«Решила, что ЕГЭ — это не для меня». Двукратный победитель Всероса Александра Мартюшева

Задачи на озарение

— На заключительном этапе решается судьба, все хотят получить право поступить без экзаменов. Что ты пережила в эти дни? 

— Первый раз я поехала на заключительный в десятом классе. Мне действительно казалось, что от этого буквально зависит вся моя жизнь. После туров я была на позитиве, но потом начинала общаться со своими друзьями, одноклассниками и понимала, что многое у нас не сходится.

Глупо было себя с ними сравнивать. Мы учились в школе ЦПМ, то есть хорошей олимпиадной школе, у нас отличная подготовка, одни и те же преподаватели, по силе мы примерно равны. Но все равно мы переживали, а кто-то после туров вообще плакал. Иногда выдавалась возможность отдохнуть, погулять, а мы целыми днями лежали в комнатах и думали: ну когда уже хоть что-нибудь узнаем? Жить в неизвестности несколько дней — это, наверное, самое сложное. 

Но на турах я чувствовала себя уверенно. Волновалась ровно до того момента, пока нам не выдавали комплекты: тогда появлялся азарт, появлялся интерес к заданиям, хотелось все посмотреть, все, за что цеплялся мозг, сразу же раскрутить, решить. Поэтому в целом атмосфера на олимпиаде мне нравилась. 

— А в этом году? 

— Я чувствовала себя намного спокойнее: у меня уже был диплом победителя. Но при этом я боялась его не подтвердить. Если в прошлом году я не ожидала стать победителем и просто хотела получить хоть какой-нибудь диплом, то в этом не стать победителем было бы гораздо болезненнее.

После туров, когда мы начинали сравнивать ответы, я опять думала: наверное, не судьба. А в итоге результат получился еще лучше, чем в прошлом. Тогда в рейтинге я была на пятом-седьмом месте, а в этом году — на втором-третьем. 

— Представим, что я школьник, который ничего не знает про олимпиаду по русскому, но хочет попробовать в ней участвовать, чтобы получить право БВИ. Расскажи, чего ожидать, кроме персонажа по имени Феофан? 

— На школьном и муниципальном этапах много тестовых заданий. Они, как по мне, довольно простые, особенно в Москве. Когда я училась в Ижевске, муниципальный этап казался сложнее. Может быть, потому, что я меньше готовилась, но не факт. Там часто проверяют, например, знание фразеологизмов, какие-то не очень мудреные грамматические приколы русского языка, которые нужно вывести с помощью анализа. 

Дальше все гораздо интереснее. На региональном этапе и на первом туре заключительного пять заданий, они в последние годы комплексные, крупные, большая часть заданий — увлекательная история про этого юного лингвиста Феофана и его друзей: что-то на грамматику, что-то на фонетику, что-то обязательно на древнерусский, что-то на историю языка. 

В последнее время задания часто связаны с искусственным интеллектом. Скажем, Феофан попросит нейросеть сгенерировать новый акцент. Такое мне нравится меньше, потому что мы имеем дело не с живым языком. Но задания, связанные с историей языка, с реально существующими текстами, с любопытными грамматическими особенностями, которые надо описать, — вот это я обожаю.

А последний тур — всегда сюрприз. Например, два года назад была тема синтаксической валентности в предложении. Вам дают лекцию — сейчас в печатном виде, а раньше в устном — и семь или восемь заданий только по этой теме. То есть из лекции надо получить новые знания и тут же их применить. 

В последние годы появляются совершенно неожиданные задания, часть из них вообще на озарение. Как будто туда собрали все, что в первый тур не влезло, но что составители очень хотели показать. 

— Задачи на озарение?

— Некоторым ребятам эти задания не нравятся, а мне, наоборот, интересно их решать, особенно если задача на озарение и там ничего не известно: есть слово «x», есть похожее слово «y», в слове «c» такой же корень, это слово произошло так же, как вот это, у него такая же приставка…

На древнерусском и древнегреческом

— Я все тот же школьник. Слышу «древнерусский язык» и думаю: ой всё, олимпиада не для меня… Насколько хорошо надо им владеть? Можно ничего не знать и выехать на логике? 

— Всегда говорят, что олимпиада под силу любому школьнику, который обладает хотя бы небольшим кругозором и умением анализировать. Но древнерусские тексты, по моим ощущениям, в последние годы становятся сложнее и сложнее, все равно нужна подготовка. Правда, есть и другая новость: можно совсем не решить несколько заданий и все равно получить диплом.

После того как я поступила в лингвокласс, я стала хорошо переводить древнерусские тексты, а раньше практически не набирала за них баллов. Суть в том, что часто к тексту добавляют задания, а они помогают определить значение некоторых слов. Мой любимый пример — про то, как изменилось значение слова «позорище». Раньше оно означало театр, место сбора людей, где смотрят представление. И с помощью этимологических гнезд, выделения корней здесь можно справиться. 

Если решить эти задания, можно собрать логическую цепочку и перевести весь текст. Но получается не всегда, и даже я — человек, который занимался древнерусским в лингвоклассе, — иногда такие задания решить не могу. Древнерусский текст на последнем заключительном я тоже поняла не до конца, и много кто из ребят не понял. А если не понять смысл, мораль, которая там заключена, то перевести отдельные предложения практически невозможно.

— То есть надо взглянуть на текст сверху и уловить, какая в нем спрятана идея. 

— Да. Для этого есть лайфхак: надо перечитывать текст прямо вслух, шепотом или хотя бы представлять, что читаешь вслух. Потому что иногда, читая глазами, некоторые слова можно прочитать неправильно, язык все-таки от нас далекий.

— Есть ли пособие, которое можно почитать для начала, чтобы познакомиться с древнерусским и не испугаться? 

— Я советую смотреть задания Всероса прошлых лет, смотреть переводы. Есть сайт ИРЛИ РАН, там вдоволь древнерусских текстов с синхронным переводом — смотрите, читайте. Но полезнее все-таки заниматься с преподавателем на паре: мы по цепочке читали по предложению, переводили, разбирали мелочи. 

— Скажи, а знание других языков дает преимущество? 

— Как повезет. Я учила древнегреческий. 

— Ого! По зову сердца или по необходимости?

— В лингвоклассе у нас был выбор: либо древнегреческий, либо новокитайский. Но на древнегреческий пошли восемь человек из десяти. Мне нравится Древняя Греция, нравится, как звучит сам язык. В русском полно заимствований из древнегреческого, и в каких-то олимпиадных заданиях эти знания могут пригодиться. Но, по-моему, за последние годы такого не было, хотя точно помню, что раньше встречалось. Непосредственно знания языков никогда не требуют, закономерности можно вывести на логике. Но знание других языков в целом помогает шире смотреть на свой и проводить какие-то параллели.

— Значит, ты человек, способный читать «Илиаду» и «Одиссею» в оригинале. 

— Практически. Мы, кстати, на занятиях читали в оригинале Гомера, но язык у него более сложный, чем тот базовый, который учили мы. 

«Ничего олимпиадного я не знала вообще»

— В каком классе ты сама первый раз писала олимпиаду? 

— Я писала школьные этапы по всем предметам, которые только могла написать. Но у нас в Ижевске олимпиадное движение не развито, поэтому я даже не знала, что совершенно любой школьник после школьного и муниципального может участвовать на региональном и заключительном, и не думала о том, что мне может дать победа на них. Я проходила на муниципальный этап по биологии, по географии, по русскому, в девятом классе прошла на региональный по русскому. 

— Получается, ты была обычным школьником, который знает, как выглядит учебник, и пишет «жи-ши» с буквой «и», но специально к олимпиаде не готовился.

— Да, ничего олимпиадного я не знала вообще. Поэтому в школе учителя удивились, когда я прошла на региональный этап. Да я и сама удивилась. Задания выглядели непривычно, некоторые я решила на ноль. На самом деле, я не знала многое даже из того, что требовалось на муниципальном этапе. Тогда помог мой кругозор, что-то я решила на логике.

Когда прошла на региональный, начала смотреть задания прошлых лет — но, скажем так, не очень качественно, многое не понимая. Но на регионе я выступила неплохо, стала призером или победителем, уже не помню. В общем, до заключительного не хватило 11 баллов. И после этого я решила, что если я так выступила без подготовки, да еще и с температурой, то с подготовкой пройду точно. Стала искать возможности в Москве, так в моей жизни появилась школа ЦПМ.

— Как туда попасть, если ты просто школьник? 

— Попасть оказалось проще, чем я думала. Для поступления в лингвокласс надо было сначала написать мотивационное эссе, а после сдать тестирование — только лингвистическое, никакие другие предметы не требовали. Даже школьный русский не очень-то помогал: были задания по морфемике, которые в школьном курсе практически не разбираются. Лингвистическое эссе я не написала, потому что тема для меня была сложной. Сейчас удивляюсь: сколько же я не знала, но при этом смогла пройти! Так что никогда в себе не сомневайтесь. 

Это действительно хорошая школа с амбициозными профессиональными молодыми преподавателями, они сами недавно выигрывали олимпиады, поэтому знают о них все, составляют крутые задания, развивающие лингвистический кругозор.

— Тебе пришлось переехать в Москву или ты училась дистанционно?

— Это был очно-заочный класс. Месяц-полтора мы учились дома онлайн, а потом на очную неделю уезжали в Москву. То есть на целую неделю нас заселяли в общагу, мы ходили на живые пары. За прошлый год я съездила, кажется, на шесть очных недель, а за этот год на четыре. 

— Как изменилась твоя жизнь? 

— Очень изменилась. Я боялась уходить на дистанционный формат, даже из-за этого хотела поступить в другую школу. Я же была активисткой, председателем совета лицеистов, у меня в каждом классе были друзья и знакомые, с которыми я общалась на каждой перемене. А тут вдруг надо сидеть за компьютером на совершенно загадочном направлении. Я сильно переживала, но все мои страхи, конечно, не оправдались.

В классе было десять девочек, половина из Москвы, остальные из Самары, Челябинска, Архангельской области… Так что мы собрались с разных концов России. Программа была построена так, чтобы сконцентрировать все самое нужное для олимпиад и погрузить нас в лингвистику. У нас было восемь или девять предметов, связанных с русским. Мы изучали теорию и практику древнерусского языка. Отдельно преподавали грамматику, отдельно фонетику, отдельно лексикологию. В этом году появился научно-исследовательский семинар, где мы писали свой лингвистический проект. Отдельно стоял олимпиадный практикум, где мы разбирали задачи прошлых лет.

А непрофильные предметы преподавали в формате дистанционных курсов. Чтобы получить пятерку, достаточно было решить несколько тестов в год. Так что программа удобная, хотя иногда по моему ижевскому времени мы учились до семи вечера. Из-за этого я сильно уставала, особенно если учесть, что после пар я несколько часов сама решала задачи прошлых лет, выписывала полностью все решения, проверяла себя по критериям, ставила себе пометки, где надо доработать. Зато спала я где-то до девяти утра, что мне весьма нравилось. Раньше я училась в Ижевске, поэтому каждый день приходилось вставать в шесть.

Домашних заданий было немного. Нам давали буст для самостоятельного изучения, и после пар мы дальше уже разбирались сами.

— Кажется, у тебя появилось больше ответственности.

— Преподаватели всегда были готовы нам помочь и помогали. Самостоятельно — больше о том, что я делала по собственной инициативе. Некоторые этим вообще не занимались. Сложностей в учебе я почти не испытывала. 

Сложно было, когда накануне региональный этап, а у нас куча дедлайнов по разным предметам, потому что конец полугодия: учителя не хотят много задавать, но так получается, что все дают итоговую работу, которая вроде как нужна, чтобы нас аттестовать. И вот тогда приходилось одновременно писать эссе по истории, домашки по грамматике, где было три огромные задачи, и так далее. Мы с подругами вместе занимались, разбирали. В общем, все решили, получили свои пятерки, с красными аттестатами окончили.

Апелляция вслепую

— Сравни себя, когда ты приехала на олимпиаду в первый раз и после учебы в ЦПМ.

— Конечно, я себя ощущала увереннее, но думала, что занималась недостаточно, хотя и правда почти каждый день много прорешивала сама, не пропускала пары, старалась активно на них отвечать, работать: это мне тоже помогает собрать мысли. Если знала ответ, я старалась его озвучить, чтобы обсудить с преподавателем и закрепить в памяти. 

Я была в составе сборной Москвы, ездила на сборы. На осенних, в октябре десятого класса, когда я только начала заниматься в лингвоклассе, попала во вторую группу, то есть в самую сильную для непризеров и непобедителей. Не сдала там ровно половину зачетов. Мне казалось, что в группе я знаю меньше всех, и, возможно, так и было: я только начинала, а многие ребята уже несколько раз приезжали на сборы и выступали на разных этапах. Для меня все было новым. К концу года, когда я снова попала в сильную группу, я хорошо написала итоговую работу. 

— В десятом классе ты получила диплом, он открыл тебе двери в любые вузы. Куда ты планировала поступать и почему все-таки поехала во второй раз на заключительный этап?

— Я выбирала между двумя направлениями, между журналистикой и лингвистикой. Точно хотела идти в Высшую школу экономики. Сначала думала про МГУ, но в итоге выбрала Вышку.

С одной стороны, моя жизнь в прошлой школе, когда я вела мероприятия, работала в медиацентре, наталкивала меня на мысль пойти в журналистику. Но в десятом классе, когда для меня буквально каждый день открывалось что-то новое в лингвистике, меня потянуло туда. 

Окончательно я выбрала направление только в этом году, уже ближе к концу года. Подала документы на фундаментальную и компьютерную лингвистику. Так что буду и дальше заниматься русским языком.

А снова поехала на заключительный, потому что интерес никуда не пропал. Мы продолжали учиться в лингвоклассе, и не поехать было бы предательством самой себя даже. Я столько готовилась, как не получить второй диплом? В этом году мы поехали в Саранск — со сборной, с моими одноклассниками, друзьями. Нам было весело, не считая моментов, когда все ревут после туров.

— Приходилось ли тебе подавать апелляцию? Знаю, что ребята на олимпиаде по литературе даже с высокими баллами подают, потому что один-два балла иногда решают, победитель ты или призер, победитель или абсолют. Насколько реально что-то отсудить?

— Да, у нас тоже так, и в сборной Москвы нас призывают, даже если мы более-менее согласны с баллами, все равно идти на апелляцию и смотреть. Мы с подругами хорошо готовились к апелляции, вспоминали свои решения, плюс в сборной мы после туров заново прорешиваем все задания, чтобы примерно представлять, за что какие баллы будут ставить. С этими знаниями, с ответами, которые ты освежил в памяти, можно что-то отсудить, привести аргументы. С апелляцией у меня есть интересная история прошлого года. Чтобы посмотреть работы, нам дают десять минут. 

— Всего десять? 

— А у меня 22 листа расписанных ответов! Посмотреть всю стопку за десять минут сложновато. Я бегом-бегом стараюсь пролистать. У меня маленький квадратный листочек, где можно сделать пометки. Рука трясется. Надо посчитать баллы, чтобы не было технической ошибки. Надо посмотреть, чтобы все сходилось с моими баллами в голове. В общем, ничего практически посмотреть я не успела. 

— Фотографировать работу не разрешают? 

— Нет, просто отдаешь листочки и сразу идешь в аудиторию писать апелляцию. Есть только твой квадратный листочек, на котором что-то еле-еле начирикано ручкой, и чистый бланк. 

И вот я начинаю писать апелляцию на все, что мне приходит в голову. Вспоминаю какое-то задание — условно, второй тур, номер три, пункт два, который я в этих листах и посмотреть-то не успела, — и пишу, что мне тут не поставили баллы. А вдруг угадаю, потому что я в этом пункте уверена. Хотя вообще не факт, что это задание не оценили. Самое смешное, что мне подняли три с половиной балла. Это было удивительно! Многим знакомым тогда либо не подняли, либо подняли на полбалла или один. 

Думаю, подавать апелляцию в любом случае стоит. Главное, подавать на то, за что тебе не могут снять. Допустим, я мельком увидела, что у меня в работе за одно задание из 25 стоит три балла. Это задание я поняла совершенно не так, как предполагали критерии, примерно столько я и ожидала. Такое точно нельзя апеллировать: вдруг и трех баллов не останется. Надо обращать внимание только на те задания, где ты знаешь, что написал хорошо. 

В этом году практически все баллы совпали с моими подсчетами. Я подняла, если правильно помню, два балла. Парень, который оказался на первом месте, абсолютный победитель, тоже поднял свой результат на два балла, и наша разница сместилась пропорционально. 

— Какой привкус у тебя остался от олимпиады? 

— Я бы сказала, что привкус приятный. Конечно, накопилась усталость. В прошлом году я думала, что во время награждения буду плакать от радости, а у меня не осталось слез. Я просто радовалась и чувствовала себя спокойно, потому что я свободна, мне больше не надо вечерами прорешивать задания и беспокоиться о ближайшем будущем. 

Усилия стоят того. Во-первых, с дипломом я могу поступить в любой вуз. Во-вторых, я занималась тем, что мне действительно интересно. И если бы я, допустим, готовилась к ЕГЭ и сдала все на высокие баллы, это не принесло бы мне такого удовольствия. Здесь я изучала что-то новое, что пригодится мне в моей профессии. А с ЕГЭ я бы стояла на месте. Самое лучшее решение в моей жизни, нисколько не жалею. Да, я сильно переживала, сильно переживали мои родители, но все не зря. 

— Переживали по поводу? 

— По разным поводам. Перед поступлением в лингвокласс мы думали, как же я буду учиться онлайн в какой-то незнакомой школе по какой-то непонятной, казалось тогда, программе. Новые предметы, молодые преподаватели — на этот счет переживали только родители, но все же. Потом перед каждым этапом волновались: а вдруг я не пройду дальше и что я тогда буду делать, я же ничего другого теперь, кроме лингвистики, на таком уровне не знаю. Перед первой поездкой на очную неделю переживали. В общем, много всего пришлось пережить. 

— Насколько родители включались в твою учебу с самого начала и потом? 

— Я была довольно самостоятельной. Помню, как в началке мне задали нарисовать плакат, а я после школы устала и уснула, потому что еще ходила в музыкальную школу. Проснулась, смотрю — мама делает мое задание. Я на нее обиделась: как же так, она не дает мне сделать самой! 

Ну и в целом я всегда была отличницей, участвовала в разных конкурсах, а мои родители меня поддерживали и подсказывали новые возможности. Я им за это очень благодарна. До того как начала заниматься олимпиадами, я дважды стала победителем «Большой перемены». Еще я ездила на конкурсы в медиасфере, писала олимпиады по музыкальной литературе, спортом даже занималась. Рада, что смогла все попробовать. 

— Родители у тебя не связаны с лингвистикой?

— Папа инженер, мама фельдшер. А у меня с детства были мысли только о творческих профессиях. Но дело в том, что у меня получалось, кажется, многое из того, что я пробовала. Я пойду в лыжный спорт — получается. Кажется, если бы продолжила заниматься, я бы лыжницей стала. Я пойду в музыкальную школу, там и пою, и на фортепиано играю — тоже все получается. Вроде и хорошо, когда везде успехи и все нравится, но от этого сложно выбирать. Благодаря лингвоклассу я все-таки определилась. 

— Расскажи про место, где ты живешь. 

— Я живу за городом, в деревне. Первые три года училась в местной деревенской школе. Там было уютно. Помню, у нас была замечательная классная руководительница. Я тогда еще писала стихи, рисовала какие-то картинки, ей все приносила, показывала. Она говорила: «Давай, чтобы все видели, вешай их на доску». Я развешивала, у меня была своя выставка. 

