Главная Человек
«Он пел с нами, как простой монах». Памяти архиепископа Агапита Штутгартского
После отдания Пасхи, под праздник Вознесения Господня, 26 мая, преставился владыка Агапит (Horacek), архиепископ Штутгартский, архиерей Русской Православной Церкви за границей. Владыка Агапит был очень характерным архиереем Русской Зарубежной Церкви: верующий человек и монах аскетичной жизни, открытый к общению с самыми разными людьми, любящий богослужение и начитанный в святоотеческой литературе.

«Он пел с нами, как простой монах». Памяти архиепископа Агапита Штутгартского

Диакон Александр Занемонец — о встречах с пастырем
После отдания Пасхи, под праздник Вознесения Господня, 26 мая, преставился владыка Агапит (Horacek), архиепископ Штутгартский, архиерей Русской Православной Церкви за границей. Владыка Агапит был очень характерным архиереем Русской Зарубежной Церкви: верующий человек и монах аскетичной жизни, открытый к общению с самыми разными людьми, любящий богослужение и начитанный в святоотеческой литературе.

Он родился в Германии в 1955 году в семье, восходящей к русской эмиграции первой волны. Его дед был чехом, австрийским подданным, который на рубеже веков приехал работать в Россию. Женился на русской и обрусел. Ко времени революции он уже умер, но его семья, благодаря наличию иностранного гражданства, смогла покинуть Советскую Россию. 

Русские предки владыки придерживались народнических идеалов и очень бы удивились, — как рассказывал он сам, — если бы узнали, что их внук станет православным архиереем. Отец владыки долгие годы был директором издательства «Посев» и активным членом НТС (Народно-трудовой союз российских солидаристов. — Примеч. ред.) .

Чешская фамилия Горачек (буквально — человек-гора) очень подходила владыке с его двухметровым ростом. Не то, чтобы полный, но необычайно большой, крупный человек. И при этом, как нередко бывает с большими людьми, — очень добрый.

По окончании гимназии во Франкфурте будущий епископ начал учиться инженерному искусству и архитектуре, но уже в 24 года присоединился к монашеской общине, возглавляемой архимандритом Марком (Арндтом). Чадо владыки Марка, он не унаследовал ни категоричности, ни строгости своего Аввы. Ну разве что строгость к себе: владыка Агапит, даже став архиереем после многих лет диаконства и короткого периода священства, всегда оставался настоящим аскетичным монахом.

Мы с ним общались, когда владыка Агапит приезжал на Святую Землю. Он ее любил. Иногда приезжал с группой паломников из Германии, с молодежью, иногда сам, иногда с кем-то из друзей. Как-то он был с только что рупоколоженным своим священником из Штутгарта, и они ездили по Святой Земле. Священник так служил свой сорокоуст, а владыка был его наставником и певчим. Мы встретились за литургией на берегу Галилейского озера, в Магдале. Я был с группой паломников. И один из молодых людей нашей группы пел литургию вдвоем с владыкой Агапитом. Ближе к концу литургии молодой человек спросил меня: «А где же обещанный архиерей, он так и не выйдет из алтаря?». А архиерей пел с ним, как простой монах.

У владыки был замечательный голос и музыкальные способности. Его наставником по части церковной музыки был профессор Иван Алексеевич Гарднер, в 1930-е годы бывший иеромонахом на Святой Земле и, затем, короткое время, епископом Потсдамским. В конце войны епископ Филипп (Гарднер) снял с себя сан, вступил в брак и вновь стал Иваном Алексеевичем. Владыка Агапит, много о нем рассказывавший, никогда его не осуждал. Он вообще никого не осуждал, хотя это не лишало его мысль ясности и критичности. В том числе и к себе. Так, в последние годы владыка Агапит очень полюбил митрополита Антония Сурожского. Но при жизни они никогда не виделись: «Мы же в то время, — с горечью говорил владыка, — ни с кем не общались».

Одно из самых запомившихся путешествий с владыкой было в Галилею. Ездили мы втроем, вместе с сестрой Марфой (Валль), ныне монахиней Марией, директором Вифанской школы. Ночевали в Капернауме у греческого отца Иринарха. По пути заезжали на раскопки древнего Бейт-Шеана. Владыка всегда интересовался археологией и древностями, хотя и не имел специального гуманитарного образования. Неоднократно бывали с ним в археологическом музее русского Елеонского монастыря. Помню, он рассказывал о путешествии в Рим: «На изображениях раннехристианских саркофагов ведь целая программа перемены отношения к жизни и смерти…»

У отца Иринарха в тени его шелковичных деревьев мы говорили об истории русского православного присутствия на Святой Земле. Отец Иринарх его критиковал, я защищал, а владыка и сестра Марфа по большей части молчали. «Зато мы за вас молились», — сказали они потом. Кстати, мои книги о Святой Земле выходили потом с благословения владыки Агапита: он был главой издательского отдела РПЦЗ, и его благословение — с точки зрения издательского отдела в Москве — было вполне достаточным для продажи в России православных книг, изданных за границей.   

В 2012 году владыка случайно оказался в Иерусалиме как раз к пятилетию восстановления евхаристического общения Русской Зарубежной Церкви и церкви в Отечестве. В разговоре вспомнили об этой годовщине и инициировали общее служение в Троицком соборе. «А ведь инициатива этой общей литургии идет и не от Москвы, и не от нас» — говорил потом с юмором владыка. 

Был он также частым гостем нашего Иерусалимского православного семинара. Последние разы служили с ним в Вифании: на праздник — во дворе,  в пещерной церкви — в будние дни. Потом беседовали на скамейке. В сложных ситуациях владыка был всегда очень внимателен и милостив, всегда старался помочь. И этим он схож с митрополитом Иларионом, нынешним первоиерархом Русской Зарубежной Церкви. Мудрые и милостивые пастыри, остающиеся таковыми и в своем архиерейском служении. 

То служение владыки, с которым я был мало знаком, — это его приход в Штутгарте. Часть времени он проводил в монастыре преподобного Иова Почаевского в Мюнхене, а часть — в Штутгарте, в приходе, настоятелем которого являлся. Один из немногих русских приходов в Западной Европе, где есть архиерей, несколько диаконов, пятеро священников. Ежедневно работающая воскресная школа с множеством разнообразных занятий. Молодежное служение.  

Последние годы владыка Агапит много болел и на Святую Землю уже не приезжал. А как хотелось еще увидеться с ним еще здесь, в земном Иерусалиме. 

Царствие ему Небесное. 

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.