Нужно ли писать «историю России» с чистого листа?

Нужна ли России новая история? Какой она должна быть? Стоит ли открывать советские архивы? Кандидат исторических наук, профессор Свято-Тихоновского гуманитарного университета Борис Филиппов.

Каждая революционная эпоха сопровождается попыткой кардинальной ревизии отечественной истории, вплоть до отрицания общепринятого календаря.

За XX век наша страна дважды пережила это дорогое удовольствие. У дореволюционной версии отечественной истории кроме несомненных заслуг был один существенный минус. Она была москво-и-петербургскоцентричной версией нашей истории. От нее в наследство мы получили неприятие иных точек зрения, неспособность к достижению консенсуса по самым важным проблемам и восприятия оппозиции (альтернативы) исключительно в категориях государственной измены.

Нет ничего удивительного в том, что большевики отвергли дореволюционную версию истории. Вначале они выдвинули «негативную версию» отечественной истории. Российская империя предстала в ней «тюрьмой народов». Кроме классовой борьбы и восстаний народных масс против своих угнетателей ничего положительного в нашей истории, согласно версия официального историка Покровского, не было. Систематический курс изучения отечественной истории в школах и вузах заменили обществоведением.

Но негативная версия отечественной истории может быть и пригодна в революционную годину, но становится опасной в канун войны. На тезисе «у пролетариата нет отечества» нельзя воспитать патриотизма. Даже социалистического. И начиная с осени 1934 г. в СССР не только вернули преподавание положительной версии отечественной истории (есть что защищать), но и всеми доступными средствами (книги, кинофильмы, радиопрограммы) стали эту версию пропагандировать. Это была пропагандистская, созданная писателями, кинорежиссерами и политработниками версия отечественной истории и социалистического патриотизма.

Нет ничего удивительного в том, что с падением социалистической системы эту версию повсеместно отвергли. Но, как и в послереволюционные годы, на смену официальной версии пришла ее «черная версия», авторства журналистов, писателей, кинорежиссеров и политтехнологов «новой демократии». Она была эмоциональнее и в чем-то даже еще чернее, чем большевистская.

Был, правда, и положительный момент: в пылу разоблачений сняли табу с запретных тем и открыли архивы. Уже к концу 90-х гг. начались систематические и многотомные публикации архивных документов из партийных советских (государственных), кагебешных, в том числе и архива Сталина. Показательно, что для новых, основанных на архивных материалах монографий, характерно стремление не разоблачить, а понять (не значит простить) логику происшедшего с нашей страной.

Согласитесь, что нельзя объяснить многомиллионные жертвы политики репрессий паранойей одного человека. Даже самого генерального. Преступной была сама система. Молодые историки, которые пришли тогда в архивы (сегодня им всем за пятьдесят), увидели в происшедшем беспримерную трагедию нашего народа и нашей страны и занялись поисками объяснения ее причин.

Согласитесь, что такой подход не имеет ничего общего с разоблачительным пафосом публикаций первого десятилетия. Означает ли это, что «историю России» нужно писать с чистого листа, и что в трудах историков — наших предшественников — не было ничего ценного? Думаю, что нет.

Развитие науки, в том числе и истории, не сводится к накоплению некоего объема знаний, за которым следует научное открытие. Сегодня для понимания исторического процесса необходимо не только открытие архивов, но и применение новых концепций и методик из родственных общественных дисциплин, например, социологии, психологии, политологии.

На основе возникшего содружества появились новые дисциплины: историческая психология и социология истории, которые помогают вписать события нашей истории в мировой исторический процесс, посмотреть на них другими глазами, с разных сторон, в сравнении с историей других стран. Это не история с чистого листа, это новый (на уровне современного знания) взгляд на отечественную историю.

Мы нуждаемся одновременно и в положительной и в правдивой истории своего Отечества. Мы это заслужили всей своей историей.

P. S. Нужно ли открывать все архивы и всё в архивах для историков?

Это сделали в Польше и в Германии. В Польше «Институту национальной памяти» были переданы государственные и партийные архивы, архивы госбезопасности, включая (частично) документы из архива Службы внешней разведки. Представители духовенства выступили с предупреждением о таящихся моральных искушениях, перед которыми оказываются «разгребатели грязи». Но их предостережения не услышали.

В результате архивных и основанных на архивах публикаций первых лет в Польше были опорочены очень многие известные деятели антикоммунистической оппозиции, включая двух президентов страны, министров, журналистов, священников. В стране практически не осталось ни одного авторитетного человека, относительно которого не было бы выдвинуто обвинение в сотрудничестве с госбезопасностью.

В Германии миллионы сохранившихся в архивах доносов нарисовали картину страшного морального разложения общества (бывшая ГДР), в котором мужья, жены и дети, родственники и сослуживцы были вовлечены в тотальную слежку друг за другом. Перед историками бывших социалистических стран встала задача разработки методик проверки достоверности содержащихся в архивах доносов и отчетов штатных и добровольных сотрудников госбезопаности.

P. P. S.

Позиция исторической науки, как и позиция нашей Церкви по отношению к Сталину и его деяниям давно выработана и озвучена Святейшим Патриархом Кириллом. Объяснять следует лишь такое (не новое в истории) явление, как «историческая легенда», которая обязательно при определенных условиях возникает спустя много лет после смерти персонажа как реакция на настоящее. Так было с Наполеоном во Франции, так происходит у нас со Сталиным, а в Германии с Гитлером.

Научные аргументы на сторонников этих легенд не действуют. Это определенный психологический тип. Для них верность «легенде» — это «вопрос веры». Научные аргументы и высказывания авторитетов перед этой верой бессильны. В нашей стране это справедливо по отношению к почитателям не только Сталина, но и Ивана Грозного.

Интересно, как сам Наполеон на острове св. Елены высказался о будущем своей «легенды»: «Каждый прожитый здесь (на острове) день избавляет меня от клейма тирана, убийцы, бессердечного человека». Согласно французскому историку А. Собулю, «легенда» отражала толкование Наполеоном реальных событий, приписывала ему принципы и намерения, которых в действительности у него не было (цит. По Стерликов А. А. Возникновение наполеоновской «легенды»).

Рождение и распространенность исторических легенд больше всего говорит о состоянии общества и об их сторонниках.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Чем живет храм святых рядом с метро в память их убийцы Войкова - cвященник Игорь Логунов
10 слов и выражений, которыми запомнится чемпионат мира по футболу

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: