У Ани один из видов рака кожи – меланома. Метастазы в подмышечных лимфоузлах, мягких тканях спины обнаружили в августе этого года, а вот первичный очаг найти не удалось. Аня прошла 4 курса иммунотерапии препаратом «Китруда», но, к сожалению, безрезультатно. Появились метастазы в головном мозге, костях, надпочечниках, яичниках, брюшине. Сейчас Ане назначены другие противоопухолевые препараты – «Опдиво» и «Ервой». Лекарства дорогостоящие. Аня – гражданка ЛНР, но проходит лечение в России. Дома, в Луганске, ее ждет маленькая дочь Ева, которой нет и двух лет.


Аня родилась и выросла в небольшом городке Лутугино Луганской области. Окончила школу и решила, как и ее подруга, стать финансистом – чтобы работать в налоговой. «Учет и аудит, финансы – новые названия, звучали красиво. Мы с подругой решили: идем! Мама советовала: “Поезжай в Киев, Харьков. Большие города – возможностей больше”. А я не представляла, как буду жить далеко от семьи, да еще в общежитии. Мне было хорошо дома. Я поступила в университет Луганска и каждый день ездила на занятия. Правда, утром вставала на полтора-два часа раньше, чем большинство студентов, чтобы успеть на пары, но меня это устраивало», – рассказывает Аня.

Аня

Она закончила университет с красным дипломом, но в налоговую работать так и не пошла. Устроилась в торговую компанию менеджером по продажам. Там и познакомилась со своим будущим мужем – Виталием. Через год после свадьбы у них родилась дочь Ева. «Она как две капли воды похожа на папу. Меня умиляет в ней все. Даже когда хулиганит и вредничает», – улыбается Аня.

Дочке было 9 месяцев, когда они наконец-то переехали со съемной квартиры в свою. Смогли ее купить, потому что цены на жилье в Луганске из-за военных действий сильно упали. Виталий открыл небольшую торговую точку. Аня по мере сил помогала ему. «С Аней мне всегда хорошо и спокойно. Такое чувство, будто мы знали друг друга всю жизнь. Я чувствую ее поддержку, заботу, небезразличие. И мне хорошо, когда у нее все хорошо, когда она улыбается и улыбается наша маленькая дочка», – говорит Виталий.

С мужем и дочкой

И ему, и Ане хотелось, чтобы так было всегда – просто потому, что по-другому быть не может, не должно. Они и представить не могли, что их спокойная, счастливая семейная жизнь вдруг начнет меняться и каждый новый день станет днем борьбы – за Анину жизнь.

«Это не лимфома, это метастаз»

1 августа Аня случайно обнаружила у себя под мышкой какое-то уплотнение. Маммолог направил женщину на УЗИ. Исследование показало, что у нее увеличены подмышечные, надключичные и подключичные лимфоузлы. С результатами обследования Анну направили к онкологу. «Онколог мне еще до биопсии сказала, что у меня лимфома – заболевание лимфатической ткани. Помню, я спросила: “Это онкология?” “Ну да”, – ответила врач. И добавила: “Лимфома лечится, с ней живут 20-30 лет”. “Как 20-30?! – подумала я тогда. – Это же мало! Я хочу жить дольше! Внуков нянчить! Это точно не моя история. У нас в роду никогда онкологии не было. Страшный сон закончится, и все будет хорошо”. Мое состояние в тот момент описать невозможно. Шок», – вспоминает Аня.

Аня

Она нашла лучшего в Луганске торакального хирурга, который согласился в срочном порядке взять биопсию. Пыталась настроить себя, что никакой лимфомы у нее нет, это ошибка, но переживания за семью – за маленькую дочь, мужа, только что перенесшую инсульт маму – были такими сильными, что она перестала спать, есть, сильно похудела. Хирург, видя ее состояние, успокаивал: «Да у тебя самая простая болезнь из всех, с какими лежат в нашем отделении». И Ане очень хотелось в это верить.

Когда пришли результаты биопсии и ей сказали: «Это не лимфома, это метастаз меланомы», Аня сначала обрадовалась. «Слова «метастаз» и «меланома» мне были не понятны.

Про метастаз я что-то слышала по телевизору, примерно знала, что это поражение какое-то, но какое? Я спросила тогда врачей: “Это хуже или лучше лимфомы?” Ответили: “Это другое”. Я решила показать результаты биопсии другому врачу-гистологу в надежде услышать что-то оптимистичное. Но второй врач объяснил, что меланома – это хуже, чем лимфома. Меланома была у одного из успешных в нашем городе людей, и даже при наличии больших возможностей он через два года умер. Что происходило у меня внутри – не описать. Если прогноз в 20-30 лет с лимфомой был для меня шоком, то 2 года с меланомой… Я не спала вообще», – рассказывает Аня.

Ей стоило невероятных усилий успокоиться и настроиться на борьбу с болезнью – ради себя и своих близких. В надежде пройти повторное обследование и необходимую терапию она приехала в Москву. Понимала, что лечение будет платным, потому что нет российского гражданства, но другого выхода она не видела. Деньги на лечение помогли собрать друзья, знакомые, родственники.

Аня с родителями

Препарат, который не подействовал

После того, как были сданы все анализы в одной из московских клиник и получены результаты, Ане подтвердили диагноз – метастаз меланомы без выявленного первичного очага. Назначили иммунотерапию препаратом «Китруда». «Нам сказали, что этот препарат помогает всем. Это панацея. Да, стоит дорого, лечиться можно и год, и два, но ведь главное – результат. Не думали, что в нашем случае все будет иначе. Мне не верится, что с Аней такое произошло», – говорит Виталий.

Четыре курса иммунотерапии противоопухолевым препаратом «Китруда» Ане, к сожалению, не помогли.

Результаты очередного обследования показали, что опухоль в правой подмышечной области увеличилась и появились новые метастазы – в головном мозге, костях, брюшине, надпочечниках, яичниках.

Врачи пересмотрели план лечения и назначили ей два новых сильных препарата – «Опдиво» и «Ервой». Они должны остановить распространение метастазов по организму. Лекарства очень дорогие. Возможности приобрести их самостоятельно у Ани нет. Все деньги, которые были у них в семье и которые помогли собрать в первые месяцы друзья, уже потрачены.

Аня с дочкой и с папой

«Я по жизни оптимист. И буду бороться. Я не сдамся. Знаете, какая у меня мечта? Большая семья! Трое детей, внуки, правнуки и большой дом, в котором мы бы жили вместе с моими родителями, родителями мужа, детьми и внуками. Я семейный, «домашний» человек, но при этом очень люблю путешествовать. Была бы возможность, я бы объехала весь мир. Но всегда бы возвращалась домой – чтобы рассказать, что видела, с кем встретилась…» – говорит Аня. Помогите ей, пожалуйста!

Фонд «Правмир» помогает онкобольным взрослым и детям получить необходимое лечение. Помочь можете и вы, перечислив любую сумму или подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей.

Вы можете помочь всем подопечным БФ «Правмир» разово или подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей.

Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: