«Подросток все время хочет есть, а вес растет». Правда о питании от эндокринолога Софьи Блох

▶

«Мы не учим наших детей правильно есть»

— Софья, что вы видите сегодня в здоровье современных детей и подростков, что вас настораживает, о чем бы вы хотели сказать каждому родителю?

— Первое, что бросается в глаза — количество детей, которые приходят с избыточным весом в разной степени, а также их возраст. В начале моей практики практически не было детей до семи-восьми лет с избыточным весом. Сейчас может прийти ребенок 2-3 лет с ожирением не первой или второй стадии, а даже третьей или морбидным. 

Возникает вопрос, почему взрослые не обращали на это внимание? Приходится выстраивать достаточно сложный диалог. У большинства детей метаболически здоровое ожирение. То есть это ожирение не имеет под собой никаких гормональных нарушений. То есть они здоровы. Но переизбыток жировой ткани вызывает проблемы. <…>

— По статистике, у каждого пятого ребенка лишний вес. В чем вы видите причину? 

— Мы утрачиваем культуру питания. До определенного момента питание регламентировалось в школах, в детских садах. Детские сады остались, но после все отдают на откуп родителям.

XXI век — век потребления. Если в нашем детстве молоко кисло, хлеб сох, а в холодильнике был суп, котлеты и макароны, то на сегодняшний момент еда приходит в дом мгновенно, и порой не вашими ногами. Раньше продукты носили авоськами, сегодня — возят в тележках и грузят в багажники. Мы покупаем и потребляем больше, чем необходимо. Плюс нам стало проще не готовить.

Мы перестали учить наших детей правильно есть. <…> Хотя важно своим примером, долгим, скрупулезным, много храз повторяющимся, показывать, каким должно быть пищевое поведение. Потому что дети будут повторять пищевые привычки за нами. 

Софья Блох и Анна Данилова

Есть родители, которые суп варили в последний раз несколько лет тому назад. Или, например, оставили детям на откуп заказ продуктов. 

Представьте, я говорю: «Ты что будешь, овсяную кашу или бутерброд с икрой?» Каким будет ответ? Любой человек — эгоист. Он будет выбирать то, что ему вкусно. <…> Было бы утопией считать, что дети выберут какие-то правильные продукты. Ребенок с удовольствием съест то, что более насыщенно по вкусу, то, что вызовет всплеск серотонина и дофамина. 

То, что дети покупают себе сами, часто никто не контролирует. В детстве мне давали 50 копеек на мороженое, а дальше свободных денег у меня не было. Сейчас у детей есть возможность покупать сладости неограниченно. Предполагать, что ребенок купит морковные палочки, наивно.

Если ограничивать ребенка в сладком, это ему навредит?

— Часто можно услышать: если ограничивать конфеты дома, то дети будут есть их в школе и в гостях, а потом вырастут и дорвутся до них. Поэтому надо покупать сладкое и выставлять на стол, чтобы к нему было спокойное отношение.

— Мы не можем сказать ребенку о еде: тебе это нельзя. Кроме случаев, если у него аллергическая реакция на этот продукт. 

Возникает вопрос — насколько в определенном возрасте ребенок может самоорганизоваться. <…> Ребенок — это режимный объект. Вы его спать уложили, он проснулся вовремя, встал, позавтракал, пошел в школу… И дальше он в этом режиме живет. Но если вы разрешили ему пропустить школу раз, а потом и два, он в следующий раз туда уже не пойдет.

С едой такая же история. Если вы сказали — да, ешь бургер, конфету, шоколадку, а там печеньки лежат, то в следующий раз он не положит себе гречку и кусок рыбы. Ему это неинтересно, ему нравится более интенсивная еда.

Если вы домой принесли мешок с конфетами и положили в вазочку, не удивляйтесь, что вы в какой-то момент найдете несметное количество фантиков под диваном. И это понятно — ребенок их съел.

Есть дети, которые не проявляют интереса к сладостям. Он съел одну конфету и пошел дальше. А есть дети, которые озвучивают: «Я хочу остановиться, но не могу». 

Существует и пищевая зависимость. И мы предлагаем человеку триггер, с которым он не в силах совладать, и ждем, что он справится с этим самостоятельно? К сожалению, не справится. И это нечестно.

— Что происходит тогда с ребенком, если у него на столе одновременно стоят в свободном доступе конфеты, торт и котлета с гарниром? 

— Вероятнее всего, он выберет то, что ему больше нравится. И вряд ли это будет котлета. 

— То есть у него не формируется спокойное отношение к сладкому? 

— Нет, этого не происходит. 

Посмотрите, на что дети тратят деньги. Выдавайте их небольшими порциями. Можно сказать так: «Вторник и пятница — твои вкусные дни. Купи себе мороженое или пирожное, это твой личный выбор. Или отложи их на что-нибудь». Но если ребенку выделяют в огромном объеме финансовые средства, то предполагать, что он будет на них правильно питаться, не стоит. 

Подросток все время хочет есть, а вес растет

— Часто подростки все время хотят есть, причем именно сладкого. А мы видим, что вес растет. 

— Это физиологическое состояние инсулинорезистентности. У человека есть два периода физиологической инсулинорезистентности — когда нужно кого-то вырастить.

Первый — беременность, когда мне надо в себе вырастить другого человека, для этого нужен ресурс, то есть глюкоза. Второй — пубертат, когда подросток растет сам. Поэтому он хочет есть.

Вопрос, что вы положите подростку на тарелку. Он может съесть борщ, второе и салат, а может съесть то, что называется фастфудом, в огромном количестве, и переесть. И будут пустые калории, которые рано или поздно приведут к избыточному весу.

Инсулинорезистентность — это не первичная, а вторичная история. Мы ее зарабатываем на фоне ожирения, это следствие избыточного веса. Когда приходят пациенты, показывают анализ на высокий инсулин, я говорю: «Бинго, поздравляю, вы много едите».

— Можете объяснить простыми словами, что такое инсулинорезистентность?

— У нас есть гормон инсулин, который вырабатывается поджелудочной железой после поступления пищи. Глюкоза поступила в организм, ее надо отправить в ткани, чтобы она стала источником энергии. Инсулин захватывает молекулу глюкозы и тащит ее в ткань. Дальше организм ее использовал как источник энергии либо для построения других органов и тканей. 

Резистентность к инсулину возникает тогда, когда глюкозы стало больше, чем необходимо, а значит, и инсулина. Рецептор становится нечувствителен к инсулину, он не понимает его концентрацию, на этом этапе постепенно начинает нарастать уровень глюкозы. У таких пациентов большая вероятность получить сахарный диабет второго типа. 

Узнайте, что ест ваш ребенок

— Что делать, если мы не можем контролировать аппетит ребенка? Может быть, ему чего-то не хватает — белка или витаминов?

— Сначала нужно проанализировать питание ребенка. Сфотографировать или записать все, что он ел, посчитать суточный калораж. Сегодня у меня на приеме была девочка, которая потребляет в сутки 3,5 тысячи калорий.

Важно рассчитывать калораж с учетом физической нагрузки. 

60 минут ходьбы в день — это минимум, который необходим ребенку. Не факт, что он столько проходит. И если нагрузка такова, нужно менять образ жизни или модифицировать под него питание. <…>

— Так, мы посчитали калораж. 

— Посчитали калораж. Разложили его на белки, жиры, углеводы. Разобрали, сколько нужно ребенку КБЖУ. Пошли к врачу — диетологу или эндокринологу, который вам в этом поможет. В конце концов, сдали определенные анализы для того, чтобы исключить эндокринную патологию. 95% детей с избыточным весом не имеют эндокринных нарушений. <…>

Что будет, если игнорировать избыточный вес

— Что будет, если вообще не контролировать вес детей и подростков? 

— Есть понятие метаболически здорового и метаболически нездорового ожирения. У одного пациента при весе в 90 килограммов есть все осложнения избыточного веса. Другой пациент приходит с весом в 150 килограммов, и у него все биохимические гормональные параметры в норме. Но, к сожалению, исследования доказали, что пройдет пять лет, и все метаболические нарушения появятся.

Рано или поздно механизм сломается. Вы пересечете черту, и проблему придется решать в удвоенном или утроенном размере. Это сложнее, иногда дороже. 

— Меня поразило, что ожирение — это хроническая болезнь. Это не просто «ты набрал вес и потом его сбросил». 

— Ожирение признано Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ) хроническим рецидивирующим заболеванием. Оно может вернуться к вам через много десятков лет по той единственной причине, что у вас есть определенные эпигенетические факторы, которые приведут вас к набору веса. То есть вы предрасположены к этому. Может быть, это было заложено в утробе матери, определенные гены зависят от того, как питалась беременная женщина. Это могла заложить ваша бабушка, которая пережила войну — доказано, что женщины, которые недоедали во время беременности, рожали детей с высоким риском развития ожирения и психических пограничных состояний.

Все расстройства пищевого поведения, связанные с булимией, анорексией, компульсивными перееданиями, ожирениями, склонностью к дефициту веса — это последствия Первой и Второй мировой войны. Мы следующее поколение после голодавшего поколения. Это генетика, организм будет стремиться к максимальному весу. Он вес воспринимает как спокойное, благополучное состояние. <…>

— С набором веса замедляется метаболизм, и становится сложнее худеть. 

— Это не про метаболизм. Есть такое понятие — «основной обмен». Это то количество калорий, которое нужно для жизнедеятельности. Когда мы набираем вес, то часто основной обмен не меняется. Но если мы вес снижаем, то основной обмен может измениться, это один из механизмов обратного набора веса. 

Но метаболизм не меняется. «Лаборатория организма» работала 10, 20 и 30 лет назад абсолютно одинаково. Это тот же самый организм. Понятно, в период полового созревания скорость роста может достигать до 15–17 сантиметров в год. И это снова не про метаболизм, а про потребление. Дальше вы сформировались, и ваш суточный калораж примерно одинаков. Да, есть менопаузальные изменения. Но в менопаузу женщина максимум набирает 5 килограммов. Не 25, не 30, а пять! И при гормональных нарушениях происходит то же самое. 

Я привела недавно другой пример.

Ничего не произошло. Это та же самая женщина.

Когда у человека избыточный вес, организму нужно вырабатывать большее количество гормонов, у него риски больше. Организм запасает жировую ткань сначала снаружи, потом внутри. А потом может быть диабет второго типа, гипертоническая болезнь или другие сердечно-сосудистые заболевания.

Сейчас много детей с гипертонией, с диабетом второго типа. Когда я проходила ординатуру в 2005-2007 годах, это была редкость. Сейчас, к сожалению, уже не так. <…>

Чем энергетики опасны для подростков?

— Чем энергетики опасны для подростков? 

— Количеством кофеина. Мы не говорим о том, что кофеин плох сам по себе. Он обладает антиоксидантным действием. Но в энергетиках — сверхдозировка. Кроме того, там содержится таурин и другие вещества. Может быть, у ребенка есть предрасположенность к заболеваниям, которые возникнут через 20 лет. Но они могут проявиться сейчас потому, что он потребляет вещество — активный анаболик, назовем это так.

Если подросток выпил один энергетик раз за неделю — еще не так страшно, а если он выпивает пять за сутки — это опасно. При этом он и есть не хочет, потому что в таких напитках много глюкозы.

Сладкие напитки — это тоже еда, иногда сопоставимая по калориям с полноценным приемом пищи. 

Надо отдать должное многим производителям фастфуда. Они маркируют продукты, но очень мелко пишут: 150% суточное употребление сахара, соли, жиров… А мы это не читаем. И если даже читаем, то не отдаем себе отчета в риске. Потому что нам нравится интенсивно сладкая, жирная и соленая еда.

— Есть какое-то безопасное количество сахара в день для человека? 

— Мы учитываем количество добавленного сахара (менее 10% от суточной калорийности, что составляет около 25–50 граммов (примерно 6–12 чайных ложек) в день для взрослого. — Примеч. ред.). При этом Всемирная организация здравоохранения не регламентирует то, что касается фруктов, ягод, зерновых и так далее. Там много углеводов. 

Мы длительное время говорили про гарвардскую тарелку. В 2025 году вышли совершенно другие диетологические рекомендации. Одна из них: не давать детям продукты с добавленным сахаром до 10 лет. 

Хочется сказать: как вы себе это представляете? 

То, что из прикорма вывели соки — это здорово. Раньше соки решали проблему с витаминизацией детей при отсутствии круглогодичного доступа к фруктам. Теперь эпоха компотов, морсов, варений. Теперь у нас круглый год доступны любые фрукты.

Но дальше ребенок придет в детский сад, там будет праздник и он обязательно съест свой «барни». И одна сладость за несколько недель не сыграет никакой роли в его жизни. 

Слишком много продуктов с добавленным сахаром в нашем рационе. И, безусловно, нам нужно это как-то регламентировать. Много соков, причем неважно, какие они — пакетированные или свежевыжатые. Это миф, что вторые полезнее. Сахара и витамина С в обоих вариантах одинаковое количество. <…>

— Например, полдник, и каждый раз какой-то десерт?

— Сначала суп, потом десерт — это классная история. Но договориться о чем-то придется.

Я, например, своих детей приучаю по-другому. Говорю: «А сейчас будет десерт», — и достаю яблоко из холодильника. А почему нет? Это вполне могут быть ягоды или фрукт. Десерт — необязательно булка, пирожное или шоколад. Когда вы открываете меню, в десертах есть фруктовая тарелка? Есть. Но она не столь востребована, как все остальное.

«Выиграла в генетическую лотерею — ест и не толстеет!»

— От одной девочки-подростка я услышала такой вопрос: «Как жалко не выиграть в генетическую лотерею. Есть подруги, которые едят по три багета с маслом в сутки. И не поправляются! А ты съел конфету, а завтра на весах — плюс килограмм». 

— Ну, килограмма от одной конфеты у вас не будет, это блажь. У нас есть примеры двойняшек, где у одной нормальный вес, а у второй — избыток. Если изучить питание этих двойняшек, то окажется, что одна съела один мандарин, а другая два.

Есть пациенты, которые в расход калорий укладывают свое потребление. И, возможно, девушка из вопроса тратит больше, чем потребляет, несмотря на свои багеты. А мы едим меньше, но и тратим значительно меньше. Может быть, едим меньше по объему, но что-то более калорийное. Один съел полную тарелку еды, где калорийность будет меньше, чем в чем-то маленьком, что выбрал другой. Мой любимый пример — протеиновые батончики. 

Сегодня у меня было 20 листов дневника питания пациентки, я честно обводила количество сахара в том, что она ела: «Здесь 8 кусков, здесь 10 кусков, а здесь 7». — «Батюшки!» Человек смотрит на калораж. Но можно есть на низкую калорийность, но выстроенную неправильно, и вес не будет снижаться. 

Есть определенные правила питания. Это не диета (слово, которое всех пугает). Есть правила чистки зубов, мытья головы, физической нагрузки. А есть правила питания, которые должны быть на подкорке. И если вы не научились им с самого начала, сложно будет учиться потом. И начинается вечная борьба с весом: минус 20, плюс тридцать, минус тридцать, плюс тридцать пять… И кажется, что вы постоянно боретесь с весом и он побеждает.

И каждый разговор о весе начинает вас раздражать. Откуда РПП у девочек? Почему его почти нет у мальчиков? Потому что мальчики не склонны к идеализации образа так, как девочки. 

У девочек часто возникают сомнения в собственной привлекательности. К этому приводят навязанные обществом стандарты красоты, замечания окружающих, пищевые привычки. Все это может привести к РПП. И что происходит потом? Есть пациенты, которые принимают препараты для снижения веса без назначения врача. 

— Какие-то молекулы для похудения сейчас есть. Можете рассказать про это? 

— У нас есть зарегистрированные препараты для снижения веса. Они регламентированы по возрасту. Есть препараты, запрещенные за рубежом, они в блок-листе в США и Европе. У нас продаются лекарственные формы, которые считаются небезопасными за границей. И никто не предупреждает пациентов, что осложнения могут сделать состояние здоровья хуже, чем было изначально. 

Некоторые люди принимают препараты, которые вообще не должны применяться для снижения веса — начиная от мочегонных препаратов, после которых увозят в реанимацию, заканчивая средствами, которые усиливают моторику ЖКТ, и веществами, которые не относятся к доказательной медицине и не входят в клинические рекомендации. 

Я говорила с одним подростком перед нашей с вами встречей и спросила ее: «А если бы у тебя был избыток веса, какой бы вопрос ты мне задала?» — «Как мне быстро похудеть?» Вы слышите: «быстро». Дети, подростки выбирают агрессивные методы снижения веса. Они хотят видеть быстрые результаты, не понимают, почему это для них плохо. Им главное получить результат здесь и сейчас. 

Поэтому девочки попадают в реанимации, откуда выходят в вегетативном состоянии. У них возникают рецидивы РПП с госпитализациями и фатальным исходом. Это игнорировать нельзя ни при каких обстоятельствах. 

Часто мамы девочек с анорексией приводят их к эндокринологу с жалобами на снижение веса, боли в животе, тошноту, игнорируя необходимость пойти к детскому психиатру. Именно к нему нужно обращаться. Это пограничное психиатрическое состояние, которое может быть жизнеугрожающим. <…>

— Как заметить, что у твоей дочери РПП?

— Это сложно заметить в наше время. В моде оверсайз. Но вы можете увидеть, что дочь начала считать калории. Вы расспрашиваете девочку, которая вдруг стала снижать вес, а она четко отвечает медицинскими терминами: КБЖУ, макронутриенты, физактивность, фитнес и так далее. И становится ясно, что она глубоко в теме. Если вы начинаете комментировать — «что-то ты себе положила маловато», «тут ты не доела», «пойдем ужинать, почему ты решила пропустить», — это вызывает выраженную агрессию. Диалоги о еде становятся крайне агрессивны, — скорее всего, уже что-то не так. <…>

«Мы ушли от правила “больше двигаться, меньше есть”»

— Что вы думаете про семаглутид, оземпик и другие препараты для снижения веса? 

— Что касается семаглутида и вообще агонистов глюкагоноподобного пептида — как доктор я могу сказать, что это бомба. Спасибо фарме за то, что они придумали лекарства, которые могут помочь пациентам. Потому что мы ушли уже от принципа «больше двигаться, меньше есть». 

— Почему ушли от «больше двигаться, меньше есть»? 

— Потому что это не может быть единственной рекомендацией. Пациент это уже слышал от других. Он пытался меньше есть, есть по-другому, сидеть на одной диете, на другой, на кефире, на яблоках, на гречке. Он перепробовал все. На Дюкане, на кремлевской, на высокобелковой, на низкоуглеводной. Понимаете, он прошел долгий путь. Человек устал.

Пациент пришел ко мне и уже знает, что у него избыток веса. Вопрос заключается в том, что я должна ему помочь, это моя задача. И эта группа препаратов не будет работать сама по себе.

Эти лекарства — для возможности модификации образа жизни. С ними его легче изменить. Воспринимайте их как костыль, на который вы можете опираться, но работу над ошибками вам придется делать самостоятельно — либо с диетологом, либо с нутрициологом, либо с эндокринологом, либо самостоятельно. Но вам придется вычленить те ошибки, которые привели вас к избытку веса. <…>

— Я смотрела недавно интервью Опры Уинфри, американской телеведущей. Она сказала, что главное, что ей дал семаглутид — убрал постоянный шум в голове: «А что я буду есть? А сколько там калорий?» 

— Да, все правильно. Мысли о еде — перекусила, положила еду на завтра, забыла, что съела. 

Почему пищевой дневник иногда информативен? Человек выбрасывает из своей памяти часть этой еды. Если пациент в моменте записал — то все как было, а если он с утра начал заполнять дневник тем, что он ел вечером, то порядка 20% улетучивается из сознания, это подтверждено исследованиями. Люди не помнят, что они ели.

Мы не анализируем эту еду, она автоматически в организм поступает. И не понимаешь, ты пошел есть, потому что тебя подружка позвала на кофе, потому что на часах — время обеда или потому что ты действительно проголодался. Чувство голода — физиологическое состояние. Поэтому есть нужно не с точки зрения удовольствия и компании, а с точки зрения необходимости питания. Но у нас это устроено по-другому.

Мы любим есть вкусно. И у нас есть воспоминания, что салат оливье — это праздник, селедка под шубой тоже, как и другая вкусная еда. Нам хочется праздника. Из-за этого наша еда более сложная, более калорийная, более насыщенная по трансжирам. Сродни тому, что мы ели в праздничные дни. Мы все хотим жить лучше, и это нормально. Но, к большому сожалению, тогда придется физически работать значительно больше. Куда-то надо тратить эти калории. 

Почему препараты для снижения веса назначают подросткам

— Подросткам назначают препараты для снижения веса? 

— Да, с 12 лет. 

— Как вы считаете, это правильная стратегия? 

— Иногда да. Но подросток должен быть мотивирован. Во-первых, он должен понимать, что ему придется менять питание.

И мой совет: сначала попробовать что-то изменить в образе жизни и увидеть, что пациент готов. Потому что если нет, это мартышкин труд. От препарата рано или поздно придется уйти.

Что делает лекарственная форма? Моделирует наш центр насыщения. У нас происходит нарушение определенной моторики, которая дает нам чувство насыщения. Мы не можем съесть тот объем пищи, который ели раньше. И если я физически уменьшу порцию, но не поменяю ее качественный состав, то в случае отмены лекарства я начну есть так же много. И вес вернется рано или поздно.

Образ жизни придется менять. Либо ты прибавишь физическую нагрузку, либо ты увеличишь количество клетчатки, либо ты качественно поменяешь пищу, которую ешь. По-другому не будет. <…>

Как правильно кормить детей?

— Как правильно кормить детей — какие наиболее важные рекомендации вы могли бы дать родителям? 

— Детей нужно кормить полноценно. У нас есть группы продуктов: зерновые продукты, молочные продукты, овощи и зелень, фрукты и ягоды, белок — мясо, птица, яйца. Ребенок из каждой группы продуктов должен съедать 3–4 разных наименования каждый день. В неделю — не менее 40 наименований продуктов. 

Составьте список и посмотрите. Если ребенок питается разнообразно, вы эти 40 наименований легко наберете. 

Прошлые поколения жили на достаточно скудном рационе. Но разнообразие было достаточно большое. В борще сразу и свекла, и картошка, и морковка, и лук, а у кого-то сельдерей, иногда мясо или курица, то есть вариантов много. Сверху вы еще сметану добавили, чеснок. Я в одном борще насчитала семь! 

— Красное мясо обязательно должно быть в рационе у человека?

— Оно должно быть в рационе человека, но не с такой частотой, с какой мы его потребляем. 

— Правда ли, что нельзя говорить детям: это правильная еда, а это — нет? Но как тогда объяснить, почему мы не едим макароны на ужин, например? 

— Ешьте макароны на ужин хоть каждый день. Это ни на что абсолютно не влияет. Бантики, рожки, спиральки. Вы можете съесть пиццу на ужин. 

Нельзя засунуть пять килограммов огурцов в трехлитровую банку, получится пюре. Это математика.

Вы можете позавтракать кашей, вы можете позавтракать омлетом с бутербродом, вы можете съесть макароны с сыром, вы можете съесть что хотите. Некоторые едят на завтрак суп. Им так нравится. И это их личное дело. И это не является неправильным. 

Если вы потребили все белки, жиры и углеводы, правильно разложили это во временном пространстве, мне все равно, как вы ужинали или как вы завтракали. Вы можете вообще не завтракать. Вы можете никогда не ужинать. Это ваше дело. Вы можете есть два раза в день, а можете пять. 

Если один раз понять принцип, дальше проблем не будет. 

— Важно, сколько мы съедаем калорий в день. А если мы съедаем все вечером, то это не страшно? Так, наверное, никогда не похудеешь. 

— Организм, если вы поели только вечером, в оставшиеся часы должен за счет чего-то жить. И организм начнет запасать. Он же каким-то образом этот ресурс должен расходовать. 

Интервальное голодание приводит к расстройствам пищевого поведения и срывам, это доказано исследованиями. Так же, как и кетодиеты. Есть пациенты, которые говорят, что интервальное голодание привело их к снижению веса и было им комфортно. Но тогда, ребята, нужно в таком ритме жить всегда. А если вы решили так пожить 2-3 месяца, то ничего не получится. Вы откатите обратно. То же самое — когда вы что-то исключаете, рано или поздно вы снова вернете продукт в рацион. 

Нужно есть так, чтобы еда была сбалансированная. Нет ничего плохого в том, что вы любите сладкое. Ешьте его. Но вы не можете состоять из пирожных. Так не получится.

Были мифы о том, что надо есть без перекусов, потому что это стимулирует выработку инсулина. Но это необязательно так.

А дальше надо себя спросить — как вы распределили этот калораж в течение дня? Были ли вы активны? Может, человек ест вечером, а после этого идет работать обходчиком путей в метро. Есть студенты, которые вынуждены учиться до 2–3 часов ночи. И, конечно же, они увеличат свой калораж еще на 500-600 килокалорий с учетом того, что они в это время должны были спать. А они едят. 

Если вас сильно тянет на сладкое, вероятнее всего, вы не доели углеводы как основной источник энергии в течение дня. Вы делаете это неосознанно. <…>

— Мы много сегодня говорили про подростков, про то, какие вопросы у них есть. И мы решили пригласить сюда подростка, чтобы он спросил про то, что реально его волнует. Поэтому сейчас к нам присоединится Наташа Данилова.

5 вопросов от Наташи Даниловой

— Как пересилить себя, если хочется съесть что-то сладкое или фастфуд, и что делать, если другие предлагают? 

— В первую очередь ответить себе на вопрос, голодна ли ты на самом деле. То есть это желание съесть конкретный продукт или голод?

Если ты хочешь съесть сначала сладкое, то я бы выбрала какие-то фрукты, например, свежие. В них много фруктозы, они тебя достаточно быстро насытят.

Некоторые говорят о том, что можно пойти попить воды.

Ну а если тебе сильно захотелось сладкого, ничего страшного не будет, если ты пошла и съела какую-то конфету. Только ругать себя за это не надо.

Если ты пошла с друзьями в какой-нибудь фастфудный ресторан и все едят, не надо сидеть и жевать морковку. Это неправильно. Ты идешь и ешь. Но необязательно брать сразу комбо или несколько вариантов блюд. Ты можешь ограничиться одним продуктом. Этого будет вполне достаточно. 

— Я похудею, если я буду пить больше воды?

— Если ты будешь пить больше воды, ты не похудеешь. Но бывают ситуации, когда люди пытаются себя обмануть: заполнить объем желудка большим количеством воды для того, чтобы не чувствовать голода.

Надо запомнить, организм не может быть в дефиците всего, он не может голодать, потому что рано или поздно он погибнет. Поэтому лучше разберись в том, как питаться сбалансированно, пусть это будет вместе с доктором. Он объяснит, что менее калорийно. 

Наташа Данилова

Не ешь продукты, которые тебе не нравятся. Например, мама готовит кабачки, а ты их категорически не любишь. Я как врач никогда не буду заставлять тебя их есть. Скажи маме: «Я не люблю кабачки, но мне нравится другой овощ». Возьми какие-то варианты приготовления, которые тебе нравятся. И даже если это будут какие-то однотипные блюда, но ты будешь раз в неделю добавлять новый продукт, это уже будет пищевое разнообразие, которое ты медленно у себя нарастишь.

— Я похудела, а как мне потом не набирать вес? 

— Тебе нужно поддерживать то количество калорий, которое было бы достаточно для твоей жизнедеятельности. Это высчитывается. Но здесь сложно. Вес — это одна цифра. А есть еще понятие роста. Ты же продолжаешь расти. Есть понятие индекса массы тела, который возможно просчитать. Есть специальные таблицы, есть кривые, на которых можно выстроить, насколько твой вес соответствует росту. 

Динамика веса у подростка сильно отличается от динамики веса у взрослых. Ты можешь прийти к врачу, он просчитает твой индекс массы тела и скажет, например, что на ближайшие полгода твой дрейф по весу может быть +-3 килограмма. И это нормально. 

— Почему хочется есть, если буквально недавно поела? 

— Значит, ты неполноценно поела. То есть ты имеешь в виду, ты только что пообедала или поужинала, прошло 15-20 минут, ты хочешь есть снова. Тут надо смотреть, что ты ела. Потому что некоторые ребята в погоне за снижением веса съедают меньше, чем могли бы. Либо накладывают в тарелку огромное количество продуктов, которые нормальной калорийности не имеют. И тогда получается, что ты не насытился, организм пытается восполнить то, что ты не доел. 

Или ты сегодня двигался больше, тебе нужно чуть больше еды — например, добавить себе лишний бутерброд. Но сначала нужно посчитать и посмотреть, что ты ела. Можно даже сфотографировать еду и визуально понять, насколько правильно она распределена в течение дня. 

Если ты съешь кашу рано утром, тебе быстро захочется есть. Потому что если ты не добавила туда белка животного происхождения, чувство насыщения приходит быстро, но так же быстро тебя покидает. Еду надо комбинировать. 

Нужно так сбалансировать пищу, чтобы твоему организму хватило энергии на ближайшие полтора-два часа, и плюс еще был какой-то запас. Ты же не ешь между обедом и ужином еще два-три раза. 

Ты можешь и два раза за день съесть весь калораж, у тебя не будет необходимости перекусывать. Это индивидуально. Мы будем ориентироваться на твой характер питания. Например, ты привыкла на обед есть только суп. Не надо больше ничего добавлять, если этого достаточно. Но если через полтора часа ты пойдешь и съешь второе, которое не доела в обед, я не буду считать, что происходит что-то необычное.

— Говорят, что дети едят больше сладкого, чем взрослые. И когда человек повзрослел, ему сахар надоедает и не кажется таким вкусным. 

— Нет, мне сахар нравится точно так же, как нравился в твоем возрасте. Ничего подобного. То есть у людей не изменяется отношение к продуктам с возрастом. 

Но дело в другом. Тебе хочется сладкого больше потому, что на фоне высокой концентрации гормона роста у тебя меняется утилизация. Ты больше используешь жиры, наращиваешь свой мышечный каркас, костную ткань, растешь. Но не стоит съедать тот калораж, который тебе нужен в подростковом возрасте, только определенными продуктами в виде шоколадок и конфет. Потому что с возрастом характер питания у тебя останется. 

Полноценность питания, о которой мы говорили, очень важна. То есть ты должна состоять из разных продуктов.