Главная Поток записей на главной
Пушкин, «Стоунер» и воспоминания военнопленных. Священники — о книгах для Великого поста
Фото: istockphoto
«Пусть каждый из нас задумается о том, сколько времени проводит каждый день с книгой, а сколько — с телефоном в руке, пусть даже занимаясь важными делами», — говорит протоиерей Андрей Кордочкин. Великий пост — хорошее время, чтобы вернуться к книгам. Священники рассказали «Правмиру», что они читают сейчас и почему.

Пушкин, «Стоунер» и воспоминания военнопленных. Священники — о книгах для Великого поста

И почему бумажная книга лучше электронной
Фото: istockphoto
«Пусть каждый из нас задумается о том, сколько времени проводит каждый день с книгой, а сколько — с телефоном в руке, пусть даже занимаясь важными делами», — говорит протоиерей Андрей Кордочкин. Великий пост — хорошее время, чтобы вернуться к книгам. Священники рассказали «Правмиру», что они читают сейчас и почему.

«Меня лечит язык Пушкина»

Архимандрит Савва (Мажуко)

Архимандрит Савва (Мажуко):

— Мы все очень разные люди, у каждого своя тональность жизни, и каждый пост год от года приобретает какую-то свою конкретную биографическую окраску в зависимости от того, где сейчас человек находится, чем он живет. 

Что читать? Все зависит от ритма жизни конкретного человека. Здесь не может быть, мне кажется, никаких правил. Например, если вы только что родили ребенка, я не думаю, что этим постом у вас будет время на какое-то чтение.

Моя любимая книга, если говорить о христианской литературе, — это «Древний патерик». Она очень простая и мудрая. Это то, что я люблю и к чему возвращаюсь.

В последнее время мы настолько погрузились в информационное переедание, что сейчас нужно очень серьезно думать именно об этом вызове. Он имеет самое что ни на есть аскетическое измерение. 

По себе я ощущаю, что нахожусь просто в информационном аду. Я отказался от просмотра некоторых сайтов, которые часто посещал, редко смотрю новости, не позволяю себе слушать аудиокниги.

Я настолько устал от информации, что мне необходимо молчание и возврат к классике.

Поэтому я перечитываю то, что уже читал когда-то. Возвращаюсь к старым книгам, к верному, проверенному временем чтению.

В этот Великий пост я вернулся, например, к «Волшебной горе» Томаса Манна, которого очень люблю. Но это не рекомендация чтения для поста, а просто эпизод моей личной биографии. Еще я регулярно перечитываю тексты отца Сергия Булгакова. Это родные для меня собеседники, к которым мне всегда радостно возвращаться как к какому-то приюту. 

Я заметил, что лично меня лечит язык Пушкина. А сейчас я чувствую, что нуждаюсь в лечении словом. Если нахожусь в пути, у меня есть свободная минута, я вспоминаю стихи Пушкина, которые знаю наизусть, перечитываю про себя или даже вслух, если рядом есть друг, готовый выслушать. 

Но надо понимать, что в чтении нет абсолютного измерения. Нужно прислушиваться к своему ощущению и идти своим путем.

Я бы предостерег энтузиастов, которые считают, что нужно обязательно прочитывать в неделю по книге или прослушивать аудиокниги во время пробежки, как некоторые делают. По себе я чувствую, что я переживаю в такой момент страшные перегрузки. 

Нужно делать что-то одно. Чтение книги — это событие, которое не должно происходить между делом, этому нужно отдаваться целиком. Хотя бы из уважения к автору, которого читаешь.

«Каждый год я перечитываю Евангелие»

Священник Дионисий Костомаров

Священник Дионисий Костомаров:

— Пост — это замечательное время, чтобы сделать чтение систематической привычкой, если таковой нет. Лично я уделяю определенный, довольно длительный промежуток дня на то, чтобы читать. От конкретных рекомендаций я бы воздержался, потому что это очень личное.

Но я могу сказать, какие книги навсегда оставили во мне очень большой след, к которым я периодически возвращаюсь. Одной из главных книг я бы выделил роман Джона Уильямса «Стоунер». Почему? Существует прекрасное и редкое чувство, которое может подарить исключительная книга, — чувство узнавания жизни, чего-то в ней неуловимого и неописуемого. В такие моменты удивляешься: как если бы кто-то смог руками поймать свежесть после дождя или ясное небо и дать тебе. Такое узнавание может содержать в себе настоящую грусть или подлинную радость.

Я давно для себя заметил, что то, за что обычно ценится литература: сюжет, мысль, идеи, — стоит далеко не на первом месте в формировании этого «узнавания». Но, как и в жизни, сама реальность куда полнее и живее самых лучших слов о ней. Если, закрывая книгу, я узнаю не об еще одной биографии или сюжете, но как будто проживаю жизнь изнутри, — то да, такую литературу определенно стоит читать.

