У Машеньки появился новый приятель — некрещеный агностик. Его мировоззрение я считаю нужным уточнить в самом начале повествования по той причине, что до сих пор в Машином круге общения преобладала активная православная молодежь из разных церковных клубов и движений. И тут вдруг — человек неверующий, но проявляющий к вере живой и неподдельный интерес! Заветная мечта любого православного миссионера.

Православна компания

Агностик, то есть Сережа, не просто появился в Машиной жизни, а даже серьезно в нее влюбился. А потому был готов разделять самые разные Машины интересы и увлечения, в том числе религиозные. В воскресенье он ждал Машу после литургии в церковной лавке, листая возле полки книги с диковинными именами авторов. После службы компания Машиных друзей празднично обедала в одном из ближайших к храму кафе, и Сережа присоединялся к посиделкам.

Как и странные «Лествица», «Невидимая брань», «авва Дорофей» с книжных полок, православные интеллигенты и их разговоры казались Сергею очень интересными и необычными, будто шагнувшими в наши дни из далекого Средневековья. За кружкой пива они бурно обсуждали уставы поста и спорили о том, можно ли сегодня закусывать креветками или лучше взять просто ржаные гренки. От еды переходили к традиционным для думающих людей разговорам о судьбах России, ее политике, истории, настоящем и будущем. Сергей не был человеком верующим, но богатая эрудиция позволяла ему чувствовать себя уверенно и не быть в этой компании чужим. В спорах и о политике, и об искусстве, и даже местами о богословии он оказывался на высоте.

«Ты знаешь, кажется, я готов креститься и стать одним из вас, — как-то шепнул Сергей Маше наедине, по дороге к метро. — Пожалуйста, расскажи мне, что нужно сделать. Я прочитаю все книги, которые ты посчитаешь нужными, буду знать все то, чем живут и о чем спорят твои друзья. Буду ходить на огласительные беседы, если теперь так положено».

Наверное, об этом в глубине души мечтал каждый воцерквленный человек — ну, по крайней мере, на заре своего неофитства. Чтобы представитель вражеского стана, нехристь и безбожник, вдруг уверовал и облекся во Христа. Но именно ли во Христа? Или просто в нашу милую, уютную интеллигентскую тусовку?

«Для того чтобы креститься, нужно поверить в Господа и Его полюбить, — отвечала ему Маша. — Но я сейчас особо не уверена, что ты любишь именно Христа, а не меня и компанию моих друзей как мое продолжение. Может быть, тебе, Сережа, стоило бы немного подумать и подождать? Ведь крещение — очень серьезный шаг, который стоит совершать ради себя и своего личного спасения по вере, а ни в коем случае не для того, чтобы взаимно понравиться каким-то симпатичным тебе людям».

Сергей же продолжал настаивать на своем:

— Если ты считаешь, что мне еще рано креститься, то что другое я могу для тебя сделать?

— О, что сделать? Да есть тут одно дело — я переезжаю с одной квартиры на другую, и нужно сначала рассортировать книги: нужные взять с собой, а ненужные отнести к лифтам — есть у нас такое место, где жильцы дома прочитанными книгами обмениваются бесплатно. А потом ценные книги сложить в большой рюкзак и перевезти на новую квартиру. Как раз подходящее задание для такого интеллектуала и спортсмена, как ты, — улыбнулась Маша.

— Буду рад помочь! — с готовностью согласился Сережа.

— Тогда очень жду утром в субботу, в 10 часов. Договорились?

В субботу в 10 часов утра Сергей не приехал. Не дал он о себе знать и в половине одиннадцатого, и в двенадцатом часу. Когда Маше все-таки уже надоело ждать, и она разразилась гневным телефонным звонком, на том конце беспроводной сети ей ответил вялый зевающий голос: «Я сплю еще. Давай как-нибудь в другой раз, а?»

Переехать в другой раз у Маши никак не получалось — это нужно было сделать именно сегодня. А потому ей не оставалось других вариантов, кроме как взвалить тридцатикилограммовый рюкзак с книгами себе на плечи и потопать к станции метро.

На следующий день Сергей, как ни в чем не бывало, снова встречал Машу на выходе из церкви и рад был присоединиться к их компании. Они снова сидели в кафе, пили пиво, закусывали его разрешенной по уставу вяленой рыбой и спорили о том, какой же политический выбор следует теперь сделать Украине. Маша была очень сильна обижена. Она отсела от Сережи на другой конец стола и не хотела с ним разговаривать.

— Маша, ну что ты дуешься? Серега — отличный парень! Ну, подумаешь, вчера не смог к тебе заехать — всякое же бывает. Смотри, как ты ему нравишься, — пытались наперебой ее утешить православные друзья.

Но обида на Сергея не прошла, а только усилилась. Кроме того, Маше на ум начали приходить все те поступки ее замечательных православных друзей, которые не нравились ей давно. Она вдруг вспомнила, что у интереснейшего знатока патрологии Пети есть бывшая супруга, которая в одиночку растит двоих его детей, и которым он практически не помогает, потому что теперь у него новая жена и еще один ребенок. А беременная жена историка-византолога Димы сильно страдает от того, что живут они в унаследованной от ее покойной бабушки однокомнатной квартире, где в последний раз ремонт делали в 1989-м году. И Дима искренне недоумевает, зачем он нужен, какой-то там ремонт, когда денег не хватает на самое необходимое: на поездки в Турцию по византийским руинам и на книги. Ведь ради этого можно потерпеть и серый потолок, и драный линолеум, и выцветшие обои.

Маша представила себе, что будет, если Сергей крестится. Один набор книг на полках его обширной домашней библиотеки немного потеснится, чтобы дать место новому — православному. В литургическую жизнь он, уже можно сказать, влился — ну, по крайней мире, в «агапу» после евхаристии. Сейчас в спорах он выступает с точки зрения человека сомневающегося, которому Церковь не внушает особого доверия. Может быть, потом он будет так же пламенно и аргументировано вести дискуссию с позиции ревностного неофита, даже фанатика.

Только внешне ничего не изменится. Будут те же посиделки после литургии в тех же стенах кафе с пивом, дома будут ждать те же обиженные или уже не ждать брошенные жены, а на лестнице будет стоять набитый книгами рюкзак, который некому донести.

— Вообще-то христианство — это про то, как менять свою жизнь. Жизнь повседневную, самую что ни на есть реальную, бытовую, отношения с близкими людьми, а не только текущие политические взгляды, исторические трактовки и понимание теории эволюции. Может быть, ты на самом деле готов, а я просто тебя недооцениваю?

— Только тогда мы, то есть наша компания, ничем не сможем тебе помочь. Мы так пока не умеем.

Помогите Правмиру
Сейчас, когда закрыто огромное количество СМИ, Правмир продолжает свою работу. Мы работаем, чтобы поддерживать людей, и чтобы знали: ВЫ НЕ ОДНИ.
18 лет Правмир работает для вас и ТОЛЬКО благодаря вам. Все наши тексты, фото и видео созданы только благодаря вашей поддержке.
Поддержите Правмир сейчас, подпишитесь на регулярное пожертвование. 50, 100, 200 рублей - чтобы Правмир продолжался. Мы остаемся. Оставайтесь с нами!
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.