту, я не говорю о консультационной службе. Нам кажется, что это такие цифры, за которые не стыдно. Это реальные люди, которые благодаря и своим усилиям, но и благодаря специалистам по социальной работе и юристам «Ночлежки» действительно изменили свою жизнь и выбрались с улицы.

Нам хочется, чтобы таких проектов становилось больше и больше. Мы готовы делиться всяким опытом, но думаем, что делать это из Москвы будет более эффективно и более наглядно, чем делиться им удаленно из Петербурга.

Реабилитационный приют. Фото: Ночлежка / Facebook

В нашей сфере смешно говорить о конкуренции

– Как у вас налажен контакт с вашими коллегами, возможна ли тут конкуренция?

– Нет, мне вообще кажется, что в нашей сфере – сфере благотворительности – слово «конкуренция» неприменимо. Может быть, через 20 лет, когда организаций будет еще на два порядка больше, начнется такая конкуренция за жертвователя, но сейчас людей, которые жертвуют что-то на благотворительность, мало, и нам надо не конкурировать между собой, а приобщать к сфере благотворительности более широкий круг людей – то, чем занимаются многие журналисты.

Смешно говорить о конкуренции, когда на улицах десятки тысяч бездомных, а им пытаются помочь десятки сотрудников благотворительных организаций. За что тут можно конкурировать?

– В первую очередь, за пожертвования.

– Мой опыт показывает, что огромное количество людей еще просто недостаточно знает о благотворительности, недостаточно доверяет благотворительным организациям. И это такое непаханое поле для всех нас. Поэтому бороться за тех немногих людей, которые уже являются волонтерами или жертвователями, или жертвуют одежду и медикаменты – это не лучшая точка приложения сил.

Фото: Ночлежка / Facebook

– У меня вопрос как раз об этих десятках людей. Питерская «Ночлежка» – это в первую очередь вы, энтузиасты, которые все тащат на себе. Есть ли в Москве уже такой штат, вы собрали тех людей, которые будут работать в фонде?

– Еще нет. Возможно, в Москву переедет один человек из нашей питерской команды. У нас есть уже кандидаты на должность руководителя филиала. А дальше мы вместе с этим руководителем будем искать команду в Москве. Всем этим, а также поисками и подготовкой помещений мы будем заниматься до октября, когда надеемся открыться.

– Официальная дата открытия – в октябре?

– Октябрь-ноябрь. Окончательно станет понятно, как только мы раздобудем помещение. Понятно, что это и непростой, и сложно прогнозируемый процесс. Мы будем очень рады, если получится раньше. Но если получится в октябре, это уже будет здорово. Если вдруг не получится, значит, будем работать над тем, чтобы получилось как можно скорее.

Григорий Свердлин. Фото: Иван Квасов / Facebook

– Не считаете, что сейчас не очень подходящий момент для появления такой организации в Москве: впереди чемпионат мира по футболу, и, естественно, вы в курсе предложений бездомных выселить, пересажать, отправить в трудовые лагеря. И вдруг появляетесь вы, помогающие бездомным на месте.  

– Мне кажется, в нашей стране, если ждать подходящий момент для чего бы то ни было, то надо просто сидеть и не выходить из комнаты, как предписывает Иосиф Александрович Бродский. Поэтому нет, мне не кажется, что сейчас неподходящий момент. Приют мы планируем открывать в октябре-ноябре. Чемпионат мира к тому времени уже закончится.

Что же касается инициативы господина Милонова по отправлению бездомных в трудовые лагеря, то он периодически выступает с ней, и несколько лет назад мы с ним дважды это обсуждали в теледебатах. Пока, слава Богу, эта идея ни разу не превращалась в законопроект. Я думаю, что это, скорее, пиар-активность, которая, как кажется Милонову, может вызвать интерес.

Если все-таки это обретет статус законопроекта, то мы, конечно, как эксперты на него обязательно отреагируем. Потому что принудительные выселения людей в какие-то лечебно-трудовые профилактории, которых не существует, во-первых, грубо нарушают права всех граждан России, которые могут оказаться объектами этого самого выселения в какой-то момент, а во-вторых, это совершенно неэффективная мера.

Люди, которые собраны в коммуны где-то там на выселках, наоборот, утрачивают возможность вернуться к обычной жизни. Это не способ помочь людям выбраться с улицы – это способ почистить улицы и куда-то с глаз долой подальше убрать бездомных, но это не сработает, будут появляться новые.

Фото: Ночлежка / Facebook

Иногда человек уже отчаялся и не хочет помощи

– Бывают ли ситуации, когда опускаются руки?

– Такие моменты, конечно, бывают у всех нас, и на этот вопрос по-разному ответят юрист, фандрайзер и руководитель нашей организации. Конкретно у меня они опускаются, например, из-за того, что мы уже год с различными властями Петербурга согласовываем установку душевой для бездомных, которая готова и с декабря 2016 года ждет, когда ее куда-нибудь поставят, чтобы десятки людей могли в ней ежедневно мыться и стирать свои вещи.

Поэтому у меня руки опускаются примерно раз в месяц, и хочется разнести по кирпичику все эти госучреждения, но, естественно, они потом поднимаются обратно, и мы продолжаем пробивать установку душевой, несмотря на различные сложности. И таких моментов много.

– Очевидно, что вы действительно можете помочь единицам бездомных, тогда как бы вы ответили на вопрос о смысле вашей работы?

– Очень тяжело смириться с тем, что ты никогда не сможешь помочь всем, кто нуждается в помощи. Это относится ко всей благотворительности, и к нам в полной мере – во-первых, потому что у нас ограничены ресурсы, а во-вторых, потому что нуждающихся в помощи огромное количество.

В петербургской ночлежке у нас 52 места, плюс наши пункты обогрева – это еще 150 мест, а бездомных в городе по нашим оценкам – около 50 тысяч. Поэтому, с одной стороны, у нас недостаточно ресурсов, и их никогда не будет достаточно, потому что такую проблему никогда не решить силами одной организации.

Да это и неправильно – мы не считаем, что должны подменить собой государство и другие организации, и надеемся, что со временем других организаций станет больше, и будем этому всячески способствовать.

С другой стороны, сложность конкретно нашей истории – помощи тем, кто оказался на улице – в том, что зачастую человек уже отчаялся и у него уже нет запроса на эту помощь: бездомные, которые уже много лет прожили на улице, живут не просто сегодняшним днем, а конкретно текущими минутами. И у них уже нет ни запроса на изменение жизни, ни доверия к тем, кто пытается им помочь, ни надежды, ни ресурса на то, чтобы что-то менять.

Фото: Ночлежка / Facebook

И сейчас в России в принципе нет никаких проектов, которые бы могли помочь таким людям. Я видел такие проекты в Финляндии, в Голландии, но у нас такого не будет еще много лет. Это, как правило, общественные организации, которые финансируются государством.

Это приют с большим количеством психологов, аутрич-работников, которые выходят «в поля» и взаимодействуют с бездомными, и через недели, месяцы или даже годы появляется доверие между этим работником и бездомным. И только потом, когда оно появляется, начинается долгая работа по восстановлению навыков, интереса к жизни, веры в себя и надежды на то, что получится изменить ситуацию.

Чем дольше человек прожил на улице, тем больше нужно времени на реабилитацию, и если он прожил там годы, то и на реабилитацию потребуются как минимум месяцы, а то и тоже годы.

Мы понимаем, что в России такие проекты в ближайшее время не появятся – и потому, что нет финансирования, и потому, что в обществе пока совсем другие представления о бездомных.

Фото: homeless.ru

Если сейчас прийти к жертвователям и сказать: а давайте мы будем селить на два года бездомных, они будут бесплатно жить и еще получать психологическую помощь, и нам нужны деньги на зарплату психолога, специалиста по социальной работе, на человека, который будет приходить и восстанавливать навыки – как заправлять кровать и так далее, – это затея, которая обречена на неудачу.

Мы понимаем, что есть люди, которым мы сейчас в силу разных причин не сможем помочь. Поэтому если коротко – смысл нашего существования в том, чтобы человек не остался один на один с этой бедой.

Фото: Ночлежка / Facebook

Ксения Кнорре Дмитриева

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Так зачем нужны ангелы и как на самом деле они выглядят?
Девушка-пожарный – о добровольном тушении на уникальных островах Ладоги

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: