«Они
Фото: instagram / slutskayaofficial
Фото: instagram / slutskayaofficial
Весь мир обсуждает выступления 15-летней Камилы Валиевой, золото и серебро на Олимпиаде завоевали 17-летние Анна Щербакова и Александра Трусова. О том, почему в России фигурное катание молодеет, «Правмиру» рассказала двукратная чемпионка мира Ирина Слуцкая, которая завершила спортивную карьеру в 27 лет.

— Говорят, что 14–15 лет — это для современных фигуристок пик спортивной формы. Они уже по-взрослому сильные, но при этом гибкие как дети. Вы считаете нормальным, что за олимпийскую медаль выходит бороться совсем еще ребенок?

— Жизнь меняется. Это мы в 15 лет еще сидели у мамы под крылом и только что не в куколки играли. Сейчас век прогресса, век технологий, дети развиваются быстрей. 

Если спортсмен может к своим 15–16–17 годам отлично выступать, то почему бы и нет? Если мы будем видеть в нем маленького ребенка, который хочет к маме, то вряд ли он тогда готов вообще за что-либо бороться. 

Эти подрастающие, красивые, сильные девушки четко понимают, зачем они пришли в спорт. Ради чего они готовы не спать утром, пропускать школу. Они видят цель. Раз это так и раз они соответствуют необходимому уровню, то почему мы должны их закрывать? Зачем? 

— Я помню фигурное катание времен своего детства. На лед выходили взрослые дяди и тети. Совершенно точно не мои ровесники. Что произошло, почему возрастная планка стала сдвигаться вниз? 

— Потому что намного быстрее идет прогресс, развивается техника прыжков, метод подготовки спортсменов. Если раньше спортсмены могли в пять и в шесть лет начать, то сейчас это очень поздно. Все начинают с трех, трех с половиной, а в шесть уже делают сложные прыжки. 

Все меняется. Раньше мы и 10 лет учились, а сейчас 11 лет учимся. Раньше мы выпускные экзамены сдавали, а сейчас ЕГЭ. Раньше были такие правила — сейчас другие. Так же и в спорте. 

Камила Валиева. Фото: Catherine Ivill / Getty Images

— Но это же только в России так, а в Америке, наверное, иначе. Почему?

— Это менталитет страны. В Америке, наверное, это ценности другие. Мы знаем и видим, что очень многие, даже в ранге олимпийского чемпиона, вместо того, чтобы кататься по стране, выбирают учебу. Так произошло с Сарой Хьюз, которая очень рано закончила после победы на Олимпийских играх. И вместо того, чтобы работать в турне, получать удовольствие от катания и зарабатывать хорошие деньги, она выбрала учебу. Я не говорю, что это плохо! Просто интересы другие. 

Для многих американцев спорт не является основополагающим в жизни. Для начала, он платный, и довольно дорогой, порядка 20 долларов в час. Там нет таких групп, как у нас, когда бесплатно вышел и покатался. Чаще всего там приходят и катаются в удовольствие, а когда видят, что получается, тогда уже родители, если есть возможность, соглашаются на тренера за 50, 80, 100, 150 долларов в час. Исключительно редки случаи, когда тренер видит в ребенке потенциал и занимается с ним бесплатно. 

Почему у нас такие драмы и трагедии? Потому что мы отдаем спорту вообще все, что есть, жертвуем обучением. Не получается и учиться, и тренироваться. Слава Богу, сейчас можно учиться онлайн. А раньше ты выбирал: либо учишься, либо катаешься. И пытаешься извернуться, и совместить приятное с полезным. Америка — другая. Совсем другая.

— Но вы тоже ведь другая. У вас все сложилось не так драматично. Вы позже начали и позже ушли.

— Как это — не так драматично? Понимаете, когда не выигрываешь, потому что сам ошибся, как я ошиблась в Турине, — да, это не драматично, хоть и обидно. 

Ирина Слуцкая на Олимпиаде в Турине, 2006 год. Фото: Reuters

Мы вот сейчас все переживаем за Сашу Трусову, но она допустила грубейшую ошибку. И надо сказать еще спасибо, что ее поддержали, а не задвинули далеко. В наше время попробуй, упади с элемента в короткой программе — улетишь знаешь куда? 

Я сегодня, кстати, пересмотрела свое выступление и подумала: как жалко, что тогда не было нынешней системы судейства. Я выходила одна, в Америке, 15 тысяч зрителей на стадионе. И прекрасно знала, что меня продадут. Вот она, трагедия. И такое случалось всегда. Вопрос в том, как ты потом это сможешь пережить.

Есть спортсмены, которые через 20, 30, 40 лет не смирились. А в моей ситуации могу только сказать спасибо моим родителям и какой-то, может быть, врожденной мудрости… Но мне было тогда очень больно, очень. Я безошибочно откатала две программы, ну практически по максимуму. Малейшая ошибка стоила бы мне не то что второго места, а вообще пьедестала почета. Я бы вообще забыла про призы. Вот в такой атмосфере мы катались.

— Сейчас более мягкая система судейства?