Я не буду говорить о том, что чтение в целом или отдельная книга в частности могут сделать человека лучше или добрее. Человек достаточно надежен лишь для трагедии, потому что каждая жизнь трагедия. Но само понимание этого единственного и бесконечного кризиса нашего вида: трагедии, — делает нас немного светлее. 

Потому что в предгрозовой атмосфере надвигающегося шторма начинаешь ценить просто свет и просто покой.

Да, мы во всем «не до»: не до конца мудры, не до конца смелы, не до конца честны, не до конца счастливы, не до конца умны, не до конца сознательны. И, пожалуй, самое главное чувство, что может подарить жизнь: осознание, что иногда можно прыгнуть немного выше головы. Умом ли, сердцем ли, правильным ли поступком посреди бушующей неправды, — но заглянуть за край. Увидеть настоящее, невыразимое, грядущее. Узнать что-то то единое на потребу, что знать стоит. Все это есть в романе Уильямса. Он глубок и прекрасен, он simple and clever.

Но, помимо этой конкретной рекомендации художественного произведения, конечно, пост должен быть временем для возвращения к чтению Священного писания, потому что вдумчивое и неторопливое чтение Евангелия через определенные промежутки жизни позволяет нам взглянуть на него немного другими глазами.

Лично я стараюсь каждый Великий пост перечитывать Четвероевангелие, и каждый раз для меня это как будто бы немного новая книга, потому что тот жизненный опыт, который я приобретаю за год, позволяет мне, с одной стороны, иначе воспринять некоторые моменты, а с другой стороны — посмотреть в будущее тоже немного иначе, под другим углом.

Конечно, тут есть разные подходы. Кто-то читает Священное писание каждый день, кто-то не открывает его десятилетиями. Но если мы говорим о человеке церковном, то такое вдумчивое перечитывание полностью хотя бы раз в год помогает нам и в лучшем понимании Евангелия, и в лучшем понимании нашей собственной жизни.

«У меня правило — читать 100 страниц в день»

Протоиерей Андрей Кордочкин

Протоиерей Андрей Кордочкин:

— Мне кажется, что сейчас важно говорить не столько о том, что именно необходимо читать, а важен сам призыв возвратиться к чтению. Если это не звучит как нечто очевидное — пусть каждый из нас задумается о том, сколько времени проводит каждый день с книгой, а сколько — с телефоном в руке, пусть даже занимаясь важными делами.

Бумажная книга — это важно. Она возвращает времени естественный ритм и смысл. Я пытаюсь сам взять себе за правило читать 100 страниц в день — и ничего не получается. 

Конечно, я бы не ограничивал себя только духовной литературой. У меня на столе лежит книга Оксаны Дворниченко «Клеймо» о судьбах советских военнопленных Великой Отечественной войны. Временами есть вопросы к первоисточникам, но основа книги, тем не менее, — живые свидетельства людей, которым вначале внушали, что война невозможна, затем бросили на фронт. Зачастую контуженными, ранеными, безоружными они попадали в немецкий плен, из которого вышел живым лишь каждый четвертый. А когда пришло время их освобождения советскими или союзными войсками и они оказывались уже в советских фильтрационных лагерях, то их спрашивали: «Почему ты не покончил с собой? Почему ты жив?» Один из ветеранов, чьи свидетельства собраны в книге, вспоминает тяжело раненого солдата, который держит в руках оторванную ногу и плачет над ней.

Что-то подобное происходит с нами (или должно происходить) во дни Великого поста. Война (в том числе и духовная) красива только в фантазиях. 

Если мы обращаемся к Богу с просьбой «Даруй ми зрети моя прегрешения», то наша просьба бывает услышана, но в ее исполнении нет ничего приятного для нас. 

Напротив, мы оказываемся в том же положении, что и те, кто во время войны видели свое тело искалеченным, изуродованным и спрашивали: «Неужели это мое тело? Неужели это я?» Но Господь милостиво открывает нам наши раны не для того, чтобы нас сокрушить, а чтобы нас исцелить за время поста. Не будем терять это время зря.

«Главный вопрос поста — что делает человека человеком»

Протоиерей Павел Великанов

Протоиерей Павел Великанов:

— Сейчас я читаю «Толкование на подвижнические слова Исайи-отшельника», написанное архимандритом Эмилианом (Вафидисом). И считаю, что это самое лучшее чтение для времени Великого поста, потому что он применяет глубокую монашескую традицию к реалиям современной жизни. Это настоящая духовная жизнь, а не фейковая виртуальная.

Это не значит, что я не читаю ничего другого. Я считаю, что в пост человек в первую очередь должен озадачиться вопросом — что делает его человеком. И все, что этому способствует, должно пойти ему на пользу.

Для меня чтение трудов бывшего игумена Симонопетрá является инструментом, который меня возвращает к бóльшему градусу человечности в себе самом.

Также сейчас я читаю «Портрет Дориана Грея» и считаю, что это очень духовное прекрасное чтение. На ближайшее время у меня запланировано дочитать книгу Жака Лакана и книгу о раннехристианской общине. 

Епископ Каменский Мефодий: Что читать постом?
Подробнее
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.