«Они
Фото: instagram / slutskayaofficial
Фото: instagram / slutskayaofficial
Весь мир обсуждает выступления 15-летней Камилы Валиевой, золото и серебро на Олимпиаде завоевали 17-летние Анна Щербакова и Александра Трусова. О том, почему в России фигурное катание молодеет, «Правмиру» рассказала двукратная чемпионка мира Ирина Слуцкая, которая завершила спортивную карьеру в 27 лет.

— Говорят, что 14–15 лет — это для современных фигуристок пик спортивной формы. Они уже по-взрослому сильные, но при этом гибкие как дети. Вы считаете нормальным, что за олимпийскую медаль выходит бороться совсем еще ребенок?

— Жизнь меняется. Это мы в 15 лет еще сидели у мамы под крылом и только что не в куколки играли. Сейчас век прогресса, век технологий, дети развиваются быстрей. 

Если спортсмен может к своим 15–16–17 годам отлично выступать, то почему бы и нет? Если мы будем видеть в нем маленького ребенка, который хочет к маме, то вряд ли он тогда готов вообще за что-либо бороться. 

Эти подрастающие, красивые, сильные девушки четко понимают, зачем они пришли в спорт. Ради чего они готовы не спать утром, пропускать школу. Они видят цель. Раз это так и раз они соответствуют необходимому уровню, то почему мы должны их закрывать? Зачем? 

— Я помню фигурное катание времен своего детства. На лед выходили взрослые дяди и тети. Совершенно точно не мои ровесники. Что произошло, почему возрастная планка стала сдвигаться вниз? 

— Потому что намного быстрее идет прогресс, развивается техника прыжков, метод подготовки спортсменов. Если раньше спортсмены могли в пять и в шесть лет начать, то сейчас это очень поздно. Все начинают с трех, трех с половиной, а в шесть уже делают сложные прыжки. 

Все меняется. Раньше мы и 10 лет учились, а сейчас 11 лет учимся. Раньше мы выпускные экзамены сдавали, а сейчас ЕГЭ. Раньше были такие правила — сейчас другие. Так же и в спорте. 

Камила Валиева. Фото: Catherine Ivill / Getty Images

— Но это же только в России так, а в Америке, наверное, иначе. Почему?

— Это менталитет страны. В Америке, наверное, это ценности другие. Мы знаем и видим, что очень многие, даже в ранге олимпийского чемпиона, вместо того, чтобы кататься по стране, выбирают учебу. Так произошло с Сарой Хьюз, которая очень рано закончила после победы на Олимпийских играх. И вместо того, чтобы работать в турне, получать удовольствие от катания и зарабатывать хорошие деньги, она выбрала учебу. Я не говорю, что это плохо! Просто интересы другие. 

Для многих американцев спорт не является основополагающим в жизни. Для начала, он платный, и довольно дорогой, порядка 20 долларов в час. Там нет таких групп, как у нас, когда бесплатно вышел и покатался. Чаще всего там приходят и катаются в удовольствие, а когда видят, что получается, тогда уже родители, если есть возможность, соглашаются на тренера за 50, 80, 100, 150 долларов в час. Исключительно редки случаи, когда тренер видит в ребенке потенциал и занимается с ним бесплатно. 

Почему у нас такие драмы и трагедии? Потому что мы отдаем спорту вообще все, что есть, жертвуем обучением. Не получается и учиться, и тренироваться. Слава Богу, сейчас можно учиться онлайн. А раньше ты выбирал: либо учишься, либо катаешься. И пытаешься извернуться, и совместить приятное с полезным. Америка — другая. Совсем другая.

— Но вы тоже ведь другая. У вас все сложилось не так драматично. Вы позже начали и позже ушли.

— Как это — не так драматично? Понимаете, когда не выигрываешь, потому что сам ошибся, как я ошиблась в Турине, — да, это не драматично, хоть и обидно. 

Ирина Слуцкая на Олимпиаде в Турине, 2006 год. Фото: Reuters

Мы вот сейчас все переживаем за Сашу Трусову, но она допустила грубейшую ошибку. И надо сказать еще спасибо, что ее поддержали, а не задвинули далеко. В наше время попробуй, упади с элемента в короткой программе — улетишь знаешь куда? 

Я сегодня, кстати, пересмотрела свое выступление и подумала: как жалко, что тогда не было нынешней системы судейства. Я выходила одна, в Америке, 15 тысяч зрителей на стадионе. И прекрасно знала, что меня продадут. Вот она, трагедия. И такое случалось всегда. Вопрос в том, как ты потом это сможешь пережить.

Есть спортсмены, которые через 20, 30, 40 лет не смирились. А в моей ситуации могу только сказать спасибо моим родителям и какой-то, может быть, врожденной мудрости… Но мне было тогда очень больно, очень. Я безошибочно откатала две программы, ну практически по максимуму. Малейшая ошибка стоила бы мне не то что второго места, а вообще пьедестала почета. Я бы вообще забыла про призы. Вот в такой атмосфере мы катались.

— Сейчас более мягкая система судейства?

— Просто другая. Сейчас даже если падаешь с прыжка, ты все равно набираешь за него баллы. Лучше упасть с четверного, чем хорошо сделать двойной или даже тройной. За падение с четверного при лояльных судьях можно получить больше, чем если ты выехал на двойной прыжок. Поэтому все и кидаются на четверные. 

— В программе выступлений становится больше сложных фигур?

— Да, программы постоянно меняются, усложняются, в них вносят новые правила, которым следует каждый спортсмен. Ну и не забывайте, что меняется техника. 

То, что делает та же Саша Трусова, — это высший пилотаж. Она действительно очень сильная спортсменка и прорубает окно в совершенно новую эру фигурного катания. Не скоро кто-то повторит ее успех. 

У Анечки Щербаковой два наисложнейших прыжка в четыре оборота. У Камилы было заявлено то ли три, то ли четыре четверных прыжка. А дальше будет еще интереснее, еще сложнее. Начнут придумывать что-то новое, на чем можно зарабатывать баллы и выигрывать. Это очень интересная борьба!

— Но так не может продолжаться до бесконечности. Где-то должен наступить перелом, спад.

— Я не уверена. Каждый спортсмен равняется на лидера. Если лидер задает определенную планку, то молодежь будет именно к этой планке тянуться. 

— И что же, программы будут становиться все сложнее, а спортсменки все моложе и скоро в 13 лет начнут выходить?

— В 13 мы их уже видим на юниорских чемпионатах, но это не олимпийский уровень. И думаю, что возраст будет скорее повышаться, чем дальше понижаться.

— То есть будут выходить во взрослых соревнованиях в 18, 19 лет? Или 15–17 так и останутся золотой серединой?

— Как только заканчивается Чемпионат мира, Международный Союз конькобежцев вносит определенные корректировки и в общие правила, и в правила программ. Я знаю, что предложения о повышении возраста уже поступают, чтобы через год — повышение с 16 лет, еще через год — с 17 лет. Но вот примут ли это, неизвестно.

— А вы сами внесли бы такие коррективы?

— Ну сейчас-то выиграла уже достаточно взрослая спортсменка, ей 17 лет. Но мне очень нравится и как наши девочки помоложе выступают. Я не хочу лишиться зрелищности, борьбы. 

Если ребенок выходит и катается как ребенок, делает маленькие прыжочки, чего-то там ковыряется, не может отобразить музыку, то такое никому не нужно. Но когда на лед выходит сама красота, сама элегантность, с прыжками, с катанием, которое идеально отражает музыку, в правильно подогнанной под тебя программе (потому что я, честно сказать, не очень верю, что в 15 лет ты можешь сыграть какую-то любовную драму) — я не хочу лишаться этих гениальных спортсменов! А выигрывают только гениальные. 

На Олимпиаду отбираются только лучшие из лучших. И только трое со всего мира восходят на пьедестал.

— Как ощущает себя человек, у которого спортивная карьера закончена? Как ощущали себя вы? Открыли утром глаза — и поняли, что страница перевернута?

— Ну нет, конечно, ты всегда понимаешь это заранее. Я совершенно спокойно рассталась со спортом. Я прошла три взрослых олимпийских цикла и понимала, что больше не потяну, потому что в 27 уже было тяжело физически, а проигрывать я не привыкла и морально была бы к этому совершенно не готова. 

Конечно, привыкаешь к тому, что тебя на руках носят, чествуют, узнают, но всему когда-то приходит конец. И в один прекрасный момент ты начинаешь заново искать себя. Если к этому моменту у тебя нет каких-то навыков и устремлений, то придется туго. 

— Чем младше человек, тем меньше у него как раз вот этих навыков. Вы не согласны, что нынешним молодым спортсменкам просто ломают судьбы? Камилу Валиеву превратили в одноразовую игрушку.

— Ничего подобного. Камиле сломали Олимпиаду — это да. Вот ее, как девчушку, сломали. А сама фигуристка пойдет дальше. Все в руках спортсмена, надо собраться и идти. Если он захочет, если он готов, если дай Бог не будет травм — так что мешает? Основа есть, потенциал есть, к чему эти разговоры про одноразовость? Впереди еще и победы, и почет, и деньги, и слава. Впереди — жизнь.

— А как бы вы утешили Сашу Трусову? 

— Я бы ей пожелала не вешать нос, не проклинать все и вся, потому что со временем она поймет, что олимпийская медаль — пусть и не того достоинства, на которое она рассчитывала, — это очень круто. Не у каждого в жизни такое случается. А надежда на золотую медаль остается всегда. У Саши потрясающий контент, но и есть над чем поработать для того, чтобы на следующей Олимпиаде показать все, на что она способна.

Помогите Правмиру
Сейчас, когда закрыто огромное количество СМИ, Правмир продолжает свою работу. Мы работаем, чтобы поддерживать людей, и чтобы знали: ВЫ НЕ ОДНИ.
18 лет Правмир работает для вас и ТОЛЬКО благодаря вам. Все наши тексты, фото и видео созданы только благодаря вашей поддержке.
Поддержите Правмир сейчас, подпишитесь на регулярное пожертвование. 50, 100, 200 рублей - чтобы Правмир продолжался. Мы остаемся. Оставайтесь с нами!
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.