Пасха из детства


Вечно неизменная и вечно новая Пасха Христова — главный праздник в жизни, как всей Церкви, так и каждого христианина. Самыми яркими воспоминаниями о Пасхе делится наместник Новоспасского ставропигиального монастыря, епископ Воскресенский Савва:

– Я не знаю, была бы у меня такая незабываемая Пасха, если бы не бабушка. Я был практически один-единственный ребенок на нашем деревенском приходе среди бабушек. Мне всегда было с ними интересно, и чувствовал я себя в своей тарелке, это был мой мир. Не придуманный, а реальный. И для меня «Христос Воскресе» не было строками какого-то литературного произведения. Это было самой жизнью. И до сих пор, как только я услышу на Пасхальной службе этот первый возглас, в душе все обрывается –  до слез.

Я помню, как в доме всегда прибирались к Пасхе. Убирали все и чистили, мыли. У меня была всегда почетная миссия – я мыл обязательно потолок, мама и бабушка боялись это делать. На всю жизнь остались в памяти эти пасхальные хлопоты, помню, как бабушка делала замечательную творожную пасху. Прошло уже столько лет,  бабушки нет на этом свете, а такой пасхи я и не пробовал больше. Делала ее бабушка с душой. Месила, прикладывала столько сил. Она получалось воздушной, и было в ней много изюма. А как она пахла! И делали всегда в Великий четверг, и как хотелось попробовать, но всегда боялся – вдруг бабушка заругает?  Поэтому держался.

Потом в церковь в Великую субботу я нес корзинку. И всегда знал, что у нас самая лучшая пасха. У кого-то вдруг оказывалась по форме, может быть, посимпатичнее, но тогда я себе успокаивал, что у нас пасха самая вкусная. Бабушка всегда красила яйца луковой шелухой. Но получались они красными. Видно, что-то еще добавляла. Они просто были пунцовыми и очень красивыми.

Еще помню особое щебетанье птиц в пасхальную ночь. Это как-то очень странно. Идешь на службу под такой соловьиный пересвист, а потом уж кто кого перекричит. Просто птичий концерт: такое щебетанье, такие звуки жизни, радости, какого-то тихого счастья, о котором и птицы знают, и травы , и кусты, и облако, и небо, и вся земля.  Хотелось бы, чтобы эта радость пасхальной службы длилась дольше.

И служба была долгой-долгой. В нашем храме, конечно, не читали Евангелие на разных языках, но как пели бабушки! Сейчас уж так не поют. Сердце билось по-особому, и слезы из глаз. Но служба подходила к концу – освящение артоса. Немного печально, но сразу другая радость – надо пасху пробовать. Как-то заприметил я, пришел к нам на службу агроном – батюшку поздравить. Он, наверное, не постился. И сразу съел семь яиц. Я тоже решил попробовать. И съел четыре – больше не смог. Потом  с животом проблемы были, и больше такого подвига уже никогда не совершал.

Каждая бабушка одаривала меня яйцом. И у каждой пробовал я пасху. Самой дорогой для меня была похвала бабушек. Был пономарем. Все боялся, что к Пасхе что-то не успею сделать: вдруг где-то непорядок будет. И бабушки оценивали, что в алтаре светло, все сияет. Для меня их слова были дороже батюшкиных. И много лет пономарил. Поэтому писал на листочке последование службы, и этой запиской пользовался даже батюшка как шпаргалкой.

Еще помню записки всех бабушек. Я их различал по почерку. У бабы Тони записка была всегда засалена, она за подсвечниками следила, масло лила. Попадало оно и на листочек записки. У Александры Федоровны – красивый каллиграфический почерк, но имен было всегда мало. Елена Петровна писала как курица лапой. А записка бабы Матроны, ее еще звали Мотя, всегда пахла по-особому, какими-то духами типа «Красная Москва». Лидия Петровна – педантичный почерк. В ней чувствовалась строгость.  Она когда-то завучем в школе работала, была ярой коммунисткой, а под конец жизни в храм ходить стала.

После службы собирались и пели. Эту песню «Когда б имел златые горы» тянули минут по сорок. Бабушки знали бессчетное количество куплетов. А еще, когда приходил я домой, то  надо было деда разбудить. Прямо в самое ухо крикнуть ему: «Христос Воскресе!» Он сначала нервничал. Наверное, сердился. А потом привык  и всегда отвечал: «Воистину Воскресе!»

 

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Премьер-министр отметил, что люди с ограничениями по здоровью должны быть обеспечены доступом к социальным лифтам
Новая система позволит с математической точностью оценить индивидуальность каждого ребенка
"Для проезда по России студенты, наша молодежь должна иметь очень серьезную дотацию, чтобы иметь возможность посмотреть,…

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: