Олимпиадники забрали все бюджетные места? Победитель Всероса считает, что это не так
«Проблема в количестве бюджетных мест»
— Вы выступали на круглом столе в Госдуме по поводу того, что в 2026 году многие бюджетные места заняли олимпиадники. Насколько справедливо, что на некоторых направлениях бюджетные места занимают преимущественно только призеры и победители олимпиад?
— Мне кажется, это вопрос не столько справедливости, сколько количества бюджетных мест. Если на факультете всего десять мест, часть из них автоматически занимают ребята по квотам и целевому обучению. В результате даже олимпиадники конкурируют между собой. С другой стороны, в самых сильных вузах конкурс и должен быть высоким. При этом есть хорошие университеты, куда можно спокойно поступить с высокими баллами ЕГЭ.
В соцсетях разлетелось видео школьника, который заявил, что набрал 310 баллов и не поступил из-за олимпиадников. Позже выяснилось, что он сам был олимпиадником и поступил в ВШЭ. Такие истории создают ощущение, будто с высокими баллами ЕГЭ невозможно поступить в хороший вуз. Это не так. С высокими баллами можно поступить в ту же ВШЭ.
Но есть отдельные направления, где мало бюджетных мест и большой спрос. Например, в МГИМО на некоторых программах бюджет могут полностью занять олимпиадники. Однако это не означает, что олимпиадники закрыли возможности для остальных абитуриентов.
В общей массе олимпиадники составляют около 1,5% абитуриентов. Поэтому не стоит демонизировать ни олимпиады, ни ЕГЭ.
— На круглом столе в Госдуме вы говорили о необходимости увеличения бюджетных мест. Почему считаете это важным?
— Потому что в ближайшие годы число абитуриентов будет расти. Мы видим последствия роста рождаемости, который начался после введения материнского капитала и продолжался до 2014–2015 годов.
Если количество бюджетных мест не будет увеличиваться вместе с числом выпускников, конкурс станет еще жестче. И даже если отменить олимпиады, проблема не исчезнет: олимпиадники просто будут сдавать ЕГЭ на высокие баллы и конкурировать с остальными.
Кроме того, сейчас государство регулирует набор на платные места. Раньше вузы могли принимать на платное обучение практически без ограничений, а теперь есть установленные объемы приема. Это тоже усиливает конкуренцию.
— Как вы относитесь к идее усложнить ЕГЭ?
— Я понимаю логику тех, кто предлагает сделать экзамен более дифференцированным. Если слишком много людей получают высокие баллы, становится сложнее определить, кто из них сильнее.
Можно обсуждать разные варианты: расширить шкалу баллов, добавить более сложные задания, чтобы отличать результаты 80, 90 и 100 баллов. Но я против упрощения проблемы до тезиса, что виноваты олимпиадники. Даже если отменить олимпиады, большое количество сильных абитуриентов никуда не исчезнет.
— Если бы перед вами сидел школьник, который боится не поступить из-за олимпиадников, что бы вы ему сказали?
— Я бы сначала спросил, куда он хочет поступить. Если цель — хороший региональный вуз, то олимпиадники вряд ли будут проблемой. Там может быть конкурс среди абитуриентов с высокими баллами ЕГЭ, но олимпиадники не обязательно занимают все места.
Если ребенок хочет в Москву или Санкт-Петербург, в сильный вуз, то я бы посоветовал задуматься об олимпиадах. Это хорошая стратегия поступления.
— А если бы олимпиады не давали льгот, вы бы все равно ими занимались?
— Наверное, да, но не так активно. Мне было интересно попробовать свои силы, разобраться в истории. Однако в 11 классе пришлось бы больше времени уделять ЕГЭ и другим предметам. Льготы тоже важны. Ты понимаешь, что занимаешься не просто так, а ради конкретной цели — поступления.
«У меня были довольно слабые знания»
— Как вы сами пришли в олимпиадное движение?