— Просто другая. Сейчас даже если падаешь с прыжка, ты все равно набираешь за него баллы. Лучше упасть с четверного, чем хорошо сделать двойной или даже тройной. За падение с четверного при лояльных судьях можно получить больше, чем если ты выехал на двойной прыжок. Поэтому все и кидаются на четверные. 

— В программе выступлений становится больше сложных фигур?

— Да, программы постоянно меняются, усложняются, в них вносят новые правила, которым следует каждый спортсмен. Ну и не забывайте, что меняется техника. 

То, что делает та же Саша Трусова, — это высший пилотаж. Она действительно очень сильная спортсменка и прорубает окно в совершенно новую эру фигурного катания. Не скоро кто-то повторит ее успех. 

У Анечки Щербаковой два наисложнейших прыжка в четыре оборота. У Камилы было заявлено то ли три, то ли четыре четверных прыжка. А дальше будет еще интереснее, еще сложнее. Начнут придумывать что-то новое, на чем можно зарабатывать баллы и выигрывать. Это очень интересная борьба!

— Но так не может продолжаться до бесконечности. Где-то должен наступить перелом, спад.

— Я не уверена. Каждый спортсмен равняется на лидера. Если лидер задает определенную планку, то молодежь будет именно к этой планке тянуться. 

— И что же, программы будут становиться все сложнее, а спортсменки все моложе и скоро в 13 лет начнут выходить?

— В 13 мы их уже видим на юниорских чемпионатах, но это не олимпийский уровень. И думаю, что возраст будет скорее повышаться, чем дальше понижаться.

— То есть будут выходить во взрослых соревнованиях в 18, 19 лет? Или 15–17 так и останутся золотой серединой?

— Как только заканчивается Чемпионат мира, Международный Союз конькобежцев вносит определенные корректировки и в общие правила, и в правила программ. Я знаю, что предложения о повышении возраста уже поступают, чтобы через год — повышение с 16 лет, еще через год — с 17 лет. Но вот примут ли это, неизвестно.

— А вы сами внесли бы такие коррективы?

— Ну сейчас-то выиграла уже достаточно взрослая спортсменка, ей 17 лет. Но мне очень нравится и как наши девочки помоложе выступают. Я не хочу лишиться зрелищности, борьбы. 

Если ребенок выходит и катается как ребенок, делает маленькие прыжочки, чего-то там ковыряется, не может отобразить музыку, то такое никому не нужно. Но когда на лед выходит сама красота, сама элегантность, с прыжками, с катанием, которое идеально отражает музыку, в правильно подогнанной под тебя программе (потому что я, честно сказать, не очень верю, что в 15 лет ты можешь сыграть какую-то любовную драму) — я не хочу лишаться этих гениальных спортсменов! А выигрывают только гениальные. 

На Олимпиаду отбираются только лучшие из лучших. И только трое со всего мира восходят на пьедестал.

— Как ощущает себя человек, у которого спортивная карьера закончена? Как ощущали себя вы? Открыли утром глаза — и поняли, что страница перевернута?

— Ну нет, конечно, ты всегда понимаешь это заранее. Я совершенно спокойно рассталась со спортом. Я прошла три взрослых олимпийских цикла и понимала, что больше не потяну, потому что в 27 уже было тяжело физически, а проигрывать я не привыкла и морально была бы к этому совершенно не готова. 

Конечно, привыкаешь к тому, что тебя на руках носят, чествуют, узнают, но всему когда-то приходит конец. И в один прекрасный момент ты начинаешь заново искать себя. Если к этому моменту у тебя нет каких-то навыков и устремлений, то придется туго. 

— Чем младше человек, тем меньше у него как раз вот этих навыков. Вы не согласны, что нынешним молодым спортсменкам просто ломают судьбы? Камилу Валиеву превратили в одноразовую игрушку.

— Ничего подобного. Камиле сломали Олимпиаду — это да. Вот ее, как девчушку, сломали. А сама фигуристка пойдет дальше. Все в руках спортсмена, надо собраться и идти. Если он захочет, если он готов, если дай Бог не будет травм — так что мешает? Основа есть, потенциал есть, к чему эти разговоры про одноразовость? Впереди еще и победы, и почет, и деньги, и слава. Впереди — жизнь.

— А как бы вы утешили Сашу Трусову? 

— Я бы ей пожелала не вешать нос, не проклинать все и вся, потому что со временем она поймет, что олимпийская медаль — пусть и не того достоинства, на которое она рассчитывала, — это очень круто. Не у каждого в жизни такое случается. А надежда на золотую медаль остается всегда. У Саши потрясающий контент, но и есть над чем поработать для того, чтобы на следующей Олимпиаде показать все, на что она способна.

Помогите Правмиру
Много лет Правмир работает для вас и благодаря вам. Все тексты, фото и видео созданы только благодаря вашей поддержке. Вы создаёте материалы, которые помогают людям.
Поддержите Правмир сейчас! Сделайте небольшой вклад: 50, 100, 200 рублей — чтобы Правмир продолжался!
Помогите нам быть вместе!
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.