«Последние
Фото: профсоюз «Действие»
Фото: профсоюз «Действие»
Сотрудники скорой помощи Ишимбайской ЦРБ 4 февраля начали «итальянскую забастовку» — отказались от работы по совместительству из-за того, что переработки не оплачивались. Они пожаловались на «тяжелейшие условия труда и недостойную, унизительно низкую зарплату». В эту субботу троих фельдшеров уволили. В ситуации разбирался «Правмир».

В выходной вызвали на работу по «Почте России» и уволили

В субботу, 5 февраля, у фельдшера Веры Высогорец был выходной. В обед ей неожиданно позвонил начальник отдела кадров и спросил, почему она не на работе.

— Может, какая-то путаница с графиком? Я не работаю сегодня.

— Вы не могли бы подъехать?

По графику Вера должна была выйти в ночную смену в понедельник. Чтобы разобраться, она поехала в больницу. Оказалось, туда же вызвали ее коллег Альбину Абдрахманову и Рамиля Рязапова. В кабинете их ожидали главный врач Валерий Шапочкин, начальник отдела качества и начальник отдела кадров.

Веру пригласили первую. В руках у начальницы отдела кадров уже были личное дело и трудовая книжка с записью об увольнении, на столе у Шапочкина лежал приказ.

Фельдшера обвинили в прогуле и сказали, что накануне вечером уведомили ее об изменениях в графике — позвонили и отправили приказ по «Почте России».

— Звонок действительно был, — рассказывает Вера корреспонденту «Правмира». — По комбинации цифр уже потом, после увольнения, я поняла, что это, скорее всего, ЦРБ. У меня этот номер не записан. И в течение 17 секунд я говорила: «Алло-алло, алло-алло». Потом сбрасываю, думаю: что-то со связью. Перезваниваю, и уже трубку никто не взял.

То же самое случилось, когда в кабинет зашла фельдшер Альбина Абдрахманова. Фрагмент стенограммы разговора опубликовал профсоюз «Действие»: 

«Главврач Шапочкин В.С.: Мы ждали, что вы сегодня нам поможете.

Фельдшер Альбина Абдрахманова: Если б был звонок, я б вышла на работу. Если был бы приказ — я бы вышла на работу. Не было приказа! Где моя роспись под этим приказом!? 

Главврач: Мы вам почтой приказ направили. <…> 

Альбина (показывает электронную почту в смартфоне): Вот моя почта, где ваша…

Главврач: Через “Почту России”.

Альбина: Вы вчера послали [“Почтой России”] и хотите сказать, что она должна была успеть дойти?.. 

Главврач: Я за “Почту России” не отвечаю.

Фельдшер Вера Высогорец: Никогда нас не вызывали через “Почту России”, это полная чушь — то, что вы сейчас делаете! 

Главврач: Дату поставьте, пожалуйста».

Как сообщили медики, раньше их тоже вызывали вне графика, однако все планировалось заранее. 

— О любых изменениях нам сообщала старшая фельдшер, — говорит Вера Высогорец. — Мог предупредить диспетчер.

Старший фельдшер в это время была на больничном. Исполняющей обязанности стала главная медсестра, но она никому не позвонила.

Потом Высогорец узнала у диспетчера, которая тогда заступала на смену, что никаких изменений в составе бригад не планировали.

— [Иначе] меня должны были конкретно на какую-то бригаду записать, и в этом случае при моем отсутствии они, конечно, начали бы меня искать, — уверена Высогорец. — Ничего подобного не было абсолютно. С утра она [диспетчер] сформировала бригаду из тех людей, кто пришел на работу по графику. 

Фельдшера Рамиля Рязапова уволили по другой причине. В кабинете попросили объяснить, почему он выехал на смену без дефибриллятора. Но прибор в машине был, только портативный — его передал фельдшер предыдущей смены. Основной стоял на зарядке в процедурном кабинете.

— Я пытался объяснить [главврачу], но он меня перебил: «Вот приказ, ознакомьтесь, пишите объяснительную», — говорит Рязапов. — Я написал заявление, чтобы мне предоставили в письменном виде, на какие вопросы я должен ответить, оставил это заявление у главного врача. Также устно пытался объяснять, они даже не стали слушать. Просто все было подготовлено уже заранее.

«Мы не можем доказать, что у нас большая нагрузка»

Проблемы в отделении скорой помощи Ишимбайской ЦРБ начались в 2020 году. После очередной волны пандемии количество бригад сократили сначала до шести, потом до пяти. 

— Первое время нам говорили, что этих бригад как раз и хватает и что мы успеваем, — объясняет Рамиль Рязапов. — Мы не раз обращались к главному врачу, чтобы выпустили дополнительные бригады, но ничего не было сделано.

Смена фельдшера длится 12 часов. Иногда медиков вызывают из дома, потому что не хватает людей — бывает по 15–17 вызовов. 

— После работы невозможно уйти вовремя, — продолжает Рязапов. — Привезешь последнего больного издалека, это будет уже десять, одиннадцать вечера. Пока напишешь карты, это все надо в компьютер внести… Некоторые [медики] даже до двенадцати задерживались.

Как объяснила Вера Высогорец, официально нагрузка у фельдшеров небольшая. Если машина везет больного, например, в Уфу или Стерлитамак, ее не бывает в Ишимбае больше шести часов. Иногда одновременно уезжают несколько машин, и в городе вместо пяти остаются две.

— Но по факту в отчетах они распределяют вызовы на общее количество машин, включая машины при сельских амбулаториях — у них мало вызовов, но большие расстояния и сельское население не так много болеет. Поэтому мы не можем доказать, что на самом деле нагрузка у нас большая. 

Два раза медики требовали выплат за то, что выполняют работу второго фельдшера в неукомплектованных бригадах. Ставка фельдшера — от 28 тысяч с категорией и стажем, без них — от 23 тысяч. Все, что им повторяли: «В других городах тоже работают по одному, они так же выезжают. Почему вы не можете?» 

Фото: профсоюз «Действие»

— Мы так и выезжали, — говорит Рамиль Рязапов. — Но пусть тогда посмотрят на эти города. Там зарплата за такую же работу выше, чем у нас. Мы работали, мы просили, мы обращались к главному врачу, чтобы хоть какие-то стимулирующие платили. Некоторые уже начали переходить на ставку, чтобы не перерабатывать. Просто люди действительно выгорают и физически устают.

— Буквально последние дни ребята вообще на ногах не стояли, — подтверждает Вера Высогорец. — Просто вырубаются. Как мы смеемся между собой: «Уходим в кому». И то, знаете, у всех же дети, какие-то заботы дневные. Чисто физически и морально тяжело, потому что начинаешь на вызовах одни и те же вопросы задавать, понимаешь, что ты порой не вникаешь в ситуацию. Тебе нужен четкий, ясный ум, ты должна отдохнувшая прийти… 

В декабре 2021 года медики обратились в прокуратуру, но им ответили, что поводов для реакции прокурора нет.

— И тут мы поняли, что ничего уже невозможно сделать, только вынести все накопившиеся проблемы в общественность, — комментирует Рязапов. — Никто не отказывается работать. Вот если бы хоть какие-то переговоры были, доплаты, которые мы получали бы за второго фельдшера, все бы у нас выходили и работали и на полторы, и на две ставки. 

21 января с медиками встретились представители Минздрава и правительства Башкирии. После этого приезжали только проверки, на переговоры больше никто не выходил. Исключение — администрация города. 

В конце января Рамиля Рязапова, председателя «первички» профсоюза медработников «Действие», сняли с должности и. о. главы отделения скорой медицинской помощи. 

— Заведующим должен быть врач, а я простой фельдшер. Предыдущий ушел на больничный, у нас не было руководителя. Ходили к главному врачу, договорились, что коллектив сам выберет кого-то. Выбрали меня. После нового года я сам не хотел, но меня уговорили остаться до 31 марта. И вот меня увольняют. 

Фото: профсоюз «Действие»

Рязапов уверен: его сняли с должности из-за того, что он пытался отстаивать права медиков. 

— Но я ничуть не огорчен. Ничего такого. Я, как и раньше, продолжал работать фельдшером. 

«Мы все выезжаем по одному и порой плюхаемся на вызовах»

С 4 февраля медики объявили «итальянскую забастовку». Это форма протеста, при которой сотрудники исполняют только свои должностные обязанности — не больше, но и не меньше.

— Есть один нюанс, — обращает внимание Вера Высогорец. — Забастовка началась, мы стали работать без совместительства, чтобы главный врач увидел, как это, когда я работаю столько, сколько должна по ставке. Это уже сократило количество людей, которые сейчас на линии.

Но и выезжать по двое на одной машине у фельдшеров не получалось, потому что много людей ушло на больничный и оставить население без помощи медики по-человечески не могли. Если в смену будут работать четыре фельдшера и если они сядут по двое, то на линии останется всего две машины. А если понадобятся дальние перевозки, то машин может вовсе не хватить. 

— Естественно, мы прекрасно понимали, что от нас зависят жизни. Но главный врач нас не слышал, он пытался все это перекинуть на вышестоящие органы и говорил, что это не в его компетенции, что у него нет денег, что у него кредиторская задолженность: «Если Министерство скажет, я вам сделаю надбавки, сам не могу». 

— Получается, мы вроде как работаем, но не получаем никакой отдачи, — продолжает Высогорец.

— Мы понимаем, что кадровый вопрос внезапно не решится. Но мы просим-то не так много: сделайте 100% процентов ночных вместо 60%, сделайте нам стимулирующие за выезды по одному.

Мы все выезжаем по одному и порой плюхаемся на вызовах. Компенсируйте нам выезд машины в неукомплектованной бригаде, и мы будем брать эти подработки и понимать, что хоть как-то получим за это больше, чем сейчас. 

Редакция «Правмира» направила запрос в Министерство здравоохранения Республики Башкортостан с просьбой прокомментировать ситуацию. Нам ответили, что медицинская помощь в Ишимбайском районе по профилю СМП «продолжается в полном объеме»:

— Для комплектации бригад скорой помощи в Ишимбайскую ЦРБ направлены 30 студентов старших курсов медколледжа и БГМУ по профилю «медицинская сестра», что соответствует нормативу. Проверка Минздрава РБ по обозначенным и заявленным сотрудниками проблемам продолжается, — подчеркнули в Министерстве.

По словам Веры Высогорец, студент не формирует бригады, его нельзя посадить в машину одного даже вместе со вторым студентом: у них нет сертификата, они не имеют права оказывать помощь самостоятельно. Этих студентов с начала февраля отправили в ЦРБ на практику. 

— Что может студент? Сумку поднести? Некоторые из них даже не могут накладывать электроды, чтобы снять электрокардиограмму, вот такой уровень, — заключает Высогорец.

«Очень тяжело терять любимую работу»

Андрей Коновал

В субботу, 5 февраля, фельдшеры написали заявление в местную прокуратуру, чтобы проверили законность их увольнения. Сейчас вместе с юристом профсоюза «Действие» они готовят исковое заявление в суд. 

Чтобы восстановить Высогорец, Рязапова и Абдрахманову в должности, есть все основания, считает сопредседатель «Действия» Андрей Коновал:

— Все это было сделано крайне грубо и топорно, с очевидными натяжками. У Рамиля Рязапова, как и у его уволенных коллег, нет ни одного действующего дисциплинарного взыскания. Есть закрытый перечень нарушений, за которые можно уволить вот так сразу, — например, хищение, пьянство, прогул. Ничего из того, что им вменяют, никоим образом не может быть. Люди якобы не вышли — и у них [руководства] сразу оказывается заготовленный приказ, шитый абсолютно белыми нитками, — комментирует Коновал.

Как объяснил правозащитник, привлечь сотрудников к работе в выходной день можно только с их письменного согласия (ч.2 ст. 113 Трудового кодекса). 

— Посылать такой приказ почтовым отправлением, заведомо зная, что оно не может быть доставлено вовремя — это или сознательное вредительство, или служебная халатность, — заключает Коновал.

Он считает, что этими увольнениями руководство ЦРБ устрашает коллектив. 

Правозащитник обратил внимание: медики проявили ответственность и не отказались работать в неукомплектованных бригадах при большом количестве вызовов.

— Работодатель в этой ситуации поступает особо циничным образом — в ответ берет и увольняет работников, замену которым найти практически невозможно. Нет никаких сомнений, что мы их восстановим. 

Трое уволенных медиков уверены в своей правоте, но чувствуют себя растерянными. Когда главврач отдавал трудовую книжку Вере Высогорец, она пыталась доказать, что происходящее — абсурд:

— Валерий Сергеевич, вы понимаете, что сейчас какая-то ерунда творится? Это просто полная чушь — то, что вы сейчас делаете, вы же это понимаете.

— Нет, я действую в рамках закона. Вас уведомили, а вы не вышли. 

Объяснять что-то главврачу было бесполезно, поделилась Высогорец с корреспондентом «Правмира»: 

— Не знаю, это очень спланировано было все… Я поехала [на работу] разобраться с графиком, а меня ждала моя готовая трудовая книжка. 

Фельдшер Альбина Абдрахманова рассказала «Правмиру», что для нее все случилось слишком неожиданно, а решение главврача она считает несправедливым:

— Хочется сказать одно. Никто не ожидал, что с нами так подло поступят. Все нас поддерживают и готовы на реальные шаги, даже писать на увольнение всем коллективом. Я очень надеюсь, что справедливость восторжествует и нас восстановят. Очень тяжело терять любимую работу.

Помогите Правмиру
Сейчас, когда закрыто огромное количество СМИ, Правмир продолжает свою работу. Мы работаем, чтобы поддерживать людей, и чтобы знали: ВЫ НЕ ОДНИ.
18 лет Правмир работает для вас и ТОЛЬКО благодаря вам. Все наши тексты, фото и видео созданы только благодаря вашей поддержке.
Поддержите Правмир сейчас, подпишитесь на регулярное пожертвование. 50, 100, 200 рублей - чтобы Правмир продолжался. Мы остаемся. Оставайтесь с нами!
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.