— Я из Самары, учился в обычной школе. В 9 классе мой друг Егор рассказал мне об олимпиадах. До этого я о них практически ничего не знал. Сначала я даже не решился записаться на школьный этап Всероссийской олимпиады школьников по истории: у меня были довольно слабые знания, и я боялся плохо выступить перед учителем.
В итоге в 9 классе я все-таки выделился на городском этапе олимпиады по истории, а с 10 класса начал участвовать в олимпиадах более системно.
— Расскажите подробнее, как Егор познакомил вас с олимпиадами.
— Он просто рассказывал, что участвует в олимпиадах, показывал какие-то посты из группы «Всероснутые». Он сам занимался математикой и физикой, и мне стало интересно, что это вообще такое. Я зашел в группу и увидел много непонятных терминов. Мне захотелось разобраться. Егор в итоге тоже добился своих целей — взял олимпиады, которые хотел, и поступил на матмех СПбГУ.
— Почему вы выбрали именно историю?
— Это был один из предметов, который у меня получался. Мы с учителем хорошо относились друг к другу, и мне нравилось заниматься историей. Интерес к ней постепенно рос.
— Не поздно ли начинать в десятом классе, если многие участники готовятся с шестого или седьмого?
— Мне кажется, это заблуждение, что обязательно нужно начинать очень рано. В математике действительно есть олимпиады, к которым дети готовятся с пятого-шестого класса. Там требуется много времени, чтобы освоить необходимую базу.
Но в гуманитарных предметах вполне можно подготовиться за год или два. Поэтому десятый класс — нормальное время для старта.
— Помните свою первую олимпиаду?
— Да, это была олимпиада РАНХиГС, заключительный этап проходил в Саратове. Я поехал туда на поезде, в плацкартном вагоне, написал олимпиаду и в тот же день вернулся в Самару.
Весной пришли результаты: я стал победителем. Эта олимпиада давала право поступить без ЕГЭ в РАНХиГС и некоторые другие вузы Москвы и Санкт-Петербурга. Уже в 10 классе я понимал, что смогу поступить в хороший вуз.
— Когда вы впервые поняли, что можете добиться победы?
— Я не могу сказать, что был какой-то конкретный момент. Я просто готовился, мне было интересно, и я понимал, что у меня есть шансы. Когда много занимаешься предметом, начинаешь увереннее себя чувствовать.
— Как выглядела подготовка?
— В мое время не было такого количества онлайн-школ. Поэтому я готовился самостоятельно: читал книги, решал задания прошлых лет, общался с олимпиадниками, которые уже прошли этот путь.
Мне было важно не только получить знания, но и понять, как устроены олимпиады, какие бывают задания, что от меня требуется. Общение с более опытными участниками сильно помогало.
«Сдавал экзамены, чтобы поступить в школу в Москве»
— Как менялось ваше отношение к олимпиадам в десятом и одиннадцатом классах?
— В десятом классе я только начинал и еще плохо понимал, как устроено олимпиадное движение. Я не прошел на заключительный этап ВсОШ, хотя стал призером регионального этапа. После этого стал разбираться, почему у меня не получилось.
Я понял, что нужно менять подход к подготовке и, возможно, переходить в другой регион. В итоге в одиннадцатом классе я поступил в Московскую школу ЦПМ и стал учиться дистанционно, оставаясь в Самаре.
Я увидел объявление об этой школе в соцсетях. Она тогда только начинала работать, и я не до конца понимал, куда иду. Но мне было интересно попробовать. Я понимал, что обучение в московской школе даст возможность более углубленно готовиться к олимпиадам.
— Как проходил отбор в школу?
— Там были экзамены. За региональный этап и дипломы перечневых олимпиад мне, кажется, давали дополнительные баллы, но в любом случае был конкурс. Я писал экзамены по нескольким предметам и прошел.
— Что давало обучение в московской школе?
— У меня был исторический класс, поэтому основной акцент делался на истории. Это позволило гораздо больше времени уделять подготовке.
В одиннадцатом классе я стал победителем Всероса. Благодаря тому, что я был московским школьником, получил денежную выплату в размере 500 000 рублей. При этом я продолжал жить в Самаре.
— Сколько времени занимала подготовка?
— Большую часть дня. Я старался стабильно уделять истории 3–4 часа в день. В десятом классе я немного забросил обычную школу, а в одиннадцатом, когда перешел в ЦПМ, уже была система, в которой все было выстроено вокруг одного предмета.
— Были ли моменты, когда хотелось все бросить?
— Наверное, нет. Мне нравилась история, было интересно читать новые книги, разбираться в чем-то сложном. Меня мотивировала и конкуренция.
Конечно, деньги и возможность поступить без ЕГЭ тоже были важны. Но главное — интерес к предмету. Когда тебе действительно нравится то, чем ты занимаешься, подготовка не воспринимается как постоянное преодоление.
— Откуда появился интерес к истории?
— Есть хорошая поговорка: аппетит приходит во время еды. В девятом классе я не был человеком, который глубоко интересуется историей. Помню, в ноябре зашел на сайт «Решу ОГЭ» и написал пробник по истории на тройку.
Но мне нравилась политика, хотелось лучше понимать, как устроен современный мир. Для дебатов, для обсуждения каких-то проблем тоже нужны исторические знания. Постепенно это и сформировало мой интерес к истории.
Олимпиада как социальный лифт
— Какие книги или фильмы вы бы посоветовали начинающему олимпиаднику, чтобы заинтересоваться историей?
— Мне кажется, лучше всего начать с книг. Есть серия научно-популярных изданий «Что такое Россия», где рассказывается о важных событиях российской истории. С таких книг можно начать.
При этом нужно понимать, что олимпиадная подготовка довольно быстро становится специфической. Ты начинаешь читать монографии, которые изучают на исторических факультетах, учишься писать академические тексты. В некотором смысле осваиваешь часть программы бакалавриата.
Поэтому важно, чтобы интерес к предмету появился хотя бы в начале пути. Дальше он будет развиваться благодаря подготовке.
— Как родители отнеслись к вашему решению заниматься олимпиадами?
— Они мне доверяли и поддерживали. Я знаю истории других учеников, когда родители не понимали, зачем нужны олимпиады, и считали, что лучше готовиться к ЕГЭ. Мои родители, к счастью, не препятствовали. Они даже поддержали мой неожиданный переход в московскую школу в одиннадцатом классе. Я им за это благодарен.
— А одноклассники?
— Не могу сказать, что им было особенно интересно, чем я занимаюсь. Но я старался вовлекать друзей в олимпиады, рассказывал, что это хороший способ поступить в вуз в другом городе. Для многих школьников из регионов олимпиады становятся социальным лифтом. Я хотел передать друзьям ту информацию, которую когда-то получил от своего друга Егора.
Самое сложное — регулярно работать
— Что было самым сложным в вашем олимпиадном пути?
— Регулярно заниматься. Я понимал, что важно не бросать, уделять время подготовке каждый день. Бывали дни рождения, праздники, Новый год, но я все равно старался хотя бы какое-то время уделять истории.
Со временем это становится привычкой и органично входит в распорядок дня.
— Были ли серьезные поражения?
— Конечно. Например, я ни разу не стал призером олимпиады «Высшая проба» по истории, хотя это одна из самых престижных перечневых олимпиад. В десятом классе я то ли проспал отборочный этап, то ли не прошел его. В одиннадцатом прошел отбор, но не набрал нужное количество баллов на заключительном этапе.
Но хорошее преимущество олимпиад в том, что их много. Одно поражение не обесценивает весь путь. Если ты не смог взять одну олимпиаду, можно попробовать другую.
В случае с ЕГЭ раньше была одна попытка. Олимпиады дают больше возможностей проверить себя.
— Какие навыки помогли вам развить олимпиады?
— Навык писать тексты. В олимпиадах по истории один из главных форматов — историческое эссе. Нужно уметь выстраивать аргументацию, писать академический текст. Это потом очень помогает в вузе при подготовке курсовых и дипломных работ.
Еще один важный навык — самоорганизация. Ты сам должен организовать учебный процесс, найти, что читать, к чему готовиться. Это пригодилось мне и в университете, и в работе.
— Как был организован ваш день?
— Четкого графика не было. Я просыпался, завтракал и приступал к учебе. Каждый день занимался разным: читал книгу, решал олимпиадный вариант, смотрел лекцию историка.
Мне было важно комплексно подходить к подготовке, использовать разные источники и форматы. Я просто понимал, что каждый день нужно что-то делать.
«Мы стараемся быть для ребят старшими друзьями»
— Сейчас вы работаете с олимпиадниками. Что увидели, когда начали заниматься с другими ребятами?
— Я понял, что все разные. Кому-то дается одно, кому-то другое, кому-то нужно больше времени. В первый год преподавания я думал, что все примерно такие же, как я, и уже знают, как устроены олимпиады.
Но ребята приходят к нам на курсы с нуля. Поэтому нужно подробно объяснять основы. Мы стараемся выполнять функцию старшего друга и наставника, который сопровождает ученика, рассказывает о специфике олимпиад и помогает выстроить подготовку.
— Как заинтересовать ребенка олимпиадами?
— Есть несколько аргументов. Первый — льготы при поступлении. Олимпиады могут дать право поступить без ЕГЭ, а в некоторых регионах — получить денежные выплаты. Например, я получал президентский грант во время учебы благодаря олимпиаде.
Второй — интерес к предмету. Олимпиада позволяет глубоко погрузиться в историю, математику или другой предмет. Это уже не просто подготовка к экзамену, а изучение дисциплины.
Есть и третий момент: олимпиадное движение дает ощущение принадлежности к определенному сообществу. Кто-то воспринимает это как возможность выбрать особый путь, отличающийся от стандартной подготовки к ЕГЭ. Но для меня главное — интерес к предмету.
— Какие страхи чаще всего есть у школьников?
— Самый распространенный — что сделать ставку на олимпиаду, не сдать ЕГЭ хорошо и в итоге не поступить.
Особенно это касается тех, кто начинает в одиннадцатом классе и раньше не участвовал в олимпиадах. Мы обычно объясняем, что подготовка к олимпиаде по истории одновременно помогает готовиться к ЕГЭ по этому предмету, причем на высокие баллы. Но остальные предметы тоже не стоит забывать. Поэтому в одиннадцатом классе приходится совмещать многое: олимпиаду, ЕГЭ.
— Как вы сами совмещали подготовку с другими занятиями?
— Я расставлял приоритеты. Например, отказался от спорта ради подготовки к олимпиадам. Занимался теннисом, но в тот момент решил, что история для меня важнее.
Я не стремился получить аттестат с отличием. Понимал, что он даст несколько дополнительных баллов, а олимпиада может обеспечить поступление без ЕГЭ. Поэтому считал рациональным потратить время на подготовку к олимпиаде.
— Есть ли история вашего ученика, которая запомнилась больше всего?
— В этом году был случай с мальчиком из Тывы, которого могли не отправить на заключительный этап Всероса. Система устроена так: ученик проходит школьный, муниципальный и региональный этапы, а затем едет на заключительный в конкретный город. Трансфер обычно оплачивает регион. У региона не было денег на поездку, и мальчику могли не оплатить трансфер.
Я связался через знакомых с олимпиадными тренерами и представителями министерства, и мы согласовали, что он все-таки поедет. В итоге он отправился за свой счет и стал призером ВсОШ.
Фото: Юлия Иванова