Татьяна Краснова

Мы сидим за бывшим хирургическим столиком, накрытым веселой скатеркой и похожим от этого на «приличный», на сервировочный. Анна Ивановна и Анна Петровна нарезали колбасы, высыпали в вазочку конфеты и даже почистили апельсин.

Анна Ивановна и Анна Петровна любят, когда я прихожу пить чай в их крошечную сестринскую, где пахнет чистым бельем и утюгом. Старшая сестра и сестра-хозяйка. Две немолодые уже женщины с добрыми, ласковыми лицами.

Обе много лет проработали в этом отделении, обе «болеют» за него, как за родной дом. Мы подружились почти два года назад, тогда я впервые пришла в чистое, светлое и очень больничное отделение для новорожденных в московской психоневрологической клинике.

Я тогда помогала одному из докторов найти для маленького пациента нужное лекарство.

Присмотревшись ко мне внимательно, Анна Ивановна подошла и заговорила со мной не про таблетки, а про рисунки на стенах.

— Представьте, вот вы так ждали ребеночка, так готовились, а он родился, и что-то пошло не так. И вы с ним попали не в палату, где лежат счастливые мамочки со здоровенькими младенчиками, а в реанимацию. И он у вас не закричал, как все, а даже не запищал, даже дышать сам не смог… И врачи говорят, что вам теперь не домой, а в больницу. И еще страшнее — вам в больницу не на день, не на месяц, а навсегда. Потому что он у вас не такой, как все. БРАКОВАННЫЙ. Знаете, как страшно?!

— И знаете, как ему, такому вот бедному, нужна мама?

Подруга-доктор рассказала мне как-то раз историю, которая поразила меня и не отпускает до сих пор. В одном очень дорогом и очень платном роддоме одна уже не очень юная женщина родила ребенка с синдромом Дауна.

Девочка была, по словам моей подруги, совсем неплохая, в общем здоровенькая, и на первый взгляд даже сказать было трудно, что ребенок не такой как все. Но скрывать от мамы правду нельзя, маме все объяснили. Та сказала: «Унесите ее пока, я буду думать!».

Три дня в отдельных палатах на разных концах огромного больничного коридора лежали новорожденная малышка и ее мать. Три дня девочку кормили из соски, она спала, ела и плакала как все нормальные дети. На третий день та, что ее родила, написала отказ. То есть, подумала и решила, что такой ребенок ей не нужен. Встала, собрала вещи и ушла.

Ушла она утром, а к обеду мою подругу вызвали в реанимацию: новорожденная девочка, которая еще час назад мирно спала в своем боксе, внезапно стремительно «ухудшилась» сразу по всем показателям.

К ночи, несмотря на все усилия врачей, малышки не стало.

Кажется, после того случая моя подруга перестала горячо ратовать за атеизм, и попросила отвести ее в какую-нибудь церковь.

— Им очень нужна мама! А маме — знаете, как страшно? А тут стенки белые, кровати больничные и все такое стерильное, чужое. А вдруг она испугается? А вдруг откажется? Вдруг бросит?!

Прошло почти два года со дня того разговора.

У нас самое веселое отделение во всей больнице.

Вся моя френдлента из Живого Журнала таскала в больницу мячики и ходунки, погремушки и резиновых утят, яркие картинки для столовой и ординаторской.

Нашлись среди нас художники, которые расписали коридоры птицами, цветами и облаками.

А вчера Анна Ивановна и Анна Петровна купили «по случаю» два куста искусственных роз в горшках, и поставили на столе у входа. Рядом с громадным плюшевым зайцем и одноглазым медведем.

Зимой мы снова нарядим елку…

Мы очень стараемся сделать больницу веселым, добрым и приятным местом.

Я все думаю — если бы окружающий мир был немного веселее, красочнее и добрее к той маме, что тогда написала свой страшный отказ — может, она бы оставила ребенка? Может, не бросила бы?

Мы не можем раскрасить весь белый свет для того малыша, которого сегодня принесла мне в ординаторскую подруга.

У него ДЦП, и он «отказничек». Он этого пока не знает, и дергает за крыло смешную бабочку, приклеенную к двери в процедурную.

Пока мы раскрасили для него одно отделение в больнице.

Но мы постараемся.

Мы правда очень постараемся.

Читайте также:

Бремена друг друга

Со стиральным порошком вместо поучения, или «Приходи играть на Небо»

Конвертик для Бога

Помогите Правмиру
Сейчас, когда закрыто огромное количество СМИ, Правмир продолжает свою работу. Мы работаем, чтобы поддерживать людей, и чтобы знали: ВЫ НЕ ОДНИ.
18 лет Правмир работает для вас и ТОЛЬКО благодаря вам. Все наши тексты, фото и видео созданы только благодаря вашей поддержке.
Поддержите Правмир сейчас, подпишитесь на регулярное пожертвование. 50, 100, 200 рублей - чтобы Правмир продолжался. Мы остаемся. Оставайтесь с нами!
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.