А потом моя мама специально пошла работать фельдшером в городской лицей, чтобы туда взяли меня и моих младших брата и сестру. Мы каждый день ездили на машине туда-сюда. В городе я начала заниматься всякой общественной деятельностью, ходить в музыкальную школу — в общем, все завертелось. Мой лицей обычный, но там каждый сезон проводили крупное мероприятие. Например, театральный помост, где каждый класс ставил театрализованное представление, танцевальные конкурсы, концерты, какие-то выступления. Поскольку я входила в совет лицеистов, была его председателем, я постоянно во всем участвовала, что-то организовывала, была ведущей на линейках, выступала для первоклассников в образе старухи Шапокляк… Насыщенная была у меня жизнь.

— Теперь ясно, почему тебе было тяжело перейти на дистант. А чем занимаются твои брат и сестра, в каком они классе сейчас? 

— Брат и сестра у меня спортсмены. Сестре 14 лет, она выступает на всероссийском уровне в сборной по волейболу. Совсем скоро поедет на финал первенства России по пляжному волейболу, весной ездила на финал первенства по классическому.

— Как у нее сложилась спортивная карьера? 

— У нас мама, бабушка, дедушка, мамин брат — все занимались волейболом. И Олю, когда она была в начальной школе, решили тоже отдать в спорт, потому что она была очень высокая. Она занималась в ижевской спортивной школе, но это школа олимпийского резерва, поэтому, когда она начала показывать результаты, ее перевели на бесплатные занятия, она попала в сборную Удмуртии. 

А брат футболист. Он пока в четвертом классе. Выступает на региональных соревнованиях, на городских, и ему нравится, он прямо горит футболом. Так что, думаю, у него тоже все будет круто.

Как написать олимпиаду на дне рождения подруги

— Сломай стереотип или подтверди. Олимпиадник — это человек, который не поднимает головы от рабочего стола и ничего в жизни не видит, кроме олимпиадных заданий.

— Я старалась этого избежать. И друзья, и родители помогли мне в этом. Я постоянно сидела с ноутбуком, глаза уставали. Но каждый день я гуляла, почти на каждых выходных встречалась с друзьями. Конечно, в прошлом году ради олимпиад я много чем пожертвовала. 

Например, у меня снова была возможность поехать на «Большую перемену». Я сделала классный проект, все продумала, кучу сил вложила, прошла в финал, но одновременно с финалом выпали сборы по русскому. Я приняла решение отказаться от «Перемены», поехала на сборы, на которых мне в итоге было тяжело, как я уже говорила. Но когда получила диплом, я поняла, что, наверное, все так и должно было быть. Раз лингвистика, значит, лингвистика.

Один раз я пришла на день рождения к подруге с ноутбуком. «Что ты собралась делать?» — «У меня сегодня “Высшая проба”». Я отметила день рождения, ровно в семь часов села писать заочный тур, час потратила — и продолжила праздновать.

— А с «Высшей пробой» что в итоге? 

— Я прошла на заключительный этап, стала лауреатом первой степени. 

— В общем, у тебя изобилие дипломов. Ты к «Высшей пробе» готовилась или это была импровизация? Чем она отличается от Всероса?

— Мы в лингвоклассе специально готовились только на олимпиадном практикуме, несколько занятий перед этапами «Высшей пробы» просматривали с преподавателем задания прошлых лет. В целом там довольно много похожего на Всерос. Отборочный этап отличается по формату: 15 маленьких, коротких заданий — больше на озарение. А на заключительном этапе три комплексных задания. И многое там действительно совпало с заданиями Всероса прошлых лет. 

— Кстати, раз уж заговорили про ЕГЭ. Ты сдавала? 

— Только базовую математику, сдала на 21 из 21. Русский можно не сдавать, если ты берешь диплом на Всеросе: просто надо заполнить заявление. Я решила, что ЕГЭ — это не для меня. 

— А ради эксперимента?

— Нет, не хотелось. Я писала два пробника и увидела, что ЕГЭ у меня получается заметно хуже, чем олимпиады. Мы к ЕГЭ не готовились, все-таки там другой формат. На олимпиадах надо искать закономерности, а для ЕГЭ надо заучивать правила.

— Правильно понимаю, что на твое направление идут в основном олимпиадники? Туда трудно попасть по баллам ЕГЭ.

— Да, я сегодня как раз смотрела списки. У нас 40 бюджетных мест, 34 сейчас занимают олимпиадники, а следующие шесть — это ребята, набравшие 300 за ЕГЭ. 

— С какими чувствами готовишься переезжать? Ижевск от Москвы далековато. 

— Вроде бы я уже и так сильно поменяла свою жизнь, когда перешла в новую школу. Сейчас я поступаю в Вышку, уже что-то зная о лингвистике, ну и со мной вместе будут учиться подруги, одноклассницы. 

— Понятно, то есть все эти места заняли твои одноклассницы.

— Да нет, всего, по-моему, пять (смеется). Конечно, будет тяжелее. Дорога от общаги до вуза меня пока напрягает. Не привыкла я столько ездить, особенно в последнее время, когда мне, чтобы прийти на пару, достаточно было встать с кровати. 

В дороге

— У тебя не было комплекса отличника? Ребята, которые учатся на пятерки, участвуют в олимпиадах, нередко им страдают. 

— В какой-то степени, наверное, был, но жить он сильно не мешал. Когда у меня что-то не получалось в лингвоклассе, я училась с этим мириться. Все равно мы были в такой компании, где каждый заинтересован, где все занимаются одним и тем же, все примерно одного уровня. Если какую-то работу я писала хуже, чем мои подруги, следующую я могла написать лучше. 

Наши преподаватели не оценивали нас обычными пятерками и четверками. Они вообще нас не оценивали. Мы должны были развиваться только относительно себя, относительно того, каким мы были раньше. И когда я об этом задумываюсь, я понимаю, что у меня рост огромный. 

Почти все мои одноклассники, когда я пришла на первую пару, казались мне гораздо более осведомленными в лингвистике. Это была практика древнерусского языка. Нам начали показывать древнерусские буквы и спрашивать, как они звучат и как называются. Все поднимали руки и отвечали, а я в первый раз видела эти буквы. Где я оказалась? Как меня вообще сюда взяли? Некоторые ребята уже четыре раза были на сборах, кто-то уже был на заключительном, а я пришла и даже буквы не знаю. Но потом я начала разбираться, узнавать много нового. И если я смогла взять диплом победителя, значит, я не хуже остальных.

— Ты будущий лингвист, дружишь со словами. Какое слово или словосочетание тебя описывает? 

— Сложный вопрос… Наверное, слово «дорога». Не то чтобы оно описывает конкретно меня, оно описывает мою жизнь. Во-первых, я постоянно что-то себе придумываю, иду к своим целям. Во-вторых, я люблю путешествовать. Я проехала всю Россию на поезде от Питера до Владивостока. Это было «путешествие мечты» с «Большой переменой», когда я победила. Получается, проехала туда и потом обратно.

Однажды я прошла 50 километров вместе со своими друзьями. 

— Пешком? 

— Да. Пришлось идти с семи утра до девяти вечера. После этого я не могла ходить пару дней, правда. Но было очень интересно. Ну и в целом я всегда иду к чему-то новому, это ведь тоже дорога. 

Я человек, который во всем видит плюсы. Не всегда так было, но действительно проще жить, когда во всем видишь позитив. В числе прочего в девятом классе, когда мы всей семьей поехали в Москву, чтобы я поступила в одну школу, по неожиданным обстоятельствам я даже экзамены написать туда не смогла. И я решила поступать в школу ЦПМ. Как оказалось, это было мое лучшее решение. Ничего бы так не помогло мне в олимпиадах и в определении себя, как лингвокласс.

Моя любимая книга — «Унесенные ветром». Главная героиня, Скарлетт О’Хара, постоянно говорила, что ей сейчас тяжело думать о ее обстоятельствах, она подумает потом. Я решила действовать так же. Когда сталкиваюсь с трудностью и начинаю волноваться, стараюсь откладывать волнение на потом и продолжать что-то делать. А потом эта проблема уже не кажется такой большой и все складывается хорошо.

Фото из личного архива